Джинсовая лихорадка

Утром, в девять часов, у центральных ворот башни остановился кар и оттуда выпорхнул приятный полноватый молодой человек лет этак 50. В руках у него был саквояж, одет он был в строгий темный костюм, но совсем нескучного покроя. Светло-русые волосы были уложены в аккуратную прическу, а на подбритом затылке красовалась яркая татуировка, неподдававшаяся прочтению. Это и был парикмахер Катце, гражданин, владелец небольшого, но очень дорогого салона в Мидасе. Дилер, после явления ему в ночи Дарка, тоже не стал щепетильничать, и тут же перезвонил Дугласу, так звали этого человека, и рассказал, что от него требуется. Мужчина сначала не поверил ни одному слову, затем пришел в себя –«не будет же такой уважаемый клиент шутить дурацкие шутки среди ночи»! – и изъявил полную готовность побороться за победу красоты, в лице одного блонди. Катце не стал называть имени, потом сюрприз будет, а то, как бы парикмахер сразу от чрезмерного напряжения коньки не отбросил. Когда Дугу пришел код доступа он, порядком нервничая, поехал в Эос. Ворота перед ним распахнулись, в чем он вообще-то изначально сомневался и в холле его встретил слуга, одетый в униформу, с безликим выражением лица. Узнал имя посетителя, и предложил идти за ним. У входа в апартаменты человек слегка замялся, пытаясь окончательно понять, надо ли ему сюда, но ситуация уже им не контролировалась, да и поздно было пускаться в сомнения, поэтому, глубоко вздохнув, Дуглас перешагнул порог. Его проводили в гостиную и вот тут он понял, что вляпался так, как никогда ему больше в жизни не удастся, да и будет ли еще та жизнь, неизвестно. Рауля Ама он узнал сразу. И не красота блонди ввела его в ступор, а должность и занятие Советника первого Консула Амои. Но вот первый шок прошел, Дуглас встрепенулся и низко поклонился. Ам кивнул в ответ и низким голосом спросил: - Вы уже знаете, зачем вас пригласили? Парикмахер неопределенно передернул плечами и перевел дух: «Пригласили! Ага! Среди ночи… Знал бы… А впрочем..». Мысли неслись галопом, опережая друг друга и забег выиграла одна: «Да будь что будет! Буду делать, для чего позвали, глядишь и пронесет!» Старший фурнитур Ама, еще раз, в деталях изложил суть задания для посланца красоты из Мидаса и тот, настроившись на знакомую волну, потребовал показать, во что предполагает одеться клиент, дабы совместить оба представления о прекрасном, свое и блонди, в единое целое. Фурнитуры притащили созданные вчера ансамбли, которые тут же были осторожно прокомментированы. Рауль внимательно выслушал замечания и предложил профессионалу порулить ситуацией, ведь пока не случилось ничего непоправимого. Орфей ничего не видел, голосования еще не было, а значит, позора Ам избежал. Рауль не хотел признаваться самому себе, но данный факт был упрям - мнение Зави по части внешнего вида имело для Советника значение. Дуглас попросил продемонстрировать ему еще варианты одеяний и его проводили в гардеробную, чтобы не таскать килограммы тряпья туда-сюда. После детального обзора представленных моделей одежды были выбраны более правильные решения для презентации широкой публике бесспорных достоинств клиента во всем блеске. Рауль все примерил и действительно… Какие-то небольшие перестановки ансамблей, а как все заиграло! «Ну, Зави, держись!» - Ам довольно усмехнулся и уже гораздо дружелюбнее смотрел на своего новоявленного стилиста и даже снизошел до похвалы. Но больше он ерундой заниматься не мог, его ждала Юпитер. Точнее, это он должен уже был мчаться на аудиенцию к искину. Рауль хотел озвучить свои идеи по исследованию сексуальности элиты (трепещи, Ясон!) и рассказать о первом этапе этой программы, в виде такого замечательного конкурса. Юпитер встретила инициативу Советника благосклонно. Рауль, честно говоря, не ожидал легкого разговора, он приготовился доказывать необходимость исследования с графиками и статданными в руках, а ничего особо и не потребовалось. Они с Ясоном иногда не находили никакого логического объяснения