Сёстры

Какие вопросы обычно больше всего волнуют шестнадцатилетних подростков? Шмотки, мальчики, модные тусовки... Да, это можно сказать о многих моих друзьях, но только не обо мне. Меня зовут Элисон Грейнджер, и я не могу назвать себя обычным подростком. Я, как и моя мама, волшебница. И этот факт был известен мне с самого моего рождения. Сейчас мне уже шестнадцать и у меня есть практически все, что может пожелать подросток в моем возрасте: забитый одеждой и обувью от лучших дизайнеров шкаф, собственная машина, куча друзей и замечательная семья. О да, семья у меня действительно огромная! Но, давайте-ка обо всех постепенно… Моя мама – героиня Второй магической войны. Сомневаюсь, что есть кто-то в этой стране, кто не слышал бы имени Гермионы Джин Грейнджер. Лучшая подруга Гарри Поттера и Рональда Уизли, самая умная ведьма своего возраста, часть Золотого Трио, чудом сумевшего победить самого ужасного темного волшебника всех времен, руководитель Отдела магического правопорядка. Мама – самый близкий мой человек. Отца у меня нет. Да его никогда и не было. Моя крестная рассказывала, что они с мамой развелись, когда мне не было и года. А вот мама никогда не говорит о нем. Нет, Пэнс, конечно же, не вдавалась в подробности, но она хотя бы рассказывала, какой он был, мой отец… К слову о Пэнс. Панси Забини (в девичестве Паркинсон) – моя любимая крестная, лучшая подруга моей мамы, самый близкий мне человек на этом свете после мамы. Сколько я помню себя, Панси всегда была рядом со мной и мамой. А Панси замужем за Блейзом (Гарри как-то говорил, что он был лучшим другом моего отца, но отвечать на вопросы они оба отказались) и у них есть трое детей – Пенелопа и Роберт, близняшки, им по восемь (вот классно было бы, если бы у меня была сестра-близнец), и малышка Амелия, которой сейчас всего шесть. Конечно же, у меня есть и крестный. И моим крестным является сам Гарри Поттер! Мальчик, который дважды выжил, самый молодой ловец столетия, кавалер Ордена Мерлина первой степени, Глава управления мракоборцев, герой войны… Всего и не перечислить. Все знают Гарри Поттера серьезным человеком, ну а я видела его с моменты горя и радости, видела его в кругу семьи. Нашей семьи. Кстати, Гарри женат на Джинни, а она – вторая мамина лучшая подруга. Джинни раньше играла в основном составе Холлихедских Гарпий, но после рождения Ала (А если быть точной, Альбуса Северуса Поттера, их второго ребенка, который в этом году поступает в Хогвартс. Кстати, их старший сын, Джеймс Сириус, который на год старше Ала, учится на одном факультете со мной) Джинни бросила спорт и стала корреспондентом пророка. И теперь она сидит дома с девятилетней Лили Луной и пишет статьи для газеты. Еще у меня есть бабушка Джин и дедушка Джон, мамины родители, а также Рон и Лаванда (Никогда не понимала, как этой женщине удается выглядеть так молодо!) и их дети Роза и Хьюго, Чарли, Джордж и Анджелина и их дети Фред и Роксана (вот странное имя!), еще у нас есть бабушка Молли и дедушка Артур, Флер и Билл, а также их дети Луи, Доминик и Виктория. Викки, кстати, моя самая лучшая подруга. Мы с ней всю жизнь вместе. Конечно же, все они, кроме мамы, разумеется, мне не родные. Но ведь семьей являются не только родственники по крови. Семья – это самые близкие, самые родные люди. И у меня они, слава Мерлину, есть. Кажется, я слишком отвлеклась. Пора рассказать вам эту удивительную историю, которая началась одним сентябрьским днем (а точнее, вечером первого сентября) в Большом зале Хогвартса. Мы с Викки сидели за столом Гриффиндора и смеялись над шуткой Джаспера Кларка, нашего однокурсника, в то время как профессор Макгонагалл (директор Хогвартса вот уже почти двадцать лет) начала свою речь. - Я рада приветствовать всех вас здесь в этом году. Год будет необычным, поскольку Министерство магии Британии совместно с Министерством магии Франции пришли к выводу, что необходимо укреплять дружеские контакты между школами… - Профессор, неужели, в Хогвартсе пройдет Турнир Трех Волшебников? Такого не было с тысяча девятьсот девяносто пятого, когда турнир выиграл Гарри Поттер… - Выкрикнул кто-то из-за стола Пуффендуя. - И не мечтайте, мистер Прайс. – Прервала его фантазии директор. – Все понят, чем тот турнир закончился. И, будьте уверены, мистер Прайс, что такого больше не повторится в стенах этой школы, пока я здесь директор. - Профессор, вы говорили об иностранных студентах… - Профессор Долгопупс (дома он, конечно же, просто дядя Невилл). - Да, спасибо, профессор Долгопупс. В связи с этим соглашением, мы отправили двух студентов нашей школы в Шармабаттон, ну а они, в свою очередь, прислали двух студентов нам. Поприветствуйте, мистер Жан Ренье. Невысокий мальчик (мне показалось, что он на четвертом-пятом курсе) подошел к табуретке, а