Вор

Если кто-то скажет мне, зачем я это сделал, я честное слово без единого упрека выслушаю этого умника. Ноги сами привели меня обратно в трущебы тем вечером. Я был так зол, что в какой-то момент даже забыл на что. И вот так вот, совершенно бездумно, влетел в палатку шаманки. - Почему ты мне не сказала?! Кот протестующе зашипел, когда я ненароком о него споткнулся. - Время меняется. Тебе не стоит в это вмешиваться. - Не твоего ума дело! Я нашел настоящий камень. Покажи мне ПРАВДУ! - А кто тебе сказал, что камень, который ты у меня украл при прошлой нашей встрече, был настоящим? Ты ведь пришел не за ответом. Так, отвлек внимание. Не поймите меня неправильно, но лучше бы она выставила меня вон, чем заставила чувствовать себя таким идиотом. - Скажи, как долго ты еще собираешься бегать? - От чего? - От выбора. - От какого, к черту, выбора?! Хватит уже мне голову забивать! Откуда у тебя вообще этот камень? - Не кричи мне тут. Ява еще не настолько стара, чтобы тебя не слышать, - голос шаманки принял угрожающе холодный оттенок, что вполне заставило меня заткнуться. Опасный это тон был... - Так то лучше. У тебя так глаза горят, будто передо мной не человек, а демон, - старуха, кряхтя, подошла к столу с какими-то настойками и котелками. - Вечно всем что-то от Явы нужно. И никто даже не пытается сам найти свои ответы. А Ява устала, Яве тоже покой нужон. Да только умирать сейчас время не подходящее. Можно заблудиться и еще пару лет костлявым проходить. Мода сейчас такая, мертвецкая - не лежится им спокойно. И ты туда же. На что тебе душонку девочки тревожить? Дал бы ей отдохнуть. Может ей тоже мир надоел... - Ага, весело, наверное, в Аду отдыхается, - не сдержавшись, тихо пробурчал я, за что тут же был огрет одним из небольших котелков по голове. - Не перебивай, желторотый. Если пришел за ответами, так слушай внимательно. Налетевший порыв ветра затушил несколько свечей. Старуха, причитая, медленно подошла к ним, пытаясь их снова зажечь. Я, уже изрядно остыв, собирался уйти, но заверещавший кот мне опять помешал - растянулся, поганец, на весь проход. Ни пройти, ни переступить. - Ох, тяжкие времена настали... Ни слова лишнего сказать, ни лишней монетки не получить. Да еще и эти...нелюди. Только и ждешь, как они вылезут прямо из-под кровати. А люди то в городе окажутся опя-ять заперты. Пусть сейчас греются у своих очагов, недолго им осталось, - старуха замолкла, откашливаясь и переводя дух. - Вот, что я тебе скажу, хотя ты меня, конечно же, не послушаешь. Я не знаю ответа на твой вопрос. Не знаю потому, что он еще не определен. Ты можешь его изменить. Или не ты. Но что-то может. - Вот уж не думаю, что в моем положении вернуться к прежней жизни. - Как скажешь. Тебя уже торговцы заждались. Иди, пока еще звезды не погасли, глупый кот. Эреш уже битый лишний час стоял в карауле, дожидаясь пока его наконец сменят. Не сказать, чтобы было так уж сложно нести службу в месте, столь далеком от казарм. Но, хоть никто за выполнением работы и не следил, а торчать ночью на улице в такую мерзкую погоду... Одним культурным словом - Бэ. И это еще повезло, что Орден позаботился о защитных амулетах от призраков. Ясное дело, они были только для элиты, но на черном рынке можно достать и не такое. Раскатистый звон колокола. Уже три часа ночи! Где чертова смена?! Эреш поежился от мелкого дождя и укрылся под навесом, поминая лихим словом детектива, забредшего сегодня к ним в участок. Наверняка ведь это из-за него до сих пор никого нет! Пришел такой деловой вчера вечером, два часа о чем-то трещал с капитаном, потом увел нескольких парней. Наверное либо снова