Научись летать

В подземном городе стало крайне неспокойно. Прошедшая неделя выдалась дождливой, кое-где дороги превращались в месиво, более-менее быстро передвигаться можно было лишь на своих двоих, потому, что повозки благополучно застревали. Это сильно затрудняло жизнь торговцам. К тому же, из-за избытка влаги, сырости и холода участились болезни среди населения. Спрос на лекарства, действительно, вырос, причём многократно, а всё из-за того, что единственный честный врач в городе бесследно пропал. По началу никто особо не переживал, мало ли, по делам на поверхность вернулась, однако страж лестницы, по которой уходила и возвращалась Элина, утверждал, что она подземелья не покидала. Именно тогда Фарлан начал по-настоящему волноваться. Нет, конечно, девушка могла уйти по другой лестнице, и Черч не исключал такую возможность, если бы не знал её, как человека. Коэн не из тех, кто изменяет своим привычкам, она бы точно не стала тратить драгоценное время на прогулку до следующего выхода на поверхность. Так же страж мог врать, что не видел Элину, но подобная возможность оказалась отвергнута. Этот мужчина сам был пациентом Коэн и нуждался в лечении. Фарлана очень беспокоило столь внезапное исчезновение, в голове строились самые страшные предположения об участи девушки, но ещё больше его волновало собственное бессилие. Он ничего не смог сделать, чтобы найти её. Точнее ничего не помогло. Ни поиски, ни расспросы – ничего не помогало. А потом к его имеющимся проблемам прибавилась ещё одна. Его мать, Элен Черч, уже пережила несколько рецидивов, связанных с её болезнью, а последний она смогла перенести лишь благодаря своевременному вмешательству Элины. После начала приёмов выписанных препаратов, женщина начала идти на поправку, однако в виду недавних событий и ослабления иммунитета, рецидив вновь повторился. Фарлан не знал, что ему делать. Коэн давала указания лишь после того, как его матери стало лучше, и она проходила реабилитацию, но сейчас он просто не понимал, что нужно делать для матери. Черч лишь мог слегка облегчить её страдания, но для этого требовалось постоянно быть рядом. Из-за того, что остальные врачи давно махнули на Элен рукой, Фарлан мог рассчитывать только на Элину. * * * - Вот, возьми, - Леви протянул Черчу небольшой флакончик с микстурой. – Последний. - Спасибо, - приняв лекарство, Фарлан грустно усмехнулся. Помощь компаньона в столь личной проблеме была для него неоценима, к тому же он знал, сколько стоила эта микстурка и каких трудов она стоила брюнету. - Как она? – парень посмотрел на светловолосого как-то странно, словно на языке что-то крутилось, но он не знал, как сказать. - Сейчас вроде уснула, но лучше не становится. И другие врачи отказываются браться за неё, или же запрашивают столько, что мне за год не добыть таких денег, - Черч измученно выдохнул, прислонившись спиной к двери. Он покрутил в руках флакон, без интереса всматриваясь в его содержимое. Этот препарат Элина дала ему бесплатно в прошлый раз, однако с того самого раза оставалось совсем немного. Леви смотрел прямо на него, продолжая молча раздумывать над чем-то. Фарлан тоже молчал. Там, за тонкой деревянной дверью, медленно умирала его мать, а он не мог ей по-настоящему помочь. И где-то в этом чёртовом подземном городе сейчас была ещё одна дорогая ему женщина, точнее девушка. Возможно она в опасности, или ей сейчас так же больно, как Элен. - В доме Коэнов горел свет, - будничным тоном выдал Леви, наконец, подняв на Черча взгляд. – Так сказал Джон. Фарлан поперхнулся воздухом, шокировано смотря на компаньона. На его лице отобразилась целая гамма эмоций: сначала непонимание, затем удивление и шок, следом