Здравствуйте, с вами говорит . . . капюшон!

       «Интересно, как часто мы не замечаем людей, которые всегда рядом с нами, но нам даже не знакомы? Как часто мы не отмечаем в своем сознании тех, кого видим постоянно? Как мы можем видеться каждый день, но просто проходить мимо, не обмениваясь даже секундными взглядами? Как у нас получается проходить мимо друг друга день за днем, будто мы не существуем друг для друга? Интересно, кому-нибудь приходили такие мысли, кроме меня? А думала ли ты об этом? Или я один ничего не замечал вокруг? И о чем я вообще сейчас думаю?»       В очередной раз, вылавливая из огромной толпы знакомую длинноволосую девушку и провожая её взглядом по коридору, Мидорима думал о том, как часто раньше они могли проходить мимо друг друга, и даже не запоминать лиц. Каждый день Шинтаро несколько раз встречал Таю в коридорах, школьной столовой, у них даже физкультура бывала совместной! А он увидел её будто впервые. Но теперь его взгляд постоянно блуждал в поисках знакомой фигурки и останавливался лишь тогда, когда находил её.       И кто бы сомневался, что объект его пристального внимания уже был давно опознан Такао, который с удивлением узнал в этом самом «объекте» однажды пойманную им девушку. Но Кадзунари (вот чудо, да?) молчал несколько дней, пытаясь лишь понять, что творится у его зеленоголового друга в мыслях и чем эта девушка привлекла его внимание. Как бы он ни думал, и ни пытался найти ответ ‒ вывод всегда был один: Мидорима Шинтаро наконец влюбился. И выбором его стала весьма привлекательная девушка, а не какой-нибудь смазливый парень, как уже начал подумывать темноволосый (хорошо, что эти свои предположения он держал при себе). Внимательно следя за выражением лица своего друга, голубоглазый наконец-то не выдержал и спросил прямо:       ‒ Шин-чан, не влюбился ли ты часом?       От такого предположения очкарик аж закашлялся и гневно взглянул на своего товарища.       ‒ Такао!       ‒ Ну, нет, так нет. Чего кричать в ухо?       На это Мидорима не стал ничего отвечать, а только раздраженно повёл плечами. Однако эта фраза как наваждение застряла в голове баскетболиста на весь день. Парень уже несколько дней обдумывал эту возможность, но все не желал смириться с тем, что это может оказаться правдой.       Мидорима Шинтаро всегда был одним из тех парней, которые не замечают девушек в упор. Абсолютно. Нет, правда, совсем. Прекрасно понимая, что перед ним хрупкое создание, именуемое девушкой, Шин-чан не станет вести себя иначе. Он не попытается быть милым или нежным, а останется собой ‒ серьёзным, спокойным и несколько грубоватым в попытках изъясняться. Так было до того сообщения. Мидорима замечал красивых девушек, но они не вызывали в нем никаких эмоций (как и парни, извини, Такао). Но сейчас... сейчас что-то изменилось.       Человек, который никогда не любил лишних прикосновений, начал мечтать о том, чтобы хоть раз прикоснуться. Человек, который скрывал свои эмоции, захотел улыбнуться ей. Человек, который ещё много-чего-там-не, захотел нарушить все свои границы и правила ради неё. И, несмотря на это, своё желание парень чётко осознавал и понимал, но принять не мог. Если ты столько лет твердил себе, что «первым делом самолеты, ну, а девушки потом», то сдаваться так просто не хочется. Но и забыть о зелёных глазах, что смотрят прямо в сердце, баскетболист не мог так просто.       ‒ Эй, Шин-чан, что после тренировки делаешь? ‒ из задумчивости Мидориму вырвал голос Кадзунари, когда уроки уже закончились.       ‒ Домой иду, вот что.       ‒ И почему я не удивлён? Ты слишком однообразен, Шин-чан! Хоть бы раз сходил со мной в караоке! ‒ брюнет, кажется, немного надулся.       ‒ Я похож на человека, который любит петь?       ‒ Нет, но ты похож на морковку! – уже убегая с диким смехом проорал Кадзунари.

