I think I saw you

- Мам, отстань! - Гарри, это вечер субботы! - И что? - Какой нормальный восемнадцатилетний подросток сидит дома в субботу вечером? - Окей, значит я не нормальный! Гарри переворачивается на другой бок, лежа на своей кровати, лицом к стене и спиной к матери. Он слышит ее громкий вздох. - Сынок, я просто беспокоюсь. Тебе давно пора найти кого-нибудь такого же замечательного, как ты. Гарри чувствует, как рядом с ним прогибается пастель и оборачивается. Мама сидит на краю и с теплотой смотрит на него. Ее нежная рука мягко убирает непослушные кудри со лба мальчика, и тот мгновенно тает. Поворачивается к ней и кладет голову на ее колени. - Проблема в том, что мне никто не нравится. Все одинаковые, пустые. Оттого, что щека Гарри прижимается к маминым ногам, его речь звучит невнятно. - Может, ты просто не встретил Того Самого Человека? - Иногда мне кажется, что на Земле нет моей второй половины. - У каждого есть вторая половина, милый, - мягко говорит женщина, перебирая пальцами тугие кудряшки сына.- Ты еще встретишь ее. Однажды. Когда будешь меньше всего ожидать. - Сейчас я ее и не ожидаю. - Сейчас ты лежишь в своей комнате, вместо того, чтобы знакомиться с новыми людьми. Пойми, твоя судьба не придет к тебе в дом и не постучит в двери твоей спальни. Она там, за этими стенами. Гарри тяжело вздыхает и все-таки поднимается с колен матери. - Было бы неплохо. Ну, если бы постучала. Женщина смеется и треплет мальчика по волосам. - Так ты идешь развлекаться? - Ну, ведь моя судьба за стенами.

***

- Черт, я думала, ты уже и не позвонишь. Не помню, когда мы в последний раз куда-нибудь вместе ходили помимо школы. - В библиотеку. В парк аттракционов на прошлых выходных. Позавчера я оставался у тебя на ночь, и мы устраивали пижамную вечеринку. А вчера я таскался за тобой по магазинам, пока ты искала те кеды. - Ой, заткнись, умник! Я говорила о реальных развлечениях, таких, как это. Гарри и его подруга Кэрри остановились напротив большого, богатого дома, из которого доносилась громкая музыка. На подъездной площадке стояли кучи машин, а по всему периметру уже были разбросаны пустые пластиковые стаканчики. - Похоже, мы пришли в самый разгар, - констатировала девушка, и Гарри перевел дыхание. - Ненавижу вечеринки. Кэрри взглянула на друга и пихнула его локтем в бок. - Расслабься! Сегодня мы оторвемся по полной и найдем себе самых отпадных парней, чтобы, наконец, лишиться девственности. Энтузиазм подруги ничуть не вдохновил Гарри, и он закатил глаза. - Я не собираюсь спать с первым встречным, Кэрри. - Да знаю я, знаю. Ты ждешь особенного человека, чтобы подарить ему цветок своей невинности… Боже, вы, геи, не столько романтичные, сколько унылые, честное слово. - Я не хочу растрачиваться на бессмысленный одноразовый перепих! - Нет, Гарри - через неделю мы уезжаем в колледж. Начнется новая жизнь - взрослая жизнь. И я не собираюсь позориться там со своей неопытностью и тебе не позволю. Так что сейчас берешь свою задницу и тащишь ее в дом, чтобы найти там такого же гейского красавчика, как ты сам и отыметь его, ясно тебе? - Пффф… - Гарри! - Да ясно, ясно. Пошли уже.