некоторым решениям компьютера. Ясон шутил, что это вирусы шалят. Рики выражался категоричнее:« Странная она у вас. Сама не знает, чего хочет. Скучно ей, вот и вся загадка». Ну, как бы то ни было на этот раз (скучно не будет точно), но Ам получил добро и довольный отправился на работу. А стилист в его апартаментах совершенно освоился, пил чай на кухне с фурнитурами и вместе они обсуждали последние сплетни Эоса и Мидаса, новые знакомцы были крайне довольны друг другом. Насладившись общением, сдружившаяся компания отправились в гостиную, Дуглас сфотографировал выбранные для конкурса наряды и отправился домой, продумывать дальнейший образ заказчика. Он больше его не боялся, уж и сам не знал почему. Наверное, осознание того, что даже блонди занимаются всякими глупостями, как обычные люди, помогло справиться со страхом и неуверенностью. Теперь Рауль Ам был просто очередным клиентом, конечно, исключительным и обожаемым. Дуглас хотел поэкспериментировать с прической блонди. «Интересно, какие они на ощупь... выглядят очень заманчиво...» - это было про волосы. «И такие глаза! Любопытно, у него есть кто-нибудь? Надо будет спросить у господина Катце… Наверняка он знает. Раз порекомендовал меня ему…» - в таких приятных размышлениях парикмахер вернулся в свой салон, включил надпись – «ЗАКРЫТО» и засел за комп, создавать образы для будущего победителя конкурса красоты планетарного масштаба. Рики же созвонился с Орфеем и договорился, что фотограф придет к нему вечерком. И вечерком, перед фурнитуром Зави, открывшего дверь в апартаменты, жизнерадостно нарисовался Рики Дарк собственной персоной и, отодвинув столбом застывшего слугу, уверенно прошел в комнаты. Орфей хотел было спросить, чем обязан, но вовремя заметил в руках противного монгрела камеру. Делать было нечего, Зави подчинился обстоятельствам и мило улыбнулся консульскому как бы пету, приглашая его не стесняться и вести себя как в гостях и особенно - не забывать у кого именно он сейчас в гостях. - Начнем, пожалуй! - бодро произнес Рики и призывно махнул камерой в сторону Орфея. И понеслась! К концу фотосессии у Рики сложилось убеждение, что призвание Орфея ошибочно, что изначально его программировали на другое, а именно: вертеться перед зеркалом, перед камерой, принимать томные и вызывающие позы, «наезжать» на фотографа, делать ему язвительные замечания, отбирать аппарат и тут же просматривать кадры, удаляя негодные и делая взамен десятки других. И кучу еще других похожих действий не совместимых с должностью коменданта башни Эос. Дарк вымотался, как в начале своей карьеры у Минка, только там он хотя бы получал какое-никакое удовольствие, а сейчас... впрочем, нет, удовлетворение было, фотографии понравились всем. Откланявшись и добредя до апартаментов Ясона, Рики свалился без ног и без рук. Минк ничего не сказал, укрыл уработавшегося и огорченно подумал, что завтра он опять без секса, его монгрел нарасхват – идет фотографировать Рауля. Впрочем, во всем есть светлые стороны - консул порадовался, что не все, ха-ха, блонди принимают участие в этом идиотском опросе, а то бы сидеть ему на голодном пайке и страдать от воздержания не меньше недели. А страдать Ясон не любил. Рауль дома смотрел в лиловую ночь за окном и решал важную и трудную задачу личного свойства. Позвонить Катце сейчас или завтра? А может, вообще не звонить? Подождать, пока провинившийся любовник сам не выдержит? Блонди вздохнул. «Как же все это нелегко... То жил и не мучился...». Размышления так ни к чему и не привели, и, махнув на все рукой, Ам отправился спать. Завтра предстояла фотосъемка, Рики сказал, придет со стилистом, «будут создавать образы». Рауль ворочался в постели, сон никак не шел, кого-то определенно не хватало. «Быстро же я привык!» - разозлился на себя Ам и, усилием воли отвлекшись от неприятных мыслей к более приятным воспоминаниям, уснул. *** - Нет, ни за что!!! – по апартаментам носился гневный крик ученого. Дуглас с тоской думал, что ни фига подобного: блонди