«Rigitus 17»
7 декабря 2017 г., 17:03
Скажи мне, почему ты сломал меня и предал моё доверие? Я не опускаю руки, не сдаюсь. Когда же этой войне придет конец? Когда это закончится? (Skillet — Open Wounds)
— Знаешь, ты очень спокойный для того, кто услышал нечто подобное, — сказал Ушиджима, наблюдая, как собрано и придирчиво Яку просматривал бумаги и видео, которое уже имелось сразу по нескольким делам Дворняг. — Я в ужасе, Ушиджима-сан, однако это не повод, чтобы впадать в панику и биться в истерике, зная, что есть возможность хоть как-то помочь другим Гончим, дабы они избежали подобной участи. Кентаро, достань коробку ZD269. Она должна находиться на верхних полках, — Мориске разложил фотографии из «Опиумного двора», которые распечатал по секундам. Это было долгое дело, но парню нужно было так сделать, чтобы подтвердить свои догадки. — Зачем ты это делаешь, Яку? В этом нет смысла. — Вы читали мое дело, Ушиджима-сан? — Вакатоши выжидающе посмотрел на напарника и отрицательно помотал головой. — Когда мне было тринадцать, то в наш дом вломились. Гончая моей матери защитила нас ценой своей жизни, а через четыре года мать сгорела заживо в собственном Архе, что больше не мог найти выхода. Виновников так и не поймали, но одно я помню очень четко — винтовку из которой убили Гончую матери, — он посмотрел в глаза наставнику, который не скрыл удивление от услышанного. Кьётани поставил папку на стол, заглянул внутрь и достал рисунок, что незамедлительно перекочевал к Ушиджиме. Тот взглянул на изображение винтовки, которая была в точности, как у Дворняги из «Опиумного двора». Яку улыбнулся, найдя фотографию, где профиль неизвестного выглядел более отчетливым. Даже можно было разглядеть его светло-карие глаза. Дверь в архив открылась и по тихому помещению, словно прохладный бриз в летний зной, разнесся веселый голос. — Нам подкинули новичков, Вакатоши? — Покровитель повернул голову, и его сердце на секунду замерло от вида Гончей. — Я не призрак. Нечего на меня так смотреть. — Мог бы еще пару дней поваляться в койке, — добродушно ответил Вакатоши, на что Сатори отмахнулся рукой. — Ну уж нет. Там даже красивых медсестричек не оказалось. Так что я дождался, пока не привыкну к протезу, и смылся оттуда. Искусственный глаз сделают через неделю… — Тендо на секунду замолк и воскликнул с широкой улыбкой: — Да у тебя скоро личный киборг будет! — Хватит нести всякую чушь. У нас тут продвижение одном деле, благодаря Яку. — Хе… Яку Мориске и Кьётани Кентаро, да? Они были лучшими в аналитическом отделе. Ну и что там? — парень взглянул на фотографию стрелка, затем на Яку, который чуть склонил голову. — Откуда это? — Распечатал кадры по секундам, — ответил Мориске. В ту же секунду недовольно цокнул Сатори, а Кентаро напрягся, не желая доверять «Адской Гончей» напарника его хозяина. — Эйта Семи. Это его винтовка и его взгляд. Только более озлобленный. И если он был один, значит, Покровитель его мертв. Каваниши Таичи. Так его звали, по-моему. — Простите, конечно, но откуда нам знать, что это правда? — поинтересовался Яку, с подозрением смотря на парня, у которого повязка скрывала отсутствие левого глаза. — Ниоткуда, однако Сатори редко ошибается. Стоит проверить, — сказал Ушиджима и пошел на выход вместе с Тендо. — Ждем вас наверху, Яку. Если моя Гончая говорит правду, считай, мы нашли того, кто виновен в смерти твоей матери. Покровитель посмотрел вслед напарнику и почувствовал руку на собственном плече. В такие моменты ему свойственна осторожность, однако Вакатоши был прав. Если Сатори действительно узнал Дворнягу, то появился вариант добраться до убийцы матери. Он взглянул на свою Гончую, и тот кивнул, понимая, что от него будет требоваться только одно — не дать Мориске сорваться и защитить всеми способами, которые только возможны.***
Темно-синие глаза осматривали лакированный пол с загустевший кровью, которая приобрела багровый оттенок. Парень обмакнул пальцы в небольшую лужицу и растер, узнавая, что та пролилась около шести или восьми часов назад. Кагеяма встал с корточек и еще раз осмотрел террасу. Ни следа борьбы или сопротивления, однако крови достаточно, чтобы понять — Яичи покалечили, но не убили. «Кто же за ней пришел? Тот парень с зигзагом на груди?» Он посмотрел на Хинату, который сидел в кресле и пил крепкий кофе, уставившись в пустоту. — Я обещал, что мы защитим… — сказал Покровитель прежде, чем Гончая хоть что-то успел произнести. — А если он вновь сделает её Дворнягой? Если еще раз инфицирует? Что происходит? Девушек похищают, «Темных» подрывают, Покровителей убивают… Как мы докатились до этого? — Хината, я попробую… — Не нужно. Я прекрасно понимаю, что камеры были выключены в радиусе двух районов, а фургон, скорее всего, без номеров. Если бы можно… — Шое подскочил на месте. — Её кровь! Если Хитоку и правда инфицировали, то в крови должны остаться следы. Кагеяма! — Понял, — Тобио быстро сбегал в домашнюю лабораторию, так как его Покровитель часто брал работу на дом, и вернулся, собрав немного крови. — Этого должно хватить. — Теперь мы выясним, что именно ей вкололи. Это может нас приблизить к личности того, кто похитил Хитоку.***