***

Громкая музыка давит на уши, крики и смех танцующих людей уже начинают порядком надоедать, и Гарри хочется уйти домой, но он обещал маме Кэрри привести ее домой. А сейчас это кажется единственным подходящим вариантом, потому что сама Кэрри уже явно не дойдет своим ходом. Гарри сидит на диванчике в углу комнаты, наблюдая за тем, как она вешается на какого-то качка. Он нарочно подсовывает ей один стакан за другим, чтобы споить и утащить в спальню, и Гарри вмешивался, правда, вмешивался. Оттаскивал ее в сторону и пытался вразумить, открыть глаза на этого козла, но она сказала, что хочет этого сама, и Гарри сдался. Теперь он сидел в одиночестве, теребя в руках стакан с нетронутой выпивкой. И когда он увидел, как качок волочит его подругу на второй этаж по лестнице, ему захотелось напиться в усмерть, но он так и не сделал этого. Он просто поднялся с дивана и отправился бродить по дому. Проскальзывая сквозь танцующую толпу в гостиной, целующихся и обжимающихся парочек в коридорах, Гарри пытался отыскать хоть один уголок в этом доме, где бы он мог спокойно, в тишине и одиночестве подождать Кэрри. И таким местом оказался балкон в одной из незанятых озабоченными подростками спален. Просунув ноги сквозь узорчатый парапет и свесив их вниз, Гарри прижимается щекой к прохладным прутьям, имитирующим стебли лозы. Он думает о том, как хорошо бы было встретить Того Самого Человека именно здесь. Он бы пришел к нему на этот самый балкон, в эту самую минуту, так же, как и Гарри, сбежавший от шума и суеты. Сел бы рядом, свесив ноги и назвал бы свое имя. Гарри был уверен, что сразу почувствует - это Он. Тот самый особенный человек, его родственная душа, парень, которого он будет любить целую вечность и получать сполна любви в ответ. Гарри бы спросил у него об облаках. Ему всегда было интересно, какие они на ощупь. И этот парень бы долго молчал и смотрел в небо, а потом сказал: «Мне кажется, они как дымка, которую можно удержать в руках. Которая не растворится, если ее коснуться». Гарри казалось, что его вторая половина мыслила бы именно так. Он бы никогда не стал намекать ему на секс, никогда бы не домогался сам. Он бы ждал, когда Гарри будет готов. Они бы оба ждали. И однажды, в один прекрасный день, посмотрев друг другу в глаза, они бы поняли, что сейчас самое время стать ближе настолько, насколько это возможно. Они бы занимались любовью не просто ради удовольствия. Для них это было бы нечто значительнее, важнее, чем просто половой акт. Это был бы способ стать друг другом, раствориться в любимом человеке, соединиться, как два пазла соединяются в картинке. - Привет. Гарри вздрагивает, когда незнакомый мужской голос вырывает его из размышлений. Прежде чем обернуться, он собирается с силами, потому что он правда верит в то, что, возможно, все то, о чем он думал минуту назад, вот вот сбудется. Он поворачивает голову и видит позади себя парня с черными, как смоль волосами и слишком длинной челкой. Он похож на неформала, хотя одежда и манера поведения у него совершенно обыкновенная. - Привет, - отвечает Гарри и дружелюбно улыбается. - Не против, если я присяду рядом? У мальчика перехватывает дыхание, но он берет себя в руки. - Конечно. Брюнет опускается рядом с ним, и Гарри напряженно косится на его ноги, которые он просовывает через парапет и свешивает аналогично ногам Гарри. Мальчик поднимает глаза и встречается с карими глазами незнакомца, что мгновенно его смущает. - Я Калеб, кстати. Брюнет протягивает руку и кудрявый пожимает ее, слегка стушевавшись. - Гарри. - Сбежал от пьяной молодежи, Гарри? - Да, хотелось побыть одному. - Не любишь вечеринки? Гарри ерзает на месте, чувствуя себя голым под пристальным взглядом брюнета. - Не очень. Наверное, это не мое. - Но зачем-то ты же сюда пришел. Значит, хотел что-то здесь найти. Мальчик смотрит на Калеба и ежится от его взгляда. Он не может понять, особенный ли это парень или снова типичный озабоченный тинейджер, помешанный на видеоиграх, соцсетях, вечеринках и американском футболе. - Возможно, кого-то. - Вот как?