неподдельная радость и восторг. В глубине души зародилась надежда, что всё снова станет как раньше. - Это же… отличные новости! – парень впервые за всё время их разговора нормально улыбнулся. – Леви, ты не мог бы сходить за Элиной? Я не могу отойти от матери. - Ладно, - коротко ответил брюнет, тут же развернувшись и уходя прочь. На время болезни мать Фарлана временно была перевезена в их дом и заняла постель Черча. Леви согласился на это лишь для того, чтобы ускорить выздоровление женщины. Ведь тогда они снова смогут вернуться к своим обязанностям. К тому же, Фарлан сам ухаживал за своей матерью, обратившись к нему за помощью всего пару раз. * * * Дом Коэнов встретил Леви негостеприимной, гнетущей, тишиной. Дверь оказалась не заперта, поэтому парень рефлекторно насторожился, готовясь в случае чего дать достойный отпор. Вообще Леви был здесь всего два раза: первый раз, когда он заболел и Фарлан притащил его к Коэн за помощью, хотя сам брюнет думал, что Черч просто искал повод повидаться с девушкой; а второй раз он пришёл сюда, когда самому Фарлану стало нехорошо. В обоих случаях его встречала тёплая атмосфера, создаваемая Элиной и старательно уничтожаемая Элиотом. Врач всегда выслушивала его до конца, с неподдельным сочувствием на лице. Брюнет не стал больше предаваться воспоминаниям, сосредоточившись на поисках хозяев дома. «Возможно она спит, раз не вышла встречать, - короткий взгляд в сторону лестницы. – Кажется её комната на втором этаже» На секунду забывшись, Леви посмотрел на стоявший у стены саквояж, как вдруг послышался какой-то странный глухой звук. Как будто что-то ударилось об пол. Юноша, мгновенно огляделся в поисках источника звука и не заметил, как случайно толкнул маленький кофейный столик, сбив с него графин с водой. - Чёрт, - подняв посудину, брюнет вернул её на прежнее место. Вдруг его слуха коснулся ещё один странный звук. Журчание воды, как если бы она стекала откуда-то. – Что за… Наклонившись, Леви чуть отогнул коврик и тут же удивлённо замер. В полу был люк. «Ладно, я просто посмотрю, что там». Открыть было куда проще, чем брюнет думал. Видимо никто не позаботился об его защите от проникновения, а значит, там скорее всего ничего важного. Бандит тяжко вздохнул, коря себя за излишнее любопытство. Следом небольшая лестница, ведущая в комнатку примерно два метра на метр, а там уже небольшая деревянная дверь, что удивительно, то же не запертая. Без промедлений и колебаний, Леви открыл дверь шагнув в более просторную комнату. То, что он увидел мгновенно вогнало его в ступор. Перед парнем открылась абсолютно пустая комната, единственным предметом мебели в которой была небольшая кровать. Рядом с кроватью лежало тело обнажённой девушки. Это была Коэн. Всё тело Элины покрывали синяки, ссадины, следы от верёвок, а на бёдрах следы от ладоней и пальцев. Вид обнажённой избитой девушки смутил Леви, а окровавленная простынь на постели разозлила. Светловолосая, до этого глядевшая куда-то в пустоту, с трудом повернула голову в его сторону и попыталась что-то сказать, но вместо звука из горла вырвался лишь болезненный стон. Её тело заметно подрагивало от боли и холода, а красные от слёз глаза казались пустыми. - Я вытащу тебя отсюда, - с этими словами Леви протянул руки к врачу, но она крупно задрожала, со страхом смотря на него и пытаясь отползти, однако связанные руки не дали ей этого сделать. – Всё нормально, я хочу помочь. Забрав с кровати тёмный плед, брюнет поднял девушку на руки и спешно направился обратно в гостиную. «Ей нужна одежда. - короткая мысль пронеслась в голове, заставив парня уложить Элину на диван и быстро сходить на верх за вещами. – Вроде в этой сумке