никакие не совершенства, а такие же, как и люди, мало кто хочет и может поменять себя... «Консерваторы! Косные создания! Да что вы понимаете в креативе и порывах художника!!» Он уже полчаса пытался объяснить господину Аму, как он видит его прическу применительно к первому костюму. Пока он пытался объяснить в сотый раз, что это то, что нужно господину, что это подорвет общественное сознание, и в разы увеличит шансы на победу, Рики со своей стороны тоже делал все возможное, чтобы уговорить босса на эксперимент. Он звонил Катце, и велел, не мешкая, прибыть в Эос: - Твой тут с ума сходит, портит мне все исследование! Простую вещь понять не может! Приезжай и уговори! Стилист отчаялся и сел в уголок, передохнуть. На арену вышел Рики, он начал сразу с главного: - Рауль, ты хочешь проиграть Зави? Это же будет твоя фишка! Ведь никто не ожидает ничего подобного, а ты раз – и удивишь всех!!! Но даже упоминание Зави не сдвинуло дело с мертвой точки. В разгар речи Дарка в гостиной появился Катце. Он поклонился всем присутствующим и попытался сориентироваться в ситуации. Рауль сидел в кресле, в полностью закрытой позе, скрестив и руки, и ноги. Его парикмахер, с обреченным выражением лица - на диване, а Рики стоял в центре комнаты, на ковре и вещал о прогрессе в науке, о великих открытиях, которые делались случайно, когда никто этого не ждал, ну, и все в таком позитивном духе, создавал иллюзию оживленной беседы …. Катце понял, что теряться тут некогда и пора конструктивно поговорить с Раулем, вон сидит, весь такой недовольный, золотые брови нахмурил! Так и хочется подойти и поцеловать каждую… - Могу я узнать, что здесь происходит? – Катце вроде бы спросил всех, но смотрел на Рауля. Тот не сводил со своего рыжего взгляда, но слово взял опять Дарк. - Вот, Катце, рассуди нас. Дуглас предложил Раулю немного изменить имидж, хочет покрасить пару прядей в черный цвет... Здесь тупейный мастер сам подал голос: - Это сразу смывается! Это же не навсегда!! Катце про себя выругался. Этому Дарку все нипочем, а предложи его самого промелировать белыми перьям – так небось будет отбиваться, как будто шкуру с него с живого снимают. С другой стороны, если смывается… - Рауль… - Катце произнес это таким голосом, что у его стилиста не осталось сомнений, есть ли кто-нибудь у этого вредного блонди и кто именно этот «есть». Дилер выдержал паузу. Ответа не последовало, но взгляд Рауль не отводил. - Но почему бы просто не попробовать? Не понравится, смоешь и все! Ничего не поправимого не произойдет… Ам посмотрел на рыжего, как на предателя, но неожиданно тряхнул волосами и, обращаясь к стилисту, буркнул: - Крась! Допущенный к телу мячиком подпрыгнул с дивана, притащил свой саквояж и, обмотав Рауля пластиковой простыней, в веселенькую голубую крапинку, принялся колдовать баллончиками с краской. Рики с Катце сидели рядом и с непроницаемыми лицами смотрели на преображение блонди. « А ничего себе получается... может Ясону так челку оживить?!... ...да ты мой красивый, ничем тебя не испортить! Хоть обрей, и то ..э, нет, это лишнее будет, пожалуй!.. ..смотри-ка, да ему идет!! Точно, Ясону тоже хорошо будет!... ...гм, он еще красивее, что ли стал?! Юпитер, ну и сотворила ты ребяток, хоть смолой обливай, им все нипочем!» И вот наступила кульминация метаморфозы. Дуглас сорвал клеенку с Рауля и развернул того к зеркалу. Рауль уставился на отражение: – Катце?! - Да, мой хороший? - рыжий подскочил к остолбеневшему блонди. – ТЕБЕ нравится?? - прощенный, видимо, любовник так закивал головой, что у Рауля не должно было остаться ни малейших сомнений на этот счет. Их и не осталось. Аму и самому ужасно понравилось то, что он увидел. Две пряди черного, скорее даже оттенка «очень мокрый асфальт», цвета закрывали, как обычно, зеленый глаз, и тот, сквозь темноту сверкал еще ярче своей пронзительной зеленью. – Рики, мне нравится! – донес до монгрела радостную весть его босс. – Рауль, тебе очень идет! Вот видишь, мой стилист свое дело знает! Парикмахер