- Калеб усмехается и, наконец, отводит взгляд, устремляя его в темноту улиц. Гарри мгновенно расслабляется. Когда тебя не разглядывает незнакомец, формулировать мысли гораздо проще. - А ты? Почему ты ушел оттуда? - Надоел этот шум, музыка… Хотелось побыть одному. У Гарри екает сердце. Неужели, это происходит? Он не может ничего ответить, точнее, не знает, что сказать. Все мысли из головы словно испарились, поэтому он молча смотрит на брюнета. Почувствовав его взгляд, Калеб поворачивается и встречается с взглядом кудрявого. Они молчат, сверля друг друга глазами, пока брюнет не прерывает тишину. - Ты красивый парень, Гарри. Очень. И кажется, ты мне нравишься. По спине мальчика бегут мурашки, и он сильнее сжимает пальцами металлические стебли лозы. Прежде, чем ответить, он сглатывает и, кажется, все слова застревают в его пересохшем от волнения горле. - Ты мне тоже, кажется. Калеб довольно улыбается и тянется к Гарри, в висках у которого сердце стучит, словно отбойный молоток. Он никогда не целовался. Ни разу в жизни. И никому не говорил об этом. Кэрри бы засмеяла его. В эту минуту она лишалась девственности, а Гарри было суждено отправиться в колледж даже ни разу не целованным. И пока лицо Калеба приближалось к нему, он убеждал себя, что так лучше. Если он вдруг поцелует не того, то хотя бы получит опыт. Но в последний момент он передумывает и отодвигается назад. - Калеб? Парень открыл глаза, явно удивленный тому, что Гарри сидит значительно дальше, чем он рассчитывал. - Что? - Как думаешь, какие облака на ощупь? Гарри мнется. Ему вдруг становится неловко от своего вопроса. Ему он кажется глупым и неуместным, но он должен знать. - Откуда мне знать. Вбей в гугл, - быстро отвечает брюнет и придвигается ближе. Гарри сжимается изнутри и смотрит наверх. Туда, где облака надвинулись на месяц. - Нет, мне важно знать, что ты думаешь. - Это просто пар, Гарри. Испарившаяся вода. Больше не будет глупых вопросов? А теперь иди сюда. Одна рука парня ложится на бедро Гарри, а другая на шею. Мальчик чувствует дыхание брюнета возле своего уха и его всего передергивает. Он резко подрывается на ноги, чтобы уйти. - Гарри, куда ты? - Прости, но мы, видно не поняли друг друга. - Не поняли? - Прощай. И Гарри бежит оттуда, как от смерти. Без оглядки. И ему правда хочется разреветься. А тут столько народа, которые завтра разнесут по всей школе о том, что ты пускал сопли. Он хочет сбежать отсюда, как можно быстрее. И ему правда стыдно за то, что он оставляет Кэрри в этом доме и не выполняет просьбу ее матери, но у него больше нет сил находиться там, где ему не место. С людьми, которые думают иначе, живут иначе, любят иначе. И только когда он выбегает на улицу, подальше от посторонних глаз, то позволяет себе плакать. Плакать от того, что он дико скучает по ком-то. По тому, кого еще не встретил и кого так хочет найти. Ему хочется ласки, любви, тепла. Он хочет, чтобы на него смотрели с такой нежностью, от которой бы ты просто терял сознание. Он хотел любить до изнеможения, до наваждения и хотел, чтоб его любили так же. Но никто, никто на свете, казалось, был не способен на это. И от этого было больнее всего. И от этого он плакал так сильно, перебегая через дорогу. И возможно от того, что боль и отчаяние заполонили его разум, он не заметил огромную фуру, несущуюся на него. Должно быть душевная боль и вправду бывает гораздо сильнее физической, раз Гарри даже ничего не почувствовал. Он просто увидел свет фар, а дальше темнота. Примечания: *В качестве названия главы- строчка из песни Imagine Dragons-Hear Me "Maybe if I leave tonight I won't come back" -"Быть может, если я уйду этой ночью, то не вернусь "