Здравствуйте, с вами говорит . . . капюшон!

      МилоШин 00:34 Давай встретимся?       «Я уже несколько часов просто смотрю на это сообщение, а моё сердце всё также бешено колотится, будто впервые вижу. Только... мне совсем не страшно. Я не боюсь встретиться с ним, ну, разве что самую малость. Но от чего же мое сердце сходит с ума? Это чувство... радость? Смущение? Счастье...? Почему?»       ‒ Тсугумия-сан! ‒ злой голос преподавателя раздался чуть ли ни над самым ухом брюнетки. Совершенно не ожидавшая такого поворота, Тая подпрыгнула на стуле и завизжала, оглушив половину класса.       Недовольно потирая звенящее ухо, мужчина лет 30 строго посмотрел на девушку:       ‒ И нечего так визжать. Я привлекаю ваше внимание уже около 3 минут, юная леди. Ваши мечты и мысли, кажется, куда интереснее интегралов, но уделите и им немного своего бесценного внимания. И задержитесь после урока, ‒ одарив зеленоглазую ещё одним цепким взглядом карих глаз, Микаса-сенсей продолжил свой урок. И даже то, что он был её любимым преподавателем, а она его лучшей ученицей, не мешало ему быть строгим и с ней. Слегка покраснев от стыда, Таиса села на своё место под дружный смех одноклассников.       С классом у девушки не сложились тёплые отношения, ведь она была слишком замкнутой и приехала на учебу слишком поздно, когда группки друзей уже относительно сложились. А влиться в уже существующие коллективы ‒ очень непростое занятие, а для стеснительной девушки ‒ и вовсе невозможное. По этой причине никто даже не попытался спасти Тсугумию от надвигающегося наказания, а лишь с интересом наблюдали за событиями. К такому отношению со стороны она уже давно привыкла, и даже не пыталась что-то изменить: её не трогают, она никого не трогает — значит, всё прекрасно. Все счастливы. Вообще такие отношения с одноклассниками у неё бывали всегда, но раньше Мэй была рядом, и этой своеобразной «стены» Тая не замечала       Грустно выдохнув, Стрела попыталась сосредоточиться на уроке и внимательно посмотрела на доску, но перед глазами всё ещё был экран мобильника, а не пресловутые интегралы. Решив, что займется этими закорючками потом, девушка вздохнула и устремила взгляд в окно. Сегодня был один из этих непонятных зимних дней, когда на улице и не холодно, и не жарко. Просто не понятно. Снег не выпадал уже около недели, но небольшие сугробики уютно покоились возле деревьев, слегка переливаясь под лучами иногда выходящего солнца. От созерцания и мыслей о том, что не плохо бы слепить снеговика, Тсугумию отвлек звонок.       Наконец, получив легкий нагоняй и пару дополнительных упражнений от учителя, зеленоглазая пулей вылетела из кабинета, направляясь на следующий урок. Или нет. Свернув в противоположную сторону от спортивного зала, Таиса бодрым шагом устремилась на крышу школы, оставаясь не замеченной в шуме коридора.       «Воздух. Свежий, бодрящий, уже немного теплеющий воздух. Да. Прохлада мое спасение. Вдох. Выдох. Дыши Тая. Возьми себя в руки и успокойся. Соберись с мыслями! Давай же! Ты будешь отвечать на его сообщение только тогда, когда успокоишься, а, значит, никогда. Блин. Что за глупости? Так сложно согласиться что ли? Ох уж эта женская логика и тяга к бессмысленным страданиям...»       И даже мысленные подшучивания над собой не помогли вернуть мерное сердцебиение и обычное спокойное расположение духа. Издав какой-то не понятный звук, похожий на стон отчаяния, зеленоглазая растрепала волосы на голове.       