у неё лекарства и инструменты». Уместив одежду в саквояже, Леви сунул его Коэн в руки и вновь поднял её, сильнее укутав в плед и вынося из дома. Почему-то он подумал, что Элине лучше не оставаться дома, тем более, что стоило им покинуть помещение, как дрожь светловолосой чуть поутихла. Она доверчиво жалась к нему, намертво вцепившись в вверенный ей саквояж. Брюнет коротко выдохнул, сворачивая в менее людное место. Нельзя, чтобы кто-то увидел её такой. - Кто ж посмел тебя так… - вслух спросил юноша, не надеясь на ответ. Элина вся сжалась, поникла, словно вспомнила нечто ужасное. Было очевидно, что побои – лишь мелкие ранки по сравнению с тем, что Коэн прятала у себя внутри. * * * Леви покрепче перехватил хрупкое тело, которое отозвалось на его манипуляции болезным вскриком. Мысленно извинившись, парень занёс Элину в дом, устраивая на диване. И снова вскрик. - С.спасибо, - хриплый голос вырвался из горла Коэн. Она смотрела на него с благодарностью и старательно пыталась скрыть таящуюся внутри боль. - Леви, это ты? – сверху послышался голос Фарлана. Через минуту он уже стоял рядом с Черчем у комнаты, где находилась Элен. - Ты нашёл её? - Да, но она не сможет помочь твоей матери сейчас, - бандит смотрел прямо на своего компаньона, в глазах которого читалось недоумение. – Ей самой нужна помощь. Когда Фарлан увидел Элину, внутри него что-то оборвалось. Захотелось разорвать ту тварь, что посмела сотворить с ней такое, заставить подыхать в самых страшных муках. Коэн снова впала в состояние безразличия, она даже не глядела в сторону светловолосого, усиленно кутаясь в своё покрывало. * * * - Нечего смущаться. Я уже всё видел, - с этими словами Леви убрал руки девушки, которыми она старалась прикрыть грудь, и помог одеться. Им только что пришлось пережить пару неловких моментов, связанных с ванной и избавлением от грязи и запёкшейся крови. - Маме Фарлана плохо? – прохрипела Коэн, не глядя на него. – Давно? - Уже несколько дней, - отозвался брюнет, решая что делать с окровавленным пледов, что он принёс вместе с Элиной. - Я могу помочь. Где она? – девушка, чуть пошатываясь, поднялась с места и протянула руки к своему саквояжу, извлекая из него странного вида ампулу, шприц, вату и спирт. Элина шла с большим трудом, едва не падала, но была переполнена уверенностью и желанием исполнить свой врачебный долг. Из её головы на несколько мгновений пропали все личные проблемы, а тупая ноющая боль во всём теле отошла на второй план. - Элина, зачем ты встала? Иди отдохни! – тут же переполошился Фарлан, заметив, что светловолосая едва-едва держится на ногах. - Я выпила обезболивающее, скоро станет лучше, - Коэн рухнула на колени перед кроватью с тяжело дышащей женщиной. – Ты давал ей ту микстуру? - Да, - Черч недоумённо посмотрел на врача, а затем на вошедшего в комнату Леви. - Хорошо, это ускорит действие лекарства, - девушка аккуратно обработала иглу и место будущего укола спиртом, а уже через минуту ввела лекарство Элен и приложила на место от укола смоченную спиртом ватку. Затем согнула руку пациентки и проговорила. – Подержите вот так некоторое время. - Вы вернулись… - женщина слабо улыбнулась, однако её лицо тут же приобрело обеспокоенное выражение. – Что с вами произошло? И в этот момент Элина разрыдалась. Всхлипывала, пыталась утирать слёзы, но никак не могла их остановить. Её плечи подрагивали, голова была низко опущена. - Он… дал… чай… Помутнело в глазах… Очнулась… там… А потом он… он… - хриплый, бессвязный лепет вперемешку со всхлипами доносился из горла Коэн. Глаза Леви потемнели, а у Фарлана и вовсе загорелись яростью. Не трудно было догадаться, кто этот самый «Он». «Он» - это Элиот Коэн.