Во всем виноваты фанатки

"Ну что там еще творится" – подумал Монс, и, нахмурившись, с трудом вылез из своей ванны. Дверь была заперта изнутри, поэтому пришлось немало времени повозиться с замком, прежде чем войти в комнату класса люкс. Сон как рукой сняло. Бедный Лоик бился в судорогах и пытался испустить из себя что-то наподобие крика, но его голос пропал и было слышно только сипение. "Твою..." – Зельмерлёв даже не додумал мысль, просто бросился к своему гостю и попытался привести его в чувства. — Лоик, Лоик, ты меня слышишь? Эй, тише, ну-ка, попробуй сконцентрироваться на моем голосе. Швед не умел успокаивать людей. И спасать их от припадков тоже. Что было с Нотте он понять не мог, поэтому не знал, что делать. Единственное, что Монс усвоил из уроков "Безопасности Жизнедеятельности" — что нужно прекратить судороги и следить за температурой. С трудом найдя подобие аптечки, которую ему оставила его помощница (он еще долго возмущался, что таблетки он не пьет никогда) и отыскав в ней градусник, намочив тряпку спиртом, он положил голову Лоика себе на колени, тряпку на лоб мальчику, а градусник - мерить температуру. — Ты только держись и не смей сдаваться! Если я настолько тебе противен, то можно было прямо мне это сказать, а не изводить меня своей смертью, балбес! Спустя пять минут, то-ли мольбы Шведа, то-ли его объятия, то-ли градусник со спиртом подействовали и судороги мальчика уменьшились. Лицо, исказившееся болью, посветлело, руки, сжимающие простыню, расслабились и легли вдоль тела. Время было пятнадцать минут третьего, когда Монс спас Лоика. *** Мальчик открыл глаза, сладко потянулся и повернул голову – рядом лежал победитель Евровидения. Как странно, ведь мальчик не слышал, как вернулся домой хозяин квартиры. И почему волосы Лоика влажные? Загадка. Так же для него осталась загадкой разбросанная аптечка, пара бутылок вина в ванной комнате и подушка с одеялом в ванной. Растолкав все, что ему мешало провраться к зеркалу, мальчик смутился: взъерошенные влажные волосы, помятое лицо, устлавшие глаза, под которыми были синяки. Не то что красавчик Швед, спящий сейчас на кровати будто модель позирует. Монс для Лоика - будто небоскреб с высоко поднятой в воздух головой. Вздохнув и умывшись, мальчик подобрал все бутылки с пола. "Надо убраться, а то еще подумает, что я некультурный человек". И Нотте действительно начал убираться. Первым делом мальчик привел в порядок душевую комнату, затем, открыв окно, начал тихонько прибирать гостиную, чтобы Монс не проснулся. Лучи солнца так красиво бросали свои отблески на лицо мужчины, что мальчик иногда невольно задерживался на них взглядом и его дыхание сбивалось с привычного на учащенное. Очень учащенное. Боясь своих реакций, Лоик пытался отвлечься. Поэтому он вычистил все вокруг, и, не зная, чем себя занять, решил приготовить завтрак. Он готов был делать все, что угодно, главное - не нервничать. Спустя пару минут наскоро приготовленный завтрак был съеден. Стоя у плиты и готовя второй завтрак, он услышал, как по левую руку от него открылся холодильник. Из-под открытой двери было видно только ноги человека. — Мариетт, сделай мне кофе, будь добра.— услышал Лоик из-за дверцы белого шкафа. — Извини, я не Мариетт, но если ты хочешь кофе, то я сделаю, мне не сложно. — Охренеть.. — выдохнул Монс, и, закрыв холодильник, попятился назад. — Что ты тут.. Пол был скользкий, ведь Бельгиец только помыл его. Это помешало идти прямо назад, идти ровно. Видимо, госпожа Удача сегодня имела на мальчиков свои планы. Обнаженное тело Зельмерлёва оказалось распластанным на полу. Отбросив лопаточку для жарки блюд, мальчик кинулся помогать. Но гравитация, бессердечная сволочь, оказалась сильнее, и Лоик тоже упал. К сожалению. Или к счастью. Прямо на Монса. Зельмерлёв уставился на маленького певца, которого, кажется, вся эта ситуация смущала, и который нависал над ним. — И-из-зви-ни.. — пробормотал Нотте. — Я сейчас встану.. Опустив руку на грудь Монса, мальчик попытался встать. Прикосновение горячих пальцев будто обожгло грудь Шведа, часто вздымающуюся от сбившегося дыхания. Тонкие пальцы бледной ладони не позволили проронить и слова, заменяя всевозможные оскорбления и угрозы громким выдохом. Лоик поднялся и, опершись рукой о стол, помог встать мужчине. — Ты не ушибся? — спросил мальчик, повернув его голову руками и осматривая ее. — Дурачок, я же думал, что ты давно к себе ушел. Ты сам как после ночи? — Швед взял руки мальчика в свои. — Какой ночи?.. — глаза мальчика испуганно смотрели из-под длинных густых ресниц. — Неужели мы с тобой.. — Нет-нет, все нормально, не переживай, ничего не было между нами. Просто ты ночью кричал и у тебя были судороги и я не знал, что делать. — Извини, я не предупредил, что иногда после сильного перенапряжения у меня во сне все тело так расслабляется. – Чё? – брови Монса тут же взметнулись вверх, выдавая крайнюю степень негодования своего обладателя. — Извини, да, ты не мог знать этого, но спасибо, что помог. Но Зельмерлёв не спешил выпускать руки мальчика и оба это понимали. — Я очень испугался за тебя ночью. — проговорил он, и, поддавшись минутному порыву, провел костяшками пальцев по скуле мальчика. Лоик закрыл глаза. Смущение? Страх? — Что ты делаешь? Швед не удостаивает подростка ответом - просто притягивает его к себе и нежно касается губами его мягких губ. *** Телефон слабо завибрировал: "Вечеринка удалась. Гасите свет, ха"