поклонился. И тут же все завертелось. Рики фотографировал Рауля уже как профи, вчера он здорово поднатаскался у Зави. Подсмотрел у него с десяток поз и теперь командовал шефом, не хуже заправского модного фотографа. Катце млел, для него-то и изначально победитель был Рауль, без всяких там конкурсов, но сейчас его блонди показывал класс – таким открытым и раскрепощенным рыжий видел любовника только на Терре, под конец поездки. А в амойских буднях... «Эх, вот бы он был всегда такой!» - помечтал Катце, улыбаясь своему красавцу. Дуглас активно включился в креативный процесс, и вдвоем они загоняли Советника в хвост и в гриву. И это буквально! Рауль захотел еще поэкспериментировать с прической, чему все несказанно обрадовались, и волосы были убраны в хвост, опять распущены и заколоты на затылке, распущены и заплетены в косу, распущены и просто перекинуты все на одно плечо, скручены в узел и так много раз, по всякому, со всеми прикидами, с черной прядью и без нее. Рики настоял на том, чтобы Ам, как участник конкурса не светился с новшеством и не сбивал интригу, посему блонди пришлось вернуться к естественному окрасу. Но Рауль сказал себе, что это дело повторит. Катце с удовольствием помогал фотомодели переодеваться, и они успели даже несколько раз поцеловаться. Оба очень оживились, и счастливые лица помирившихся любовников было не скрыть. Рики только похлопал мысленно в ладоши. Сияющий Рауль изумительно получался на фотках. Но выбрать кто лучше, он или Орфей, Рики бы не решился даже за деньги. Один стоил другого. «Вот послезавтра и начнем выяснять этот интересный вопрос...» - Рики ухмыльнулся и зевнул. Он порядком устал, это оказалось нервной работенкой, впрочем, кому как не ему знать, что такое общение с блонди. «Ладно, все получилось, осталось самое простое – выбрать картинки для голосования, потом сам опрос и тут уж можно будет расслабиться». Но оказывается, нельзя вот так просто взять и выбрать фотографии! Это было очень даже сложно. Орфей занимался этим уже два дня, и впадал из крайности в крайность. То его накрывал приступ нарциссизма и ему нравились все, и он не мог выбрать требуемые шесть штук, то не нравилось абсолютно ничего, и он звонил Дарку и в панике требовал устроить еще одну съемку. В конце концов, Рики не выдержал, пришел к нему и под жестким научным и психологическим контролем шесть изображений были отобраны, а Рики взял с Зави клятву, что тот закроет файлы, и не будет звонить ему с просьбой поменять выбранное. Орфей почувствовал себя отвратительно, словно он уже проиграл, он даже спросил у монгрела невинным голосом, как получился Рауль на своих фотографиях: – Наверное, просто замечательно? Но Рики так выразительно посмотрел на коменданта, что тот моментально успокоился, стребовав, правда, с Дарка ответную клятву, что его фоток до конкурса не увидит никто. Катце днем работал с сайтом, ставил защиту, базу данных для голосования должен был загрузить сам великий администратор, т.е. Рики, а сейчас хакер помогал - или мешал, это как посмотреть - Раулю выбирать требуемое количество своих шедевров. Дело тоже шло не быстро, но здесь причина была другая – они так соскучились друг по другу, что постоянно отвлекались от основной темы на второстепенную, и та моментально становилась основной. Вновь соединившихся любовников подстегнул звонок Рики, и, сбросив свои варианты Дарку на почту, они уже полностью переключились на любовную лирику, а все конкурсы на свете шли в Дана Бан, гореть адским пламенем. Утром всем элитникам пришла на почту рассылка, с обратным адресом главной лаборатории нейрокоррекции и психоанализа, с обязательной отметкой – подтверждением о прочтении письма. Рики сознательно пошел на этот шаг, дабы никто не посмел уклониться от опроса. Никто и не посмел бы в любом случае. Подпись «Рауль Ам, куратор исследования» и скромная приписка «Одобрено Юпитер» мигом сняла сомнения в целесообразности участия. По ссылке в письме все попадали на сайт, где описывалась суть задания: « В целях исследования поведенческих реакций …», это и следующие подобные заумные словосочетания подводили к очень простому действию. Выбрать из двоих одного. Технически ничего сложного не было. Просто нажать одну кнопку под изображениями. Слева и справа. Слева все увидели коменданта Эос, а справа (о, боги!) грозу и ужас каждого элитника - главного нейрокорректора Амои. Через 10 минут от наплыва посетителей сайт завис, и Орфей, который торчал там с самого раннего утра - он зашел на него, едва встав с постели - в ярости звонил своим сотрудникам: те должны были следить за четкой работой ресурса. Через двадцать две минуты все нормализовалось, и, собственно, к обеду электорат отметился полностью. Количество посещений сайта превышало число возможных голосований в десятки раз, само голосование было тайным, но в последний день конкурса организаторы обещали обнародовать результаты каждого дня и соответственно назвать победителя. Каждый кандидат был представлен двумя фотографиями, а вот сами изображения… Вроде бы ничего особенного, но! Члены Синдиката, узрев коллег, мягко говоря, в неформальном виде, абсолютно раскрепощенными на этих фотографиях подумали, так или иначе, а не совершили ли они досадный промах и ошибку, отказавшись от участия в опросе?! Гидеон рассматривал Орфея на огромном голоэкране и выискивал недостатки, хоть в чем-нибудь. Ничего не находилось. Увеличение масштаба просмотра еще на 25 процентов тоже не добавило положительных эмоций. Лагат переключился на фотографии Рауля. «Ну-ка, идеальный ты наш… иди сюда...» - но и скрупулезное изучение Советника в целом и отдельных частей его тела не принесло утешительных результатов. Ам действительно был идеален, необычная верхняя одежда, чем-то похожая на нижний сьют, плотно облегала красивый торс Советника, прикрывая и горло, а эти джинсы.. и где он такие взял?! На второй фотографии Рауль, одетый уже в парадный сьют, с откинутыми за спину волосами в упор смотрел зелеными глазами на голосующих и всем своим официальным видом открыто намекал, за кого будет правильно проголосовать. « А что у него здесь с прической?? Не думал, что он решится на такое!» - и Гидеон машинально поправил ободок. Не зная, кого выбрать, Лагат решил отложить голосование до вечера. Орфей любовался собой от души. Он успокоился насчет правильности подбора своих образов, они явно были лучше амовских, по его скромному мнению. «Не знаю, на что он рассчитывает... Ну, собрал волосы в хвост и что? И кто ему это подсказал, надеюсь, не Минк, впрочем, с того станется! …Но любопытно… А мне пойдет? Ну, штаны у него поинтереснее, да. Но если их убрать, то, что останется?» И Зави с чистой совестью проголосовал за себя. На первой фотографии он был тоже одет довольно традиционно: в красивом верхнем сьюте и узких джинсах сидел на стуле. А на второй, в эффектной, темно-лиловой рубашке интересно подчеркивающей его цвет волос и глаз, и в этих же джинсах, стоял с непринужденным видом у стены, скрестив ноги и, без сомнения, стройности и длине ног этого блонди позавидовала бы любая женщина. Аиша рассматривал Зави и Ама и боролся с искушением. Ему давно осточертели его собственные косы, и хвост Советника привел его в восторг. Он лайкнул Рауля и отошел к зеркалу. « Вот прямо сейчас взять, расплести и сделать хвост… А Юпитер?» - через три минут борьбы с собой, так и не решившись ни на что, Розен недовольный принялся за работу. В течение дня он еще раз пятьдесят заходил на сайт, поглядеть на Рауля и расстроено думал, что нейрокорректор-то может позволить себе, все, что угодно, а тут шаг вправо, шаг влево и привет, окажешься в кресле у этого хвостатого, он тебе поможет забыть все твои закидоны, и ты его еще потом и благодарить будешь. Консул любовался Раулем вместе с Рики. – Он отлично получился! И прическа новая…Непривычно, конечно, но мне нравится! Рики, ты молодец! - и чмокнул счастливого вдохновителя этого модного беспредела. Ясон, конечно, проголосовал за друга, щелкнул Орфея по фотографическому