отвлекает всех, либо и вовсе еще не вернулся. Стражник нахмурился, стараясь сосредоточиться на этих своих мыслях. Все таки фантазия - странная штука, лучше всего работающая как раз в такие вечера. Истории о привидениях, вурдалаках, так и всплывают в голове, когда вокруг небольшой улочки сгущается тьма. Несколько фонарей погасли на глазах у впечатлительного стражника, что ничуть не улучшило ситуацию. Даже звезды сегодня не светят - небо затянуто грозовыми тучами. А уже второй день не прекращающийся ливень на фоне остроконечных крыш. Зато дождь хоть немного освежал затхлый воздух. Резкий вскрик среди домов вернул Эреша к реальности. Из тени, хромая, вышло нечто. В темноте его силуэт казался еще чернее, а широкие жесты не предвещали ничего хорошего. Вот оно вышло на свет и стражник уже с завистью покосился на пьянчугу. И пока стражник проклинал его родословную, совсем рядом проскользнула еще одна тень. Но когда блюститель закона вернулся к посту, ее уже давно и след простыл. Худой, ссутулившийся человек выглядел просто смешно на фоне грубых, громадных тумб и агрегатов. Со временем, правда, начинаешь к этому привыкать. Я и вовсе только во второй раз обратил на это внимание, а все оттого, что он уже минут пять рассматривает принесенные мною половинки. Нет, не настоящие - я еще не настолько свихнулся. Но и на тех подделках можно неплохо заработать. - Ну что? - я уже начинал нервничать - чем дольше мы тут стоим, тем скорее настанет утро. - Хм... Они разные. Ты говорил, что у тебя один камень, а это половинки разных. Плачу только половину. - 60% - Половину и точка. Я совсем дурак по-твоему? Не хватало мне еще из-за тебя огрести. Это ДВА камня! - То, что это два камня, поймут только сами создатели, - я отмахнулся. - А перед тобой ОДИНАКОВЫЕ половинки, идеально подходящие друг к другу. По крайней мере, в умелых руках, - скупщик тут же одарил меня самым что ни на есть обиженным взглядом. - Вот видишь. Так что ты вполне можешь продать его по цене одного, целого. 90% или с этим повезет кому-то другому. - 80. - 85. - Арргх... Ты меня разорить хочешь?! - я равнодушно пожал плечами и протянул руку за камушками. - Да у тебя никто по такой цене не купит! - Как хочешь. Хотя ты кажется еще только недавно жаловался на старую крышу и громадные налоги. Да и новый жакет тебе не помешал бы. Как и мне новые сапоги. - Кто бы еще говорил... Черт с тобой! Сукин ты сын... Держи свои деньги! Я довольно принял увесистый мешочек, мельком осмотрев содержимое - наткнуть на фальшивые деньги сейчас проще простого. - Рад, что мы нашли общий язык. - Выметайся уже отсюда, - буркнул торговец, отходя в глубину своей лавки. - Кстати, тебя Крег искал. - На кой? - А мне откуда знать?! Позвал и все. Я вздохнул - наверняка ведь знает, просто не сподобится теперь и лишнего слова выдавить. Еще раз удостоверившись, что все мое при мне (а вы думаете, контрабандисты воровать не умеют?), я поторопился в таверну. Заставлять Крега ждать - плохая примета и это при том, что я совсем не суеверный. - Как твое дело? Мы вошли в небольшую комнатушку, исполняющую роль хранилища. Пока Крег рылся в привезенных овощах, я мирно облокотился на дверную раму, наблюдая, чтоб никто не вошел. - Ты про то, что мне какая-то кошатница подсунула? Я не брался. - До сих пор не могу поверить, что ты вообще к ней пошел. С каких пор ворье вроде тебя берет заказы? - Знаешь, зуд в желудке иногда перекрикивает здравый смысл. Есть то хочется. - И закончить свои дни на виселице, как посмотрю, тоже. - Не многим лучше, чем когда ты на пол города раструбил про мои поиски, - я недовольно буркнул в ответ. - Хочешь, чтобы