***

      Шин-подбешин >.< 11:12 Не удивлюсь, если ты врежешься в столб.       Тая 11:14 Шин-чан! >_< ты жестокий! :С       Шин-подбешин >.< 11:18 Но я хотя бы под ноги смотрю.       «Шин! Иногда мне просто хочется оторвать тебе голову, а лучше брови. Больнее будет. Или лучше за щеки потянуть? А дотянусь ли? Ар-р-р-р! О чём я вообще?»       Немного выходя из себя от подколов Мидоримы, девушка шла по коридору, совсем не глядя по сторонам и, что не удивительно, тут же на кого-то налетела, выронив телефон. Пытаясь понять, что произошло, Тая перевела взгляд на неожиданное «препятствие».       ‒ Извините... – зелёные глаза встретились с чуть более тёмными зелёными глазами высокого парня, который, тем временем, уже поднял телефон Тсугумии и протягивал ей руку.       ‒ Ты не ушиблась?       ‒ Нет. Простите ещё раз, ‒ принимая руку, брюнетка поднялась с пола, продолжая удивлённо смотреть на Мидориму.       ‒ Будь внимательнее, - положив телефон в руку девушки, Шинтаро сразу же ушёл в своём изначальном направлении.       ‒ Этот парень...       «Он из баскетбольного клуба, кажется? Да. Точно. Больше никто с зелёными волосами в школе у нас не ходит. Если хорошенько подумать, то я помню, как он кидал мяч с другого конца поля. Это было удивительно! Точно был он. Поэтому его голос показался мне таким знакомым? Нет... я не помню, чтобы слышала его голос на той тренировке. Да и запомнила бы я его? Сейчас... ещё немного и я точно вспомню, где же слышала его...»       ‒ Тая! ‒ отвлекшись на внезапный окрик, девушка вздрогнула и потеряла нить мыслей.       ‒ Риса-семпай, ‒ Таиса удивленно посмотрела на окликнувшую её блондинку, и, не подумав, ляпнула. ‒ Ты не знаешь как зовут... а нет. Не важно. Забудь, что я сказала. Что-то случилось?       ‒ Зовут кого? ‒ в ответ на этот вопрос Тсугумия лишь покачала головой, как бы говоря «забудь и просто говори, что хотела». ‒ Сегодня тренировку проведешь ты, как мой первый заместитель. У меня дополнительные занятия для подготовки к экзаменам.       ‒ Что? Когда я заместителем стала?!       ‒ Тридцать две секунды назад! ‒ мимолётно взглянув на часы и рассмеявшись, голубоглазая похлопала Таю по плечу и, весело улыбаясь, свернула за ближайший угол.       ‒ Риса! ‒ возмущённый голос Стрелы пронесся по коридору и эхом отразился от стен.       А тем временем, если бы Таиса решила догнать капитана, то ещё раз увидела бы странного зеленоволосого парня, который прислонился лбом к холодному окну и смотрел вниз, на прохожих.       «Это что магия какая-то? Стоило назвать её невнимательной, так я сразу же врезаюсь в неё. Что я там ляпнул? Ты в порядке? Будь осторожнее? А если она узнала мой голос? И стоило её коснуться лишь на секунду... а внутри всё горит. Спокойно, Шинтаро. Ты должен вдохнуть и выдохнуть. Просто успокойся. Она не могла узнать, у меня нет повода для беспокойства. Мы просто соприкоснулись. В этом нет ничего такого, от чего нужно так нервничать».       Пытаясь перевести дух, парень так и простоял до звонка возле окна, где его и нашёл Кадзунари и в срочном порядке утащил на урок.       ‒ И всё же... этот голос. Откуда я знаю его? ‒ задумчиво прошептала Тсугумия, заходя в класс.