носу, может, почувствует, и ушел на работу. Катце проснулся в постели Рауля в одиночестве. Блонди нашелся у экрана терминала. Подкравшись сзади, рыжий наблюдал умилительную картинку. Рауль Ам собственной персоной рассматривает страничку с фотографиями и что-то там бормочет себе под нос. Прислушавшись, Катце чуть не заржал в голос, но вовремя прикусил кулак. - Юпитер, ну ты посмотри на него! Блонди Элегантность?? Не знаю… уже не уверен! К этим джинсам этот сьют?? Да я бы на его утилизацию так оделся, чтобы позлить напоследок! Тут Рауль уловил движение сбоку от себя, но не успел ничего сказать, Катце и засмеялся, и зацеловал очаровательного критика. – Ты у меня лучше всех! Можешь не сомневаться! Никто тебе и в подметки не годится! -и сам проголосовал за Рауля, пусть и от его имени. Вечером на всех суаре, во всех общественных местах только и было разговоров об опросе. Уже оформились группы фанатов обоих кандидатов на победу. Уже кипели не шуточные страсти, Орфей сам краем уха уловил в коридоре разговор нескольких ониксов, те не по элитному эмоционально обсуждали внешний вид Зави и Ама, и кто-то из компании жалел, что не сделал заказ на джинсы и собирался исправиться в ближайший час. Рауля никто не видел, и поэтому коменданту досталась вся слава сегодняшнего дня. Он решил выжать из ситуации все, что возможно и прогулялся по всем мало-мальски людным местам в башне. Внимания он отхватил на год вперед, в него только что пальцем не тыкали. Домина и Белл, встретившие Орфея в холле, подмигнули ему, отчего Зави, никак от них этого не ожидавший, даже не нашелся, что ответить. Утром следующего дня блонди понял смысл такого выражения как «сон в руку»: Орфей плохо спал, ему снился Ам, он сам в какой-то колбе в руках у Рауля, и кровожадно улыбающийся биотехнолог что-то говорил ему, но крошечный Орфей ничего не понимал, голос Ама был для него как трубный рев. Узрев на экране соперника с черной прядью, Орфей без сил опустился на стул. Это был удар поддых. Почему, почему ему НИ РАЗУ не пришла в голову эта мысль?! У него что, интеллект хуже амовского?! Несчастный сжал виски, откинул пепельно-золотую голову на спинку кресла и замер. Через 40 секунд размышления виновник всего на свете нашелся. Рики себе спокойно спал, Ясон мирно посапывал рядом, но все испортил звонок Орфея. Кое-как разобравшись в гневном потоке обвинений в свой адрес, монгрел делал титанические усилия, чтобы не заржать в ответ. Такой истерики он не ожидал! Самое невинное, что он узнал о себе, что он прямой пособник Ама, и все результаты наверняка будут подделаны в пользу «нашего прекрасного нейрокорректора». Еще Дарк пользуется своим служебным положением и личными связями. «Ага, вот она связь... рядом лежит...» - и, погладив Ясона по волосам, продолжил слушать увлекательное описание явного себя и скрытых черт своего характера. Но даже у коменданта Эоса заканчивается словарный запас для описания действий этого невыносимого монгрела. - Орфей, да что случилось-то? – все-таки попытался понять Рики, раз уж его разбудили в такую рань. – Фотографии сегодня? Конечно, видел! Я же сам их выкладывал! Ну да, с черной прядью.. тебя ЭТО так взволновало?! Ну, ты даешь! То есть, а что такого-то? Номер стилиста... да почему нет! Сброшу сегодня… Ладно, ладно – сейчас! Отключившись, Рики засмеялся в подушку. Нет, он предполагал, что блонди психи, но этот красавчик особенно подвержен внешним влияниям. Подумать только! Как взвился! Ха, надо рассказать Раулю, какой диагноз он поставит? Раулю самому бы не мешало обратиться к специалистам за уточнением своего диагноза. Он смотрел на сегодняшние соревновательные кадры на сайте и непроизвольно улыбался. Определенно, черный цвет ему идет! « Может покраситься полностью? Странно, почему никто из нас так раньше не делал? Это же потрясающе. Полностью меняется восприятие тебя другими, и сам ты меняешься!» Эту мысль стоило обсудить с кем-нибудь еще. Такой человек нашелся. У него были рыжие волосы с красноватым