Сибирь: Английская версия

Время остановилось. Англии казалось, что кто-то тащит его под водой. Всё вокруг было чёрным и холодным как лёд. Артур вытянул вперед руку, в слепом неведении пытаясь нашарить перед собой опору. Открывать глаза он не решился. Его пальцы ухватились за что-то жёсткое, по форме напоминающее стебель камыша. Артур вцепился в него из последних сил, но стебель, словно играючи, выскользнул у него из-под пальцев и растворился в темноте. В ушах свистел ветер, руки и ноги вязли в чём-то жидком, похожем на размытый илистый грунт или глину; Англия отчаянно хватал ртом воздух — его утягивало всё глубже на дно. Водоросли опутывали его тело, сдавливали горло, будто пытаясь задушить; Артур начинал задыхаться. Он широко распахнул глаза и... обомлел. Вокруг не было ничего. Только беспросветная, всепоглощающая пустота. *** — Надеюсь, у тебя были достаточно веские причины, чтобы звонить мне в такой час! — раздраженным, немного хриплым ото сна голосом отозвался Пруссия с другого конца телефона. Китай беспокойно мерил шагами комнату, почти присвистывая от возбуждения. — Я бы не стал беспокоить тебя, — Яо нарочито выделил последнее слово, — не будь у меня действительно серьёзного дела. — На другом конце провода Гилберт обреченно вздохнул. — Поверь мне. В трубке послышалась возня: заскрипела кровать и щёлкнула кнопка выключателя. Китай терпеливо ждал, когда он закончит. — Выкладывай, — наконец изрёк Пруссия, стоило внешним шумам утихнуть. — Что там у тебя? Китай просиял. — Короче, Гил, ты мне нужен здесь и прямо сейчас с машиной, лопатой, фонариком и киркой. — Что? — изумился Пруссия. — Зачем тебе... — Позже расскажу, — прервал его Яо. — Прямо сейчас? — проныл Гилберт. Желание ехать отсутствовало напрочь. — Да, — кивнул Китай своему невидимому собеседнику. — Прямо здесь и сейчас. — Ладно, — фыркнул Пруссия. — Тогда жди. Дело оставалось за малым. Он в шаге от неразгаданной загадки. *** — Пожалуйста, скажи, что мы отправляемся в турпоход, — Пруссия боязливо оглядел высокий металлический забор, в некоторых местах особенно сильно скрытый густой листвой деревьев. Китай не удостоил его ответом, а лишь отрицательно качнул головой. — Нет? — вздохнул Пруссия. — Только не говори, что мы здесь для того, чтобы грабить могилы? Яо загадочно улыбнулся и жестом поманил Гилберта за собой. — Почти. — Хе-хе, — Пруссия нервно засмеялся. — Стоп, что? — Пошли. Надо управиться со всем до рассвета. Они пересекли улицу почти бесшумно и остановились на другой стороне возле больших кованых ворот. За спиной у Гилберта болталась тяжелая связка с инструментами, в руках он держал лопату. Луна скрылась за облаками, и теперь единственными источниками света были лишь одноглазые фонари в дальнем конце квартала. Под ногами клубился сизый туман. Он скрадывал детали пейзажа, окутывая могильные кресты и надгробия серой дымчатой пеленой. Китай запрокинул голову, но не смог увидеть ничего, кроме врезающихся в небо остроконечных верхушек елей. На пригорке взгромоздились сухие крючковатые деревья, поодаль виднелся обвитый плющом склеп. Пруссия вздрогнул, чувствуя, как вспотела его спина. Он поежился: всё тело перетряхивала мелкая дрожь. Гилберт поскорее метнулся к воротам, к своему стыду ощущая, как им постепенно завладевал липкий удушающий страх. Он дёрнул ворота один раз, затем второй и третий — они не поддавались, как бы сильно он их не тряс. — Закрыто? — Пруссия чертыхнулся и ударил кулаком по решетке; ржавые петли пронзительно заскрипели на ветру. — Конечно закрыто, — Китай фыркнул. На удивление во всей этой ситуации Яо сохранял просто недюжинное спокойствие. Он будто заранее знал, чего им предстоит ждать. — Неужели ты думал, что кто-то оставит кладбище открытым после одиннадцати? — Ну и что теперь? — Гилберт посмотрел на Яо — выжидающе и задумчиво. Он молчал, терпеливо ожидая ответа, хотя уже и валился с ног от усталости и недосыпа. В полутьме его пепельные волосы смотрелись чересчур броско, а красные глаза и вовсе придавали устрашающий вид. Он походил на вампира или зомби из старых чёрно-белых плёночных кино. Хотя, возможно, это всего лишь фантазии. — Пойдем вдоль ограды, поищем место, где можно попробовать перелезть, — наконец предложил Китай. Пруссия усмехнулся. — Серьёзно? — в его голосе читалась издевка. — Ты свихнулся? Ты что, чёртов гимнаст, чтобы перебраться на ту сторону, не напоровшись