Парень вглядывался в выгоревшие детали машины, определяя, где именно спрятали взрывчатку. Глаза внимательно осматривали каждый кусок металла, приближая к разгадке небольшого ребуса. Остатки коробки говорили, что она имела таймер, поэтому сказать точно, когда бомбу установили было невозможно. — Могу сказать только одно — установить подобное невозможно за какие-то жалкие десять минут. Именно так спрятать её от глаз потребуется… минимум полчаса, — он посмотрел на напарника, который недовольно восседал на рядом стоящем столе, что был вечно завален стопками бумаг и папок. — Прости, Коноха, но это так. Я понимаю, что писать отчет в лом, но… — Почему бы тебе самому не написать, Ширабу? Нехер все на меня перекладывать, — возмутился Коноха сытый по горло наглостью напарника, который лишь мило улыбнулся. — И нехер зубы скалить. Сказал — пиши! — Какие мы сегодня злые… Так и быть. Гошики! Напиши наш отчет! — крикнул Покровитель своей Гончей, который тут же подошел. — Со всеми подробностями? — уточнил Тсутому, получая утвердительный кивок, и приступая к исполнению задания. Акинори посмотрел на Терушиму и покачал головой от лени собственного напарника, который не хотел заняться даже самой элементарной работой. Именно поэтому им с Юджи часто приходилось разгребать завалы бумаг, что скапливались всего за неделю. — Какой же ты засранец… — У тебя научился, напарник, — все четверо легко засмеялись, приступая к следующему расследованию, которое, они надеялись, будет не таким необычным.***
Покровитель изучал бумаги, стараясь сосредоточиться на словах в тексте, однако раз за разом мысли ускользали совершенно в иное русло. Ойкава вспоминал комнату допросов и разъяренного Савамуру, который кидался обвинениями в подрыве «Темных». Логично, что его стали подозревать, однако теперь это задевало и заставляло думать о прошлом. «Небольшая перепалка Покровителей переросла в нечто большее, отчего Гончие стояли в полной готовности исполнять любые приказы, что могли отдать им в любую секунду. Тоору не понимал, как все вылилось в это. Возможно, тут замешано количество выпитого спиртного или же просто личные амбиции каждого дали сбой. И вот терпение лопнуло. Ойкава спокойно наблюдал, попивая из стакана дорогой виски, как Гончие знакомых перевоплотили свой Архе в оружие и стали нападать друг на друга. Животные. Таковыми считал присутствующих парень и взглянул на Иваизуми, который застыл позади его кресла с графином в руках и, по мере необходимости, подливал выпивку в стакан, будто в комнате ничего не происходило. — Ива-чан, — произнес Тоору, слегка улыбнувшись. — Это нужно закончить. Хаджиме достал из рук четыре ножа и ловко метнул в горла четырех Покровителей, пока их Гончие были увлечены боями друг с другом. Парни замерли на своих креслах, заливая дорогую обивку и начищенный паркет кровью. Ойкава встал, осмотрел оставшихся Гончих и, улыбнувшись, сказал: — Это было глупо, — они покинули злосчастную комнату, в которую уже начали прибывать работники „Псарни“ и адвокаты, чтобы быстрей замять дело и скрыть от всех причину такого поступка.» Если ты решил всю жизнь играть в политике, то нужно начинать с юных лет. Не важно хочешь ты того или нет. Вот и в тот раз Тоору просто делал, что требовал отец, который решил, что те четверо не достойны войти в круг его конкурентов. В принципе, их бы и так отсеяли, но тогда Покровители, используя свои связи, могли усложнить жизнь Ойкаве, отчего бы Иваизуми пришлось бы разгребать вместе с ним дерьмо, которое на него вылили. Так почему бы не пресечь все на корню, не дожидаясь подобного? Жестокая логика, вот только без неё в политике нечего делать. Тут нужно либо уничтожать, либо убивать. Иначе на войне не поступают. Однако сейчас война шла не за фальшивыми улыбками и светскими раутами, а почти у его дверей. Хаджиме вошел в комнату и отдал бумаги Покровителю вместе с несколькими снимками. — Танака и Ямамото засветились у морга. Вероятно, они пришли поговорить с Нишиноей Ю. — Что ж, это прекрасные новости. Как думаешь, Ива-чан, а не навестить ли нам Асахи Азумане? Кажется, поддержка его отца мне не помешает в предстоящих дебатах. — Тогда я подгоню машину. Иваизуми покинул комнату под легкий смешок Тоору, который не означал ничего хорошего для Асахи Азумане и его Гончей.