отливом. – Катце! - растолкал спящего любовника ученый. – Мммм, Рауль, что такое…? Уже пора? – рыжеволосый еле открыл глаза. На него в упор смотрели зелеными огнями. – Как ты думаешь, если я полностью покрашусь в черный? Мне пойдет? Я хочу сегодня это сделать! Катце проснулся. И резко сел на постели. Нет, горе от ума, это правда. – Рауль, что это тебе взбрело? Давай не сегодня? Давай, ты еще денек походишь, подумаешь и потом скажешь мне, только обязательно, что ты решил! Хорошо? - и Катце привлек к себе любимого, гладя золотые локоны. «Может, в последний раз вижу!» - ужаснулся перспективе любовник, пока еще, блонди. - Рауль, ты только непременно меня с собой возьми, если надумаешь поехать к Дугласу! – ласково повторил заклинание Катце, твердо решив на месте пристрелить цирюльника, если тот не откажется выполнить желание важного клиента. «Две пряди – еще куда ни шло… но вся грива черная?? Не хочу!!!!!!!!!» Катце принялся накручивать на пальцы нежные светлые завитки и целовать их, на память, впрок. Кто знает, что будет вечером с этой красотой… Вдруг не уследит. Через два часа Рики ржал опять, уже от рассказа Катце. Дилер ничего смешного в ситуации не находил, но ярко переданный разговор монгрела с Орфеем придал уверенности и выход забрезжил. «Скажу ему, что Зави собирается покраситься, так, наверное, это его притормозит! Ну, а если нет, Дуглас – прости!» Утро задалось у всех. В лабораториях Рауля никто не работал. Сотрудники сгрудились у терминалов и сосредоточенно рассматривали шефа в какой-то обтягивающей верхней короткой одежде (футболка) красного цвета и совершенно умопомрачительном образце террианской легкой промышленности (джинсы). Прическа шефа не поддавалась описанию, и тут коллектив немел, никто не решался выразить свои эмоции вслух. Черные пряди удивительно оживляли образ главного генетика и делали его задорным и абсолютно простым свойским парнем. Такого хотелось хлопнуть по плечу и пригласить выпить рюмку-другую в бар за углом. На второй фотографии доступность Советника Ама усугублялась. Белая рубашка на груди была расстегнута до критических пределов, и больше всего массы интересовал вопрос:«А что там дальше?!» Золотые пряди на одном плече и черные на втором делили Ама на две противоположные, но одинаково желанные половинки, а интригующей загадочностью своей улыбки Рауль мог посоревноваться с незабвенным женским портретным шедевром руки террианского гения Леонардо да Винчи. После первого потрясения ученые принялись обсуждать начальство, совершенно неожиданно открывшегося с новой, соблазнительной стороны. Многие ужаснулись крамольности своих мыслей и желаний. Появление Рауля приостановило всеобщий хаос в головах, но воспринимать шефа по-прежнему, в рабочем порядке, уже мало кто мог. Второй блонди выглядел не менее заманчиво, даже и с естественным цветом волос, напрасно комендант переживал. Для него ролевая модель была выбрана иная. Орфей был одет в нежные голубые тона на одном кадре и в кипенно-белые – на другом. Он сидел в кресле, с мечтательным выражением лица, и мечтал этот потрясающий мужчина не о пакости первому консулу или другому ближнему своему, а о чем-то потустороннем, возвышенном и притягательно-таинственном… Орфей Зави производил впечатление совсем не местного создания, но которое по странной случайности обосновалось на Амои. Ангела в бар не потащишь, а вот умоститься у его ног и смотреть, не отрываясь, на прекрасные лицо и фигуру – это запросто. Этого многим захотелось, и фотки Орфея были скачаны больше сотни раз. Сотрудники Зави сейчас с удовольствием бы присоединились к подчиненным Ама, и вместе обсудили шансы каждого из участников на победу. Проявляя лояльность к родной конторе и пусть суровому, но опять-таки своему боссу, в департаменте Орфея два дня все голосовали политкорректно, но фотки Ама рассматривались и скачивались не меньше, чем их собственного замечательного блонди…. Сегодня намечался очередной сбор синдиката за круглым столом. На сей раз Рауль почтил собрание