на эти пики? — Да, Гил, — Яо решительно кивнул. — Я чёртов гимнаст, а ещё ты пойдешь со мной. Пруссия в изумлении открыл рот. — Сумасшедший дом, — он развёл руками. — И куда я попал? Теперь нам остаётся перелезть через ограду и надеяться только на то, что никто в это время не будет смотреть в эту сторону достаточно долго, чтобы заметить, как мы болтаемся на решётке, будто стеклянные шары на ёлке! Прекрасно! Китай закатил глаза. — Пошли уже. Они шли уже довольно долго, а высокая решётка всё продолжала тянуться рядом. Ветер усилился, стал порывистей и холодней. Он гнал их в спину, на север, всё быстрее и быстрее, пронизывая своим холодным ледяным дыханием до самых костей. — Она чертовски высокая, — подметил Пруссия. — Да и эти пики... У нас точно всё получится? — Получится, — Китай решительно кивнул. Решительность его, правда, Гилберту не передалась, зато оставила после себя липкое ощущение недосказанности. — Кстати, — в тишине голос Пруссии прозвучал неестественно громко и глухо; Китай вздрогнул, как от пощечины, когда рука Гилберта коснулась его плеча. — Ты так и не рассказал мне, зачем мы здесь. — Ах, это, — вздохнул Яо. — Всё дело в Англии. — В Англии? — удивленно переспросил Гилберт. — В Сибири, точнее, — Китай раздраженно фыркнул. Одно лишь упоминание о лже-Артуре вгоняло его в состояние, схожее с бешенством. — Я пришёл к выводу, что Англия вовсе не умер, а тот, кто находиться в теле Сибири, не есть его настоящая душа. Наверное, этот учёный хотел поместить душу Артура в тело давно умершей страны, но что-то пошло не так и... — Стоп, стоп, стоп, — Пруссия энергично замахал руками, призывая Китая к молчанию. — Подожди. Не торопись. Англия что — жив? — Нуу, — протянул Яо, отводя взгляд. — В некотором смысле — да. Просто сейчас его место занял Сибирь. — Ни хрена не понял, но это явно что-то важное. Я прав? — Метишь в яблочко, Гил. Я принял правильное решение, взяв тебя с собой. — Естественно, — Пруссия горделиво ухмыльнулся. — Без меня, — он ткнул пальцем себе в грудь, — у тебя, — указал пальцем на закатившего глаза Китая, — ничего бы не вышло. Китай безразлично проследить за его действиями и пропустил мимо ушей слова, которыми Пруссия восхвалял собственную напыщенность и самолюбие. Стоило Гилберту закончить свою пламенную речь, как Яо сдержанно подозвал его к себе. — Тоска смертная, но нам пора идти. — Так это?.. — Можешь расценивать как комплимент, — Китай устало потёр переносицу. — Пошли. Они двинулись вперёд, Пруссия не переставал всё время боязливо оглядываться по сторонам. Ветер шевелил кроны деревьев, завывал меж трещинами на камнях; где-то вдалеке раздался пронзительный волчий вой. Казалось, сама земля заходила ходуном, поднялась, готовая в любую минуту расколоться на части. Китай неожиданно остановился. Пруссия натолкнулся на него в темноте и громко выругался. — Какого чёрта? — прошипел он, отходя назад. — Тц, — шикнул Яо. Он поднял руку вверх. — Молчи. Гилберт поджал губы. Кто дал ему право командовать? — Ну и, чего мы стоим? — Заткнись. Лучше смотри. Китай кивнул в сторону ограды. В этом месте она оказалась особенно старой: краска слезла и растрескалась, а часть забора по понятным причинам вросла в землю и оказалась несколько ниже, чем остальная решётка. — Здесь мы можем попробовать перелезть, — Яо обернулся, козыряя задорной улыбкой. — Тааак, подсади-ка меня... — Почему это я? — Гилберт нахмурился, складывая руки на груди. — Ты видишь здесь кого-то ещё? Я лично нет. Пруссия поморщился. Впрочем, Китай не обратил на него ровно никакого внимания. Гилберту пришлось присесть на корточки, чтобы Яо смог взобраться ему на плечи. Удалось всё не с первого раза. Китай сначала соскальзывал и неловко скатывался вниз, а потом уже опасно балансировал, пытаясь ухватиться за торчащие пики. — Тебе не кажется, что ты немного обнаглел? — Пруссия побледнел. Китай не ответил. Не тратя время на пустые разговоры, он предпочел сразу приступить к делу — вцепился пальцами в прутья решётки и осторожно ступил одной ногой на перекладину. — Чего застыл? — разозлился Пруссия. Китай глубоко вздохнул. Не скажет же он Гилу, что боится даже шевельнуться: вдруг ограда упадет вместе с ним, хуже — на него. Сама решётка была ржавой и холодной. На ладонях оставался характерный рыжевато-коричневый налет. Яо, наконец осмелев, принялся лезть вверх, но внезапный скрип колёс за спиной