Несколько минут проходив в сомнениях, и, кажется, что-то решив, девушка дрожащей от волнения рукой потянулась к своему телефону, который тут же выпал из словно одеревеневших пальцев. Коротко чертыхнувшись, она подняла голубой аппарат, оглянулась в поисках уютного места и решила присесть возле стенки, почти у самой двери, которая вела к лестнице, чтобы вернуться обратно в здание. Так как не апрель месяц на улице, а самый настоящий январь (не наш суровый, но всё же), зеленоглазая сняла шарф с шеи и, сложив его в несколько раз, удобно присела на него, попутно укутывая ноги кофтой, которую она достала из сумки со спортивной формой.       Откуда спортивная форма? Таиса просто не пошла на физ-ру. А смысл идти, если у тебя освобождение и ты просто грустно сидишь на скамейке, в ожидании, что тебе в голову прилетит шальной мячик? Не лучше ли взбодриться на улице, учитывая, что после этого будет обеденный час? Конечно, лучше! И думать не стоит, что можно замерзнуть и простыть. А также не стоит думать о том, что вот так и начинают идти по наклонной: вначале пропустишь один урок, а потом будешь сидеть и думать на какой бы урок сходить, потому что скучно дома.       Последний раз судорожно выдохнув и взяв себя в руки, Тсугумия дрожащими пальцами набрала сообщение.       Тая 11:54 Это так... внезапно.       МилоШин 11:58 Долго же ты думала.       Тая 11:59 Прости. Я, правда, не знала, что написать.       МилоШин 12:03 Мы виделись уже много раз.       Увидев этот ответ, девушка чуть было не выронила многострадальный телефон из руки снова. «Не может быть! Он... знает меня? Ты же говорил... что понятия не имеешь кто я!». Стараясь угомонить бешеный стук сердца, она быстро написала ответ.       Тая 12:05 Мы знакомы?       МилоШин 12:08 Нет. Но я знаю тебя. Мы... учимся в одной школе.       Тая 12:08 СЕРЬЕЗНО? О_О       МилоШин 12:10 Забавно, правда?       Тая 12:11 И давно ты меня знаешь?       Ниндзя Шин 12:14 Неделю.       Ниндзя Шин 12:15 Мы можем встретиться в школе, если тебе так будет комфортнее.       Тая 12:17 Хорошо.       Ниндзя Шин 12:20 Тогда, я найду тебя.       «И почему это пугает меня гораздо больше, чем то, если бы мы договорились о встрече где-нибудь? Он ведь не сделает мне ничего плохого, верно? Я просто должна расслабиться... И с каких пор я боюсь Шин-чана? Как вообще можно переживать из-за встречи с тем, кого называют «Шин-чан»?!»       Положив руку с телефоном на колени, Тая, выдохнула, и устремила взгляд в несколько хмурое, но чистое небо. Немного понаблюдав за птицами, улетающими вдаль, и пытаясь представить себе, как выглядит Мидорима, девушка незаметно для себя уснула.

***

      «Такое чувство, что я что-то сделал не так. Если подумать, то будь я на её месте, то вообще бы перестал отвечать на сообщения, сменил фамилию, имя, школу и внешность. То говорю, что понятия не имею, кто она и откуда у неё мой номер, и считаю, что это Такао нашел себе очередной способ извращенного самоубийства, то уже целую неделю «слежу» за ней. И что это ещё за «я найду тебя». Прям как маньяк какой-то. Даже не поинтересовался, где и когда она хотела бы встретиться. Слишком нервничаю, чтобы нормально соображать. Правильно делал, что не влюблялся раньше. Надо было спросить у Такао, как себя вести. Что? У ТАКАО? Точно крыша едет, если я от него разумных советов жду»       ‒ А? Шин-чан, ты чего завис? – брюнет помахал ладошкой прямо перед носом своего высокого друга и уже практически орал ему в ухо. Мидорима вздрогнул и окинул Такао очень недовольным взглядом.       ‒ Хм, а скамейка «сачкующих» сегодня пустует. Как-то странно, да, Шин-чан? – как бы невзначай, бросил фразу Кадзунари, выполняя наклоны, и делая вид, что орать в ухо это вообще норма и он не нарушил никаких правил дружбы с Шинтаро. Отчаянно желая треснуть друга, парень поправил очки и присоединился к выполнению упражнения.       На высказывание голубоглазого Мидорима ничего не сказал, а лишь раздраженно посмотрел на часы. Совсем скоро урок должен закончиться и у него будет час, чтобы найти Тсугумию и поговорить. О чем говорить, баскетболист понятия не имел, и впервые оставил что-то на импровизацию и удачу, которая сегодня была явно на его стороне. Иначе как ещё объяснить то, что он весь урок так незаметно отправляет сообщения, не получая нагоняй?       Кроме того, что баскетболист совершенно не представлял о чем говорить, когда они встретятся, он ещё и понятия не имел где её сейчас искать. Если она не была на уроке, то вполне могла уйти домой или быть занята в клубе. Поэтому, не будучи уверенным в её местоположении, Мидорима решил проверить всё: кабинет преподавателей, столовую, бассейн, музыкальный класс, кабинет студсовета, а также украдкой заглянуть в кабинет класса Тсугумии. Но все его поиски провалились, и девушку он нигде не обнаружил. Шинтаро со вздохом поднялся на крышу, надеясь, что там его посетит гениальная мысль, где же её искать, если она не ушла домой. Мысль его, конечно, не посетила, но вот зато пропажа нашлась.       Едва ступив на крышу, баскетболист заметил до боли знакомый силуэт девушки, чьи волосы слегка развевались на ветру, а голова была наклонена к плечу. Тело Таисы было полностью расслаблено, она тихонько и равномерно дышала. Её лицо было необычайно умиротворенным и нежным, каким только может быть лицо человека, видящего прекрасные сны.       Сердце Мидоримы Шинтаро пропустило удар, а после забилось с удвоенной скоростью, глаза расширились от удивления и он замер, стараясь не спугнуть чуткий сон Таисы, неловким движением или неосторожным шагом. Простояв около минуты, просто глядя на неё, парень, наконец, оторвался от созерцания черт лица и обратил внимание на то, что Тая одета слишком легко для такой погоды, и, не раздумывая ни секунды, стянул с себя шарф, и аккуратно, чтобы не разбудить Тсугумию, обмотал им её шею. Брюнетка лишь что-то пробурчала в ответ и слегка улыбнулась.       Всё ещё заворожено глядя на брюнетку, Шинтаро осторожно присел рядом и, слегка краснея от смущения, положил голову девушки на своё плечо.       «И почему я вытворяю такое? О, да. Я уже вижу лицо Такао, который радостно орет в ответ на мой вопрос «Потому что Шин-чан влюби~ился!». Но, черт возьми... так хочется ощутить тяжесть головы её на своём плече. Узнать бы, что ей снится. И как она вообще умудрилась заснуть на таком холоде? Ведь и заболеть так можно. И вот зачем я это сделал? Теперь нельзя и пошевелиться, чтобы не побеспокоить её. Здесь нужна концентрация и сила воли даже сильнее, чем в баскетболе, чтобы не почесать нос или не сделать слишком глубокий вдох. Хотя теперь у меня есть шанс придумать, что же сказать Тае. Но вместо этого могу думать лишь о чудесном аромате вишни, который источают её волосы».       Мидорима, стараясь не пошевелить плечом, откинул голову назад и уперся ей в стенку, краем глаза продолжал поглядывать на Тсугумию. И вот, после 10 минут, когда у Шина затекло всё, что только могло, от сидения в этой странной позе, Тая начала немного ерзать и открыла глаза.