своим присутствием. Пока Ясон вещал о делах государственной важности в галактических масштабах, блонди еще держались, но когда консул перешел к мелким насущным проблемам, все расслабились и воззрились на Зави и Ама, словно и не видели их почти каждый день. Сравнивая коллег между собой, сравнивая с собой, гордость и слава Амои слегка завидовала этим двоим. Подчиненные во всех департаментах начинали свой день с голосования и обсуждения фотографий. Так или иначе, разговоры о соревновании вспыхивали на протяжении всего рабочего процесса. Вечером это была тема номер один везде, где собралось больше трех элитников. Обсуждалось все! Одежды, прически, поворот головы и выражение лица. Черные пряди биотехнолога свели с ума не только Орфея, несколько сильверов уже решились бросить вызов традиционному разноцветному обществу и одному из них это вполне удалось. Теперь бедняга сидел у себя в апартаментах и боялся нос высунуть. А вдруг уволокут к тому же Аму на прием? Что позволено любимым детям Юпитер, не позволено остальным. Возмутители же спокойствия в сонном царстве Эоса сидели на своих местах, как ни в чем не бывало. Они по-разному отнеслись к своим пяти минутам славы. Орфей понимал, что все это мода, а это быстропроходящая и капризная субстанция. Сегодня он в моде, завтра кто угодно. Вернее не так. Мода приходит и уходит, а Блонди Элегантность незыблем. Обыграть Ама хотелось, но уже не до истерики. Опять же, Орфей успокоился по поводу цвета волос и отругал себя за непростительную слабость. Но контактный номер стилиста оставил… мало ли, случаи разные бывают. Зави знал, что он останется общепризнанным эталоном вкуса и стиля, кто бы ни победил, а Рауль не подурнеет, если проиграет ему и уж точно не станет красивее, если вдруг случайно выиграет. На этой мысли Орфей горделиво выпрямился, ему стало легко и приятно. «Но это ничего не значит! - оборвал он сам себя. - Победитель должен быть один и это буду Я!» И спесиво покосился на соперника, тот сидел по левую руку от Зави и что-то сосредоточенно читал. Рауль изначально относился к конкурсу больше как к работе, а себя считал объектом исследования, манекеном. Но «сделать» Зави он хотел, и очень. Орфей периодически его подбешивал, признаваться в этом себе не хотелось, но это было. То своими язвительными замечаниями, то невозможными костюмами, которые всегда превосходно сидели на нем, то высокомерным видом. Иногда хватало отсутствующего взгляда Зави, осматривающего Ама вскользь, словно не замечая его и в тоже время, цепляя глазами каждую мелочь в облике Рауля. И еще это негласное соревнование… «Вот и посмотрим, какие будут результаты!» - Советник слегка развернулся к соседу и тихо, с чувством произнес: - Орфей, ты прекрасно получился на фотографиях, я даже чуть не проголосовал за тебя! - Благодарю, Рауль! Твои фотографии не хуже, а эта, с черными волосами… Кто это тебя так изу... гм, покрасил? - не растерялся Зави. Сверкая улыбками, они изощрялись в куртуазности, пока Минк не отвлек их от этого приятного занятия, объявив заседание оконченным. Орфей намеревался продолжить любезную перепалку, но Ясон увел друга, сурово глянув на иронично улыбающегося коменданта. - Рауль, я хотел обсудить ход этого вашего опроса. Тебе не кажется, что ситуация выходит из-под контроля? – Минк строго смотрел на озадаченного такими наездами Советника. - Ясон... раньше ты никогда не вмешивался в мою работу. И с чего ты сделал такие ничем неподтвержденные выводы? - Рауль с интересом ждал ответа. - С чего?! У меня есть глаза и уши, Советник. Я вижу и слышу везде, где бываю, ваши имена с Зави и обсуждение ваших фотографий! - Ясон, ну и что? Мы же этого и добивались? Массы реагируют. Это нормально. А что, было бы лучше, чтобы нас полностью проигнорировали? - Минк ничего не ответил на это справедливое возражение, пробурчал что-то неопределенное, из разряда «я знал, что из этого не выйдет ничего хорошего!» Рауль пожал плечами и, попрощавшись, отправился к себе в Апатию, его ждал Катце.