Всегда

Как рассказать Снейпу о том, что произошло, Маргарет не знала. Она возвращалась домой пешком, нарочно петляя, стараясь потянуть время. Гроза действительно собиралась, с юга шли серые с фиолетовым отливом тучи, а на западе отчаянно сверкало последнее солнечное золото. Если бы цвет выразить через звук, небо зашлось бы криком. Маргарет сама не понимала до конца природы инцидента, но это, очевидно, являлось колдовством вне школы. А ведь она обещала, что не даст больше повода для нареканий со стороны властей. Теперь ей вряд ли позволят доучиться. И о нормальной работе можно не мечтать. Может, профессор Стебль заступится и позволит ходить в подручных? Позволили же Хагриду, а за ним, если верить тому, что болтали по углам, числилась худшая вина. Но если ей не позволят? В голове блуждали идеи самые безумные: убежать, зарыть свою палочку в тайном месте и жить среди маглов... Пересечь границу и бродить по белу свету, помогая тем, с кем сведёт судьба? Или пусть Малфой выполняет обещанное и отправляет её к Гекате! Он станет отпираться, конечно, скажет, что сведений недостаточно. Но ведь обстоятельства изменились, скажет она. И вдруг в памяти всплыла история Горлима, которого заманили призраком Эйлинель*, и холодный пот прошиб виски: с Малфоя станется... В этот момент вдали громыхнуло, и через минуту хлынул мощный августовский ливень, в котором не стало различий между предметами на расстоянии вытянутой руки. Маргарет добралась до высоких ступеней какого-то муниципального здания, и села там, дрожа и отмечая про себя, что скитальцы по свету терпят и не такое. Каково-то приходилось Коулу и его сестре? Молнии били совсем близко, и в жёстком ртутном свете силуэты деревьев, фонарных столбов и припаркованных автомобилей казались вырезанными из жести. Домой она пришла глубоко заполночь. Дождь не прекратился, но стал мельче. На затянутом плотными тучами низком небе не было видно ни одной звезды. Маргарет осторожно стянула кеды, полные воды, отжала волосы и, морщась от боли, вытащила из них резинку. Из-под двери профессорского кабинета струился тёплый свет, и Маргарет решила, что лучше вести неприятный разговор, греясь у пылающего камина, чем дрожать наверху, готовясь к этому же разговору наутро. - Профессор, кое-что произошло... - начала она с порога. - Вижу, - кивнул он. - Я уже начал думать, что тебе достанет глупости не вернуться. Маргарет рухнула на ворсистый ковёр и почувствовала горячее дыхание огня. Невербальным заклинанием профессор достал с полки пузырёк, добавил несколько капель в вино и подвинул бокал Маргарет. Под пристальным изучающим взглядом ей стало стыдно за мокрую, неприлично облегающую блузку. Она привстала и неловко дёрнула на себя залатанный плед с ближнего кресла. Незаметно стянула с запястья резинку с намотавшимся клочком волос, и спрятала её под ковёр. Снейп пальцем указал ей на зависший в воздухе бокал. Вино было горячим и пряным, от одного глотка потянуло в сон. Но какое-то шевеление в углу заставило стряхнуть дремоту и вглядеться. Там на старых напольных часах сидела, нахохлившись, небольшая сова. Маргарет перевела глаза на лицо профессора и нервно рассмеялась. Конечно, он уже знает. Министерская сова успела до грозы. Кашляя и давясь вином, Маргарет с трудом заставила себя унять смех. - Что мне за это будет? - спросила она, крепче кутаясь в плед. - Для начала я бы хотел услышать твою версию, - сказал Снейп. Искренняя благодарность озарила её лицо и разгладила складку между бровей. Помнится, на втором курсе он рвал и метал и не давал ей слова сказать**. Можно ли теперешний вопрос объяснить... доверием? Или что-то не так с отчётом, который принесла