***

      «Каждый раз, каждый чертов раз, стоит мне тебя увидеть или ощутить знакомую вибрацию в кармане, я снова срываюсь. Изо дня в день. Я так хочу просто забыть. Сделать вид, что никогда и не знал тебя. Делать вид, что никогда не тонул в зелёных глазах. Делать вид, что никогда не хотел провести рукой по волосам и ощутить их мягкую щекотку на кончиках пальцев. Делать вид, что тебя нет в моем мире и, тем более, сердце. Делать вид, что не знаю кто ты. Я устал. Просто устал пытаться остановить это. Чем сильнее я стараюсь выкинуть тебя из головы, тем сильнее ты увязаешь в моем сердце. Тая...»       ‒ Тая... ‒ тихий шепот вновь повторил это имя, будто пробуя его на вкус и пытаясь понять, насколько нежно оно может звучать. Обладатель прекрасного баритона выпустил телефон из широкой ладони и откинулся на спину. Лежать на левом боку и, не двигаясь, пялиться на горящий экран телефона парню уже порядком надоело. Вот протыкать взглядом потолок ‒ совсем другое дело!       Шинтаро снял очки с уставших глаз и прикрыл их рукой, давая им долгожданный отдых от яркого света. Ещё раз выдохнув, зеленоволосый, наконец, поднялся с постели и начал расстегивать рубашку.       Да, сегодня был тот самый удивительный день, когда вечно аккуратный и педантичный Мидорима, придя со школы, не снял школьную одежду. Вернувшись домой после тренировки в 19:43, парень спокойно прошёл в свою комнату, где снял пиджак, аккуратно повесил его в шкаф и поставил сумку на её законное место. А вот дальше всё пошло не так. Очевидно задумавшись, парень не сменил рубашку и брюки на обычные штаны и футболку, а просто сразу пошел на кухню. Если бы в это время кто-то был дома (а родители и сестра уехали в гости к знакомым, обещав вернуться к утру), то этот день бы начали отмечать красным крестиком в календаре, потому что «идеальность» Шина дала трещину, и он оказался всё-таки человеком.       А так как некому было сказать ему об этом (о том, что он не переоделся), парень, продолжая не замечать ничего вокруг, поужинал, вымыл свою тарелку и поднялся в комнату. Но даже попытка сделать домашнее задание ничего ему не дала. Мысли Мидоримы были слишком далеки от математики и биквадратных уравнений. В итоге он лишь задумчиво смотрел в небо, приложив кончик ручки к губам. Сколько он так просидел в свете настольной лампы – парень не знал, однако боль в спине говорила, что явно не две минуты. Устало потянувшись, зеленоглазый, наконец, обратил внимание на свою одежду, и уже расстегнул две верхние пуговицы, но до боли знакомая мелодия не позволила закончить это дело. Схватив со стола телефон, парень быстро прочел сообщение.       Тая 22:32 Доброй ночи, Шин-чан~       Шинтаро 22:32 Спи сладко.       Однако последнее сообщение не было отправлено. Написав эти слова, баскетболист никак не мог решиться их отправить, несмотря на то, что с Таисой ему хотелось быть мягким, он не смог бы нажать кнопку «отправить». Не сейчас. Это бы значило его абсолютное поражение. Но так ли теперь ему важна победа в этой «игре»? Ответ на этот вопрос он и искал уже несколько часов, лёжа с телефоном в руках на своей широкой кровати и в разных позах.       Но, кажется, понимание, наконец, снизошло до него, и поэтому, переодевшись, он принял расслабляющий душ, и, накинув полотенце на шею, подошел к окну в комнате. Посмотрев на звездное небо близоруким взглядом (очки лежали на столе) и, смахнув каплю, готовую сорваться с мокрых волос в любую секунду, Мидорима решительно взял телефон в руки и набрал сообщение, которое выражало все его мысли.       Шинтаро 00:31 Я просто хочу видеть тебя каждую секунду, что я дышу.       Улыбнувшись краешком губ, он сохранил это послание в черновиках, решив, что обязательно отправит его когда-нибудь. А сейчас... сейчас он отправил совсем иные слова.       Шинтаро 00:34 Давай встретимся?