меня стража поскорее отловила? - Мне не пришлось бы этого делать, если бы кое-кто лучше следил за своим тылом. - Ты ранил меня в самое сердце. Но то что люди в общем то знают о моем существовании, еще не значит, что им это что-то дает, - я театрально развел руками. - Я же самая настоящая невидимка. Крег шумно вздохнул: - И как тебе еще в армии не подрезали твой язык без костей... - А ты, смотрю, на меня все же копал. А я был приличным солдатом, между прочим, и вполне себе верным общей цели или как это назвать. Но до ровно до тех пор, пока мне не дали под зад и не вышвырнули на улицы без единого гроша, конечно же попутно выразив свои соболезнования на тему моего положения и утраченных товарищей, - я раздраженно фыркнул. Одно только воспоминание об этом аристократичном скоте меня злило неописуемо. - Так зачем ты меня звал? Крег поднял один из ящиков с фруктами и кивнул идти за ним. - Тут один рифмоплет искал тебя. Я надеюсь ты в курсе как он тебя "такую невидимку" смог найти. Потому что я - нет. Трактирщик поставил фрукты недалеко от прилавка и кивнул на человека за одним из столиков, что-то воодушевленно рассказывающим паре алкашей. Я старался рассмотреть его, не выходя из тени, но человек сидел слишком далеко, да и к тому же сидел ко мне спиной. - ... А потом гляжу, а подля окна стоит дама в ночной сорочке. Голова опущенная, руки дрожат. Я присмотрелся, не похожа дама была ни на военную, ни на нищую. А она как голову подымет, да как взглянет на меня своими глазищами. Сердце на миг застыло в немом ужасе, от этого холодного, пустого взгляда. Пока я приходил в себя от увиденного, призрак шагнула ко мне навстречу. Парень, что был рядом со мной - бравый солдат, на верной службе у Барона, уже готов было бежать что есть мочи. И лишь звериный ужас застыл в его глазах. Тогда женщина сделала к нам навстречу еще один шаг. Тихий, совсем неразличимый в царящей тишине. До тех пор, пока она не сделала третий шаг. Призрачные цепи, сковывающие заблудшую душу зазвенели, разрывая тихий мрак. Этот кошмарный, душераздирающий звук привел нас в чувство. И тогда я... - Эллен? - Простите, но я занят, - трубадур даже не обернулся. - Тебя ждут. - Но я еще не закончил рассказ! - артист уже обиженно возопил, заодно наконец посмотрев на собеседника. Вид массивного мужчины в засаленном фартуке, с засохшей кровью под ногтями, не то чтобы его напугал...скорее просто впечатлил. Да. Ага, точно. Так что трубадуру не оставалось ничего другого, кроме как пойти следом за трактирщиком, оставив своих слушателей. Те такого жеста явно не оценили, но под тем же "впечатлением", что и артист, даже не возникали. Крег отвел парня за прилавок, указав на черный ход. - Там справа будет открытая дверь. Спустишься туда. - Я дурак, простите, на такое повестись? - Ты, кажется, кого-то искал, - глаза трактирщика недобро сверкнули. И здесь впечатлительный трубадур уже готов был сознаться, что мужчина его совсем не просто "впечатлил". Все же выйдя через маленькую, уже начинающую гнить, деревянную дверь, мастер слова оказался на ночной улице. Возможно, это было не так уж странно, но здесь не было ни единого фонаря. Так что пришлось еще немного потоптаться на месте, прежде чем глаза привыкли к темноте. Такая тихая мрачная улица, без единого отголоска жизни, начинала пугать, рисуя в голове самые разные непотребные картины. Тем более, что по ночам в последнее время бродит все больше потусторонних тварей. Хоть и ходят слухи, что маги оградили город от демонов и прочего, но, кажется, они не очень то старались. Когда глаза наконец привыкли, трубадур заметил рядом с таверной