***

      «М-м-м, как хорошо спалось. Было так уютно и тепло, хотя я вроде бы должна была замерзнуть. Да и почему я уснула? Вроде не собиралась и даже не хотела, но сон, кажется, был таким хорошим. Я парила в небесах, и чьи-то теплые руки обнимали меня... А? Стоп! На чём лежит моя голова? Это плечо не моё...?!»       Зелёные глаза резко распахнулись, и Таиса тут же подняла голову, чтобы взглянуть на того, кто так услужливо предложил ей своё плечо в качестве подушки. Увидев, едва знакомого ей зеленоволосого парня, брюнетка резко пискнула и отодвинулась под внимательным взглядом его глаз.       ‒ Хорошо отдохнула? ‒ спросил знакомый, приятный низкий голос.       ‒ Ш-шин-чан?!       ‒ Мидорима Шинтаро, ‒ представился парень, поправляя очки забинтованными пальцами.       ‒ В-вот как... я рада... встретить тебя, ‒ Тая смущённо заправила прядь волос за ухо и посмотрела в сторону. Вот так неожиданно проснуться на плече человека, которого она и правда видела несколько раз, но даже не могла подумать ни на секунду, что он тот самый Шин-чан. Зеленые волосы, серьезный взгляд из-за очков в темной оправе, и слегка покрасневшие от мороза (от него ли?) щёки ‒ так ли она представляла себе того, кому, как оказалось, подарила сердце?       ‒ Я не хотел пугать тебя. Просто подумал, что так будет гораздо удобнее, ‒ несмотря на все внутреннее волнение, голос парня ни разу не дрогнул и звучал как обычно, хотя попытка оправдать свои действия выглядела довольно странно. Смущаясь, Стрела посмотрела вниз и обнаружила, что шарф, в который она вцепилась мертвой хваткой, был вовсе не её.       «Его шарф... он укутал меня, чтобы я не мёрзла? И подставил плечо, чтобы мне было комфортно... с виду хмурый и серьезный, а в душе очень добрый. Да. Это точно он. Теплый Шин-чан... Если бы я была хоть капельку готова встретить тебя. Совсем не знаю, что сказать, а даже если бы знала, то едва ли смогла бы вымолвить и слово. А ты, организм, вообще предатель! Хорошо хоть горящие огнем щеки можно свалить на мороз. Блин, ты точно ниндзя, Шин!»       Коротко выдохнув, зеленоглазая произнесла дрожащим голосом:       ‒ Спасибо, Шин...таро. И за это тоже, ‒ не зная, как лучше поблагодарить и нелепо пытаясь привыкнуть к новому имени, брюнетка прикоснулась к шарфу, намереваясь вернуть его хозяину. Мидорима в ответ на это лишь покачал головой.       ‒ Вернешь его позже, когда согреешься, ‒ немного нахмурившись, баскетболист всё-таки отверг мысль о том, чтобы согреть её ладошки своими, чем мог бы окончательно смутить обоих.       ‒ Ты ведь простудишься, ‒ Тсугумия тоже сдаваться так просто не собиралась и принялась слабо возражать, глядя на несколько замерзшего друга по переписке.       ‒ Нет. Мне достаточно тепло здесь... ‒ вовремя замолчав, Шинтаро мысленно закончил фразу «...рядом с тобой».       ‒ Вот как... ‒ давняя знакомая по имени «неловкая тишина» снова решила навестить эту странную парочку. Прогнать её через пару минут молчания и дружного созерцания плит на крыше, решился Шин, который выдохнул, а потом повернулся к девушке всем корпусом, ловя её взгляд.       ‒ Ты, наверное, не ела ещё. Не голодна?       ‒ Д-да, немного. Только моя еда осталась в классе. Мне придется поесть там, иначе я не успею... ‒ под конец фразы Таиса покраснела ещё сильнее, понимая, что только что отвергла его намечающееся предложение поесть вместе.       ‒ В таком случае, тебе лучше поторопиться, осталось всего 27 минут до конца перерыва, ‒ совершенно спокойно ответил Мидорима, смотря на часы.       ‒ А ты?       ‒ Я не голоден, ‒ баскетболист нисколечко не кривил душой, от волнения ему не хотелось ничего, кроме как умыться прохладной водой или окунуться в сугроб (чего бы он, впрочем, никогда не сделал).       ‒ Вот как. Тогда я, пожалуй, пойду, ‒ Тсугумия неловко встала и начала собирать вещи, не глядя на зеленоволосого. Шинтаро же напротив не упускал ни одного гибкого движения Стрелы.       Когда Тая, неловко попрощавшись, уже повернула ручку двери, ведущей с крыши, Шин-чан её окликнул:       ‒ Тая, ты... ‒ голос парня слегка охрип, выдавая все его эмоции с головой, ‒ ты пойдешь со мной... на...       Зеленоглазая вздрогнула и повернулась к нему полубоком, ловя взгляд его изумрудных глаз, ожидая окончания фразы и удивляясь внезапному изменению его тона.       ‒... пошли со мной на свидание? ‒ щёки такого невозмутимого и неэмоционального любителя гороскопов предательски покраснели. Вспыхнув в ту же секунду и теряя дар речи, брюнетка смогла лишь коротко и растерянно кивнуть в ответ.