Макгонагалл надела ему шляпу на голову. - Когтевран! – Прокричала шляпа и Жан отправился за свой стол. - А теперь, - Продолжила Макгонагалл, - поприветствуйте мисс Эбигейл Малфой. В зал вошла девушка, которая показалась мне знакомой. Светлые волосы, четкие аристократичные черты лица, высоко поднятый нос. Мой диагноз – Слизерин. - Гриффиндор! – Прокричала шляпа, после чего наш стол разразился громкими аплодисментами. Эбигейл прошла и села рядом со мной. - Привет, ты Эбигейл, верно? – Протянула руку я. – Меня зовут Элисон Грейнджер. - Мне очень приятно. Можете звать меня просто Эбби. - Ну а меня можешь звать просто Эли. – Я улыбнулась и указала на сидящую напротив Викторию. – Моя лучшая подруга, Виктория Уизли. - Для друзей просто Викки. – Вик внезапно замерла. Ее взгляд метался с меня на Эбби и обратно. - Вик? – Спросила я. - Девочки, да вы похожи, как две капли воды. Сразу после пира мы пошли в свою спальню. Жили мы раньше с Вик вдвоем, но теперь к нам присоединилась Эбби. - Встаньте во сюда. – Вик подвела нас к зеркалу. Действительно, из зеркала на нас смотрели две практически одинаковые девушки. Обе блондинки, только вот, мои волосы прямые и распущенные, а у Эбби – собраны в высокий хвост. Похожие черты лица… Вот только глаза… Мои глаза были ледяного серого оттенка, а глаза Эбби были мне так знакомы… Глаза у француженки были точь-в-точь, как у моей мамы. Шоколадные. - Твои глаза… - Произнесли мы одновременно. - У тебя глаза, прямо как у… - Начала Викки. - У моей мамы. – Закончила за подругу я. - А твои глаза похожи на глаза моего отца. – Сказала Эбигейл. - Это странно… - Да ладно вам, девочки. – Подскочила с кровати Вик. – Не забывай, Эли, что нас ждет в выручай-комнате. А точнее, кто нас ждет. - Выручай-комната? Та самая? – Удивилась Эбби. - Да. А ты откуда о ней знаешь? – Спросила моя лучшая подруга у нашей новой соседки. - Мой отец учился здесь. Но после развода с мамой, он и бабушка переехали в Париж. - Класс. А теперь давайте быстро переодевайтесь. Нас ждет вечеринка на всю ночь. Будут все старшие курсы. - Ну и как ты собираешься пройти туда? – Улыбнулась я. – Филч и его противная кошка… - Забей на них. Я кое-что одолжила у Джима. – Подмигнула подруга. - Неужели Джим добровольно отдал тебе свою мантию? – Удивилась я, ведь обычно Поттер никогда и никому ее не давал. - Нет, конечно же, нет. Я обещала купить ему все, что он пожелает, когда мы пойдем в Хогсмид. Им с Фредом, Никки и Джейси нужны какие-то штуки из Зонко для их приколов. Мы втроем отправились на вечеринку. Мальчишки со Слизерина протащили огневиски, и Викки явно слегка перебрала. Джаспер проводил ее до комнаты, а я решила показать Эбби вид с Астрономической башни. - Здесь просто… - Восхитительно? Да, ты права, Эбби. – Я села на край башни. – Мой дядя Гарри говорит, что отсюда открывается самый прекрасный вид в Британии. - Ты сказала, что твоя фамилия Грейнджер? - Да, верно. – Подтвердила я. - А ты случайно не родственница Гермионы Грейнджер? - Если родители являются родственниками… - Так она твоя мама? Вот это да! Наверное, это трудно, быть дочкой героини войны. - Раньше это было ужасно. – Улыбнулась я. – Люди подходили к маме на улице, пожимали ей руки, улыбались и благодарили. А сейчас, когда просто столько лет, стало немного легче. - А кто твой отец? – Спросила Эбигейл. - Я не знаю. Я никогда не видела его. И колдографий у меня тоже нет. Мама развелась с ним, когда мне и года не было. Панси, моя крестная, говорила, что они очень любили друг друга, пока однажды отец не выставил ее за дверь, не объяснившись. - Я понимаю тебя. Мои родители тоже развелись, когда мне было около годика. Папа не любит говорить на эту тему, а бабушка сказала лишь то, что моя мама была прекрасным человеком, но она не любила моего отца и изменяла ему. А потом ушла куда-то и не вернулась. А мы переехали в Париж. - Тебе не кажется это странным, Эбби? – Спросила я, достав из сумочки пачку Vogue. Ох, если бы мама узнала… Нет, я не курю постоянно. Лишь в моменты, когда одолевают мысли. - Что именно? - То, что мы так похожи. – Пояснила я, прикурив, после чего протянула пачку Эбигейл. - Кажется, конечно же. И заметь, не только внешне. - Ты думаешь о том же, о чем думаю я? - Эли, когда у тебя день рождения? – Поинтересовалась Эбби. - Двадцать третьего апреля. - И у меня. Мы родились в один день, у нас обеих родители развелись в одно время, мы просто копии друг друга… - Мы можем легко проверить это. Есть заклинание, с помощью которого можно установить родство. - Ты знаешь его? – Удивилась Малфой. - Нет, зато мой друг Джаспер наверняка знает. Мы докурили и вернулись в свою комнату, решив отложить выяснения всех обстоятельств до следующего дня. Нам несказанно повезло, что второе сентября выпало на воскресенье.