огромные деревянные двери с лестницей, ведущей под землю. Спускаться приходилось на ощупь. В самом подвале было зажжено пару свеч, правда тени от них пугали еще больше чем просто темнота. Стоило об этом только подумать, и в стороне что-то промелькнуло, но как трубадур ни присматривался, так и не смог ничего рассмотреть. - Зачем ты меня искал? Артист выудил что-то из сумки и поднес к свече. Я присмотрелся. И тут же проклял свой поношенный плащ, обшаривая карманы. - Это выпало вчера. А я не смог устоять перед возможностью хорошей истории. - А ты не боишься, что я тебя просто прикончу?! - Вчера же не прикончил. - Пьяных не бьют, - буркнул человек в тени. - Это же нашивка Энви Сторм. Волк и Лев - символы их отряда, только эта капитанская, да еще и срезана аккурат так же, как говорится в рассказах. В помещении воцарилась тишина. Трубадур уже решил было, что человек ушел, но мысль свою все же закончил: - В истории говорится о том, что именно "помощник Сатаны" срезал ее метку с одежды. Как только увидел, я сразу же помчался к Интеллигентам и те подтвердили мою догадку, еще и добавив, что все опознавательные знаки отряда были утрачены вместе с самими людьми тогда, в Эссии. Так что ошибки быть не может. Трубадур снова прислушался, прежде чем продолжать, но ответом ему снова была тишина. И только лишь слышно было голоса пьянчуг, уже вываливших на улицу из таверны. - Что вы себе позволяете?! Я не помню, чтобы распространял ваши полномочия на то, чтобы вы действовали сами по себе, без, не то что моей указки, но и даже разрешения! Может вы мне память освежите, а, детектив?! Ну и чего вы молчите? С каких это пор, скажите мне, расследование, закрытое еще два дня назад, вынуждает вас пользоваться моим именем дабы нанять себе целый отряд стражи?! Да еще и привело вас это, к моему не меньшему удивлению, в совершенно старые районы, так еще и в дом для отслуживших свое..солдат! Либо вы столь скверный детектив, либо превышаете свои полномочия, пользуясь моей добротой. Так ответьте же мне наконец! - Прошу прощения, Ваша Милость, но то, что у Вас украли и что я непосредственно обнаружил, как Вы проницательно и подметили, два дня назад... - Ты мне еще и дерзить смеешь?! - Никак нет, Ваша Милость. Я лишь наткнулся на следы вора, который сию кражу и совершил и не смог устоять перед соблазном привести его к Вам и предоставить возможность Вам лично его судить: повесить на городской площади или отпустить, продемонстрировав людям доброту Его Милости. - Что с ним делать, я решил бы и без твоих подсказок, - Барон все еще был рассержен, но это казалось уже не более чем показушным. - И что помешало тебе отчитаться, будь добр? - Прошу прощения, я и правда поступил самонадеянно, - детектив склонил голову. Барон отошел к окну, задумчиво осматривая город, пока детективу не оставалось ничего лучше, кроме как смиренно ждать. Он знал, что есть только один человек, которому Его Милость может доверить личные дела, так что не особо переживал за свою судьбу. Правда, напыщенность момента и эта театральная задумчивость утомляли. Даже сильнее, чем погоня за резвым вором. Наконец, Барон снова заговорил: - В городе зреют бунты. Узнай об этом побольше и назови моему капитану имена зачинщиков. Можешь идти. Его Милость даже не соизволили обернуться, так и оставшись стоять у окна. Детективу же пришлось откланяться и тихо выйти из кабинета. Наконец то можно было отправиться домой, к Лидии. Наверняка снова будет ворчать, что он задержался на работе. При воспоминании о девушке, детектив не смог сдержать улыбки. Но прежде нужно еще заглянуть в ювелирную лавку, если та еще открыта.