заставил его остановиться. К одному из домов подъехала машина. Китай замер. Пруссия в спешке спрятался за дерево и прижался к стволу, не дыша. Двери машины распахнулись. Из салона не спеша выбралась молодая пара — оба с тяжелыми пакетами в руках. Чёртовы любители поесть по ночам, что ж вам дома не сидится. Китай стиснул зубы. Одна надежда, что листва деревьев скроет его присутствие от лишних любопытных глаз. О нет, парочка принялась обниматься, совсем забыв про свои драгоценные пакеты. Китай флегматично следил за их воркованием посреди улицы, моля о том, чтобы они поскорее ушли. Парень прижал девушку к машине, вовлекая в страстный поцелуй. Китай закатил глаза. Только разврата сейчас не хватало. Ах нет, похоже, представления не будет. Яо услышал, как что-то с характерным звуком стукнулось об асфальт и закатилось под машину. Парень выругался. Он достал из нагрудного кармана маленький фонарик и принялся светить им, обходя машину кругами. Китай понял — пора действовать. Посвети этот парень фонариком в сторону решётки, непременно бы увидел вцепившегося в прутья, как коала в эвкалипт, Яо. И Китай решился. Он напрягся всем телом, благо, для его замысла верхушка ограды была уже достигнута, и словно пружина выпрыгнул вперед. Яо на секунду показалось, что он летит. Правда, это было короткое мгновение. Его взгляд успел зацепиться лишь за край мощеной камнями тропинки, потом его отбросило в колючие кусты шиповника. — Чёрт, — Китай еле сдержался от того, чтобы не закричать. Острые колючки расцарапали кожу до крови. Теперь множество маленький ранок саднили, кровоточили и болезненно нарывали. Китай бросил взгляд на решётку. Его длинный рукав зацепился за одну из пик и теперь, словно порванный флаг, болтался на ветру. Но, к счастью, его не обнаружили. Хоть в чём-то повезло. Яо облегченно перевел дух. — Пруссия, — позвал Китай почти шёпотом. — Ты где? Ответа не последовало, зато в голову ему прилетела увесистая еловая шишка. — Что за?.. — Яо в панике схватился за ушибленное место. Он запрокинул голову. На ветке дерева, прямо над его головой, стоял ухмыляющийся Пруссия и подбрасывал шишку в руке. — Спускайся оттуда, слышишь? — Китай сжал кулаки. Казалось, ещё чуть-чуть, и он побагровеет от злости. — Это не смешно. — А я и не смеюсь, — Пруссия спрыгнул вниз, слегка неуклюже приземлившись. — Ау. Я укололся, — он с наигранно-мученическим видом осмотрел свою кровоточащую ладонь. Китай, не желавший его слушать, потрусил вперёд. Пруссии пришлось последовать за ним. Они двинулись вперёд по мощеной каменной дорожке, густо поросшей сорняком и ещё какими-то непонятными фиолетовыми цветами. Среди таких же одинаковых и похожих друг на друга, как братья близнецы, могильных плит трудно было найти ту, что принадлежала Англии. Но не невозможно. В том месте, где стояло надгробие, принадлежавшее могиле Англии, земля была очень мягкая и рыхлая. Копать её было не трудно. Поспособствовал этому ещё и накануне прошедший дождь. — Напомни-ка мне, Китай, какого, спрашивается, этим должен заниматься именно я? — пожаловался Пруссия, вытирая пот со лба. Китай стоял чуть поодаль, наблюдая за его действиями, прислонившись спиной к широкому стволу дерева. — Если не ты, то кто? Пруссия раздражённо фыркнул. Тем не менее, работа шла хорошо. Он уже углубился на порядочное расстояние, когда лопата неожиданно упёрлась во что-то твёрдое. — Вот оно, — коротко огласил Пруссия. Китай подошёл поближе. — Да, — несколько задумчиво сказал он. — Открывай. Пруссия стоял в замешательстве. Не то, чтобы он струсил. Нет. Просто какое-то странное чувство засело в груди червячком сомнения и не хотело отпускать. А, собственно, зачем они всё это делают? Как бы Пруссия не старался, этого он до конца не понимал. — Открывай, — повторил Китай. Пруссия тяжело вздохнул. Он сел на корточки и ощупал крышку гроба руками. Как же всё-таки мерзко. Гилберт даже на секунду остановился, проследив, как жирный дождевой червь ползёт по кроме гроба, оставляя за собой скользкий влажный след. Фу. Пруссия наконец отыскал выемку в крышке и подцепил её пальцами. Он обменялся с Китаем многозначительными кивками, а потом резко поднял крышку гроба на себя. — Чёрт возьми! — не сдерживая эмоций, вскрикнул Китай. — Я так и знал! Пруссия посмотрел вниз. В гробу действительно лежал самый настоящий Англия. Англия. Весь скованный льдом и с широко распахнутыми глазами.