сова? Вот, наверное, и он - на полу сбоку от кресла Снейпа. Прочитать бы, что там! - Я дам тебе прочитать, - ответил Снейп на её мысли. - Итак, я тебя слушаю. - - - - Стихийное проявление магии в твоём возрасте - аномалия, - заметил Снейп после её рассказа. - Неужели ты за столько лет не научилась самоконтролю? - Так вы не сердитесь? - спросила Маргарет и снова потянулась за бокалом. - Вы не дадите им меня исключить? - А ты понадеялась схалтурить. Снейп возмущённо поднял одну бровь, но Маргарет казалось, что она теперь уже никогда не обманется его сердитым видом. Она блаженно улыбалась. - Допивай, - резко потребовал Снейп. - Это лекарство, а не угощение. Маргарет кивнула и залпом осушила остатки зелья. - Поднимайся наверх, пока не уснула прямо здесь, - процедил Снейп. - Завтра из дома не выходить, надеюсь, это ясно? Маргарет поднялась и, подбирая плед, направилась к двери. Напоследок она торжествующе оглянулась на сову, и ей показалось, что та неодобрительно щёлкнула клювом. Маргарет едва удержалась, чтобы не высунуть язык. - - - Утро было свежим, прохладным и звенящим от птичьих голосов. Маргарет проснулась поздно и долго валялась в постели, слушая их гомон и наблюдая, как перемещается по стене солнечный блик. При попытке встать её охватила слабость, но лежать уже стало скучно. Она спустилась вниз, держась за перила, на кухонном столе нашла остатки вчерашнего хлеба и нетронутую бутылку молока. Заварив чаю с молоком, она стала размачивать кусочки хлеба. Из открытой форточки пахло чем-то новым, будоражаще-грустным, не как вчера. "Осень," - догадалась Маргарет. Она ненадолго вышла в сад и заметила несколько жёлтых листков в зелёном уборе яблони. Сорвав низко висящее яблоко, она вернулась в дом и расположилась с яблоком и книгой в кабинете профессора. Вчерашняя сердитая сова улетела. Камин остыл, и не было сил разжечь его, впрочем, под шерстяным пледом было и без того тепло. Часы в углу назойливо тикали. Застрекотал сверчок. Глаза сами собой слипались. "Я только на полчасика," - сонно подумала Маргарет. - - - - Да, это похоже на стихийный выплеск, - наконец, озвучил своё суждение мистер Флинт, один из самых уважаемых членов Совета Попечителей. - Но, господин директор, позвольте осведомиться, для чего она вообще имела контакты с магловским учреждением? Снейп повернулся к мистеру Флинту. - А почему бы будущему целителю не упражняться на магглах? Можно подумать, они - редкий вид животных, и вы их защищаете. Эта фраза положила конец обсуждению: многие члены Совета, включая самого старика Флинта, смеялись, прикрываясь рукавами, шляпами или веерами. Несколько человек, напротив, прятали мрачные лица. Но спорить не стал никто. Кэрроу с постной миной произнесла вердикт и объявила перерыв. В соседнем небольшом зале был накрыт стол с напитками и фруктами. - Северус, - Алекто попыталась улыбнуться. Вышло так, как если бы улыбнулся питбуль. - Не ожидала от тебя столь крайних выражений расовой неприязни. Особенно после того, как ты предложил сделать исключение для тех полукровок. - У меня двойные стандарты, - пояснил Снейп. - Это ты прямолинейна, как гриффиндорская первокурсница. Кэрроу сузила глаза. - Кстати, насчёт полукровок. В этом году в Хогвартс приедут ученики из стран-союзниц, юные волшебники чистых кровей. Мы не хотим марать репутацию школы. Я выскажусь против. - Выскажись, - Снейп поднял бокал. - Пью за твоё здоровье, Алекто. Ментальное. - - - Снейп покинул зал заседаний Совета в хмуром расположении духа. Если так пойдёт и дальше, в лучшей английской школе не останется ни одного английского ученика. К тому же талантливые дети, которых отказались обучать официально, могут