Во всем виноваты фанатки

Стук в дверь заставил Монса оторваться от зеркала. – Извини, что отвлекаю, но мне нужны простыня, одеяло, подушка и еще пара вещей по-мелочи, — раздался из-за двери тихий голос Бельгийца. – Я сейчас выйду и все тебе найду, успокойся и не паникуй. Лоик кивнул, хотя понимал, что Монс этого не увидит. Он всегда кивал, когда нервничал. Эта привычка выработалась у него с детства: его отец, объясняя ему что-то, спрашивал постоянно, понятно ли то, что до него хотят донести, и приходилось постоянно кивать. Отойдя от двери, Нотте достал телефон. Как ни странно, но пропущенных вызовов не было, смс тоже, его никто не искал. Только миллион оповещений в Твиттере о том, что он упомянут, его сфотографировали и т.д. Громко вздохнув для успокоения души, мальчик решил посмотреть эти записи. "Интересно", — подумал он. — "Что это за хештег такой, #рапапапзахватит мир? Непонятные буквы, но говорят обо мне, раз... ох, сколько тут моих фотографий... наверное, это фанатки из другой страны решили дать знать о себе". С трудом найдя записи о себе на английском и французском, Лоик посмеялся от души. Там было все: бельгиец в стиле "Winx" и владеющий силой рапапапикс, бельгиец в стиле "Сойка-пересмешница", устроивший революцию на Евровидении (хотя мальчик так и не понял, в чем заключается эта революция, но ему понравилось), и какая-то шутка про пилота-диспетчера, который предлагает свои услуги "рапапа" на вечер. "Суровый русский юмор" – подумал Нотте и собрался уже выключать телефон, как вдруг увидел странную запись, которая сильно привлекла его внимание. "Спасаясь бегством - ты не спасешься от обильной любви фанатов" В воздухе витал аромат миндаля, лакрицы и карамельного яблока. Наслаждаясь ароматом спокойствия и нежности, мальчик выкинул из головы плохие предположения по поводу странного сообщения, выключил телефон, закрыл глаза, облокотился спиной на диван, и лег, запрокинув голову. Он очень любил лакрицу. В его голове, как волны в море, медленно плыли мысли. Вспомнилось то счастье, когда он узнал, что едет на Евровидение. Все были вне себя от радости, поздравляли, веселились. Это было прекрасно. Вспомнился день, когда он немного налажал на сцене, на репетиции, и пошел не в ту сторону. Все так же смеялись, все были расслаблены, но не Лоик, Он был как комок нервов. Зато он расслаблен здесь, пока не слышно гула голосов, громкого пения, от которого закладывает уши, пока на шее чувствуется горячее дыхание и все вокруг кружится в своем ритме.. Горячее дыхание? Мальчик открыл глаза и подорвался с места. Но столкнувшись с Монсом, он начал терять равновесие и упал бы, только вот за талию его ухватили сильные руки и потянули на себя. Маленькое, хрупкое тело Бельгийца было таким легким, как пушинка, что Зельмерлёв готов был его хоть всю жизнь так держать, уткнувшись носом в его непослушные волосы. Лишь бы не отпускать. Мальчик попытался подняться, опершись руками о горячие руки спасителя. Неудачный поворот оставил царапину на щеке победителя. Зато Лоик встал. – Зач-ч-ем ты дышал мне в шею? — запинаясь и переступая с ноги на ногу произнес он. – Я думал поиграть с тобой в вампира. У нас же приват-вечеринка, а на нее, как положено, нужны костюмы. — ухмыльнулся Швед, прикусывая нижнюю губу. — Ой, да ладно тебе, это всего лишь дыхание в шею.. – И очень странное и горячее! Ты нарушил мое личное пространство! – Ой, будто ты против моего присутствия. Я же не лезу к тебе с поцелуями. — подмигнул Монс Лоику, от чего тому стало немного не по себе. – Спасибо, что это не поцелуи. Я бы ударил. Мне вообще 19, так что оставь свои мысли при себе. – Но ведь в Бельгии возраст согласия – 18 лет. А ты вообще девственник, мой дорогой? Лоик побледнел, потом покраснел, и, потупив взгляд, очень резко и быстро выпалил: – В Бельгии возраст согласия – 16 лет, и вообще это не твое дело!! Я хочу одеяло, подушку, я спать хочу, в конце-концов! – Я хотел сказать, что у меня нет лишних простыней, только какой-то плед в дырочку, да подушка. – Я беру, отлично. Ло взял вещи и пошел застилать постель. Плед оказался в очень крупную дырочку, поэтому мальчик лег на матрас, положив под голову подушку, свернулся калачиком и попытался уснуть. Он слышал, как Монс отошел от него, взял телефон, набрав номер, что-то сказал по-шведски, и вышел из номера, взяв ключи с собой и выключив все освещение в комнате. Теперь единственным источником света были фонари со двора. Тишину нарушало только тихое колыхание штор от порывов ветра, и мальчик долго не мог уснуть. Ворочаясь, он подумал, что ничего плохого не будет, если в отсутствие хозяина этого номера он ляжет на кровать. Ведь не будет же, верно? Перетащив свою подушку и плюхнувшись на теплую перину, мальчик нежно улыбнулся чему-то, что было известно только ему, и, тихонько засопев, погрузился в царство Морфея. *** Телефон мигнул пару раз, как-бы показывая, что Нотте получил сообщение. "У каждой спящей красавицы всегда будет свой прекрасный принц"