стать лакомым куском для сомнительных организаций - таких как, например, армия Сивого. - Господин директор, - сегодня старик Августус Флинт был очень разговорчив, - мы понимаем вашу обеспокоенность. Однако вам следует взглянуть на вещи с другой точки зрения: Хогвартс слишком долго был рассадником всяческого нигилизма. Теперь необходима строгость, даже ценой некоторых жертв. Каждая поблажка будет расценена как продолжение либеральной линии. Повремените с поблажками. Члены Совета дружно закивали. - Мистер Флинт, при всём уважении, я настаиваю на своём, - ответил Снейп, выдержав вежливую паузу. - После того, как ваш правнук выпустился из школы, других Флинтов в её стенах не появилось. Когда их ждать? А тем временем стараниями главы Совета, - он слегка кивнул в сторону Кэрроу, - их места займут иностранцы. Союзники, как вы говорите. Но они могут стать и врагами, если мы ослабнем. - Вы очень горячитесь, господин директор, - Флинт покачал головой. - Это извинительно для вашего возраста. Но предоставьте решать стратегические вопросы тем, кто судит более хладнокровно. Снейп выпрямился и поднял подбородок. Возрастом его давно не попрекали. Впрочем, возразить было нечего: Августусу Флинту недавно исполнилось сто два года. - - - Маргарет вздрогнула, когда в камине с громким треском разломилось полено. - Сначала попытка добиться исключения, теперь попытка заболеть перед учебным годом, - Снейп пощупал ей лоб. - Не притворяйся. - Я уснула нечаянно, - обиженно ответила Маргарет и поспешно наклонилась за упавшей на пол книгой. - Не удивительно, - Снейп забрал книгу и прочёл обложку. - До трудов доктора Бернерса-Ли ты ещё не доросла. В Хогвартской библиотеке возьмёшь адаптацию авторства П. Гринфилд. Это тебе как раз по силам. - Профессор, вы верите в Бога? - спросила Маргарет, свешивая с кресла затёкшие ноги. Он посмотрел на неё долгим взглядом, потом отвернулся, возвращая Бернерса-Ли на полку. Затем снова посмотрел на Маргарет. Она ждала. - Да, разумеется, - ответил он. Слишком короткий ответ после такой длинной паузы. - А в какого? - уточнила Маргарет. - Ты хочешь услышать что-то вроде описания вида? - переспросил Снейп, усаживаясь напротив. - Не знаю, - Маргарет смутилась от такой формулировки. - Ну вот есть разные религии, они описывают... - Иерархия мироздания, - перебил Снейп, - должна замыкаться на едином высшем разуме, и гораздо выгодней отдать себя в подчинение напрямую ему, чем размениваться на самозваные авторитеты. Маргарет задумалась и потёрла глаза. - Мой отец, - медленно начала она, - мой приёмный отец... Снейп нетерпеливо тряхнул головой, давая понять, что это лишнее пояснение. - Он был католиком. Но почти не ходил в церковь. - Самозваные авторитеты, - кивнул Снейп. - Я интересовался культами в юности. В основном, чисто теоретически. Если не считать культа, созданного Тёмным Лордом. Древние культы предков, живших на этой земле, красивы. Но сводятся, в общем, к одухотворению стихий и годичного цикла воспроизводства живых существ. Мелковато для развитого ума. Христианство, пожалуй, наиболее здраво раскрывает вопросы воздаяния и милосердия. Сложно, но здраво. Эта религия достойна внимания хотя бы потому, что она во многом сформировала нашу культуру. Разумеется, ко всему стоит подходить критически. Особенно к религиозным учениям. - Христианство говорит, что Бог добровольно умер, чтобы спасти мир, - задумчиво произнесла Маргарет, отвернувшись и глядя в ровное пламя камина. В комнате стало тихо. Мерно тикали часы. Снейп обнаружил, что постукивает пальцами по столу, и положил руку на колени. - Я расскажу тебе о тех, кто умирал, чтобы спасти мир, - сказал он, наконец.