Ад одиночества.

Изая. - Люблю… - тихо прошептал я на ухо пока ещё спящему Шизуо и улыбнулся сам себе, ненавязчиво водя кончиком пальца по его плечу. Как много чувств иногда можно вложить всего лишь в одно слово. Даже сам себе не верю. Но сказать это слово, окрашенное столькими эмоциями я могу только спящему… Почему свою глупость осознаёшь так поздно? Но я не уверен, что всё смогло бы сложиться хорошо или как-то иначе. Как там любят говорить, таково наше предназначение? Мы бы так же пытались порвать друг другу глотки. Он бы как всегда злился и кидал тяжёлые предметы, а я бы врал и себе и ему, действуя всем на нервы. Я слишком гордый. Я невольно хихикнул. Для того чтобы я признался ему при жизни в любви небо должно было рухнуть на головы людей. Время медленно и неумолимо отсчитывало минуты. Осталось совсем недолго. Как жаль. Я столько ещё не успел сказать, столько осталось непознанного и неиспробованного, что что-то противное засело где-то в груди. Оно сводило всё внутри лёгким холодком, заставляя невольно поёжиться и теснее прижаться к тёплому телу. Шизуо что-то неразборчиво пробурчал во сне и перекатился на другой бок, придавив меня своим весом. Я тихо пискнул и лишь порадовался, что моим костям уже всё равно, сломают их или нет. Шизу-чан же даже не проснулся от весьма неудобной позы и сопящей ему в лицо личности, то бишь, меня. Ну и ладно, мне и так хорошо. Поёрзав, я выбрал более удобное для себя положение и крепко обнял вышибалу, чтобы он не свалился с дивана, если вздумает перевернуться ещё раз. - Вот так вот… Запишите это где-нибудь. Изая Орихара спокойно позволяет себя, хех, себя превратить в половую тряпочку… - хихикнул я, сдувая со своего носа светлые волосы Шизуо, которые щекотали кожу. Шизуо свёл брови на переносице и сонно заморгал, приподнимаясь на локтях, и удивлённо посмотрел на меня. - А ты чего тут… ой, - он сморщил нос, уткнувшись лбом чуть выше моего плеча, и продолжал бурчать уже в подушку. – Уникум, ты чего вчера намешал в вино? - Ничего, - честно сознался я, смотря в потолок и наблюдая за утренней пробежкой паучка. - А почему тогда так голова трещит? – простонал он, пытаясь в очередной раз приподнять свою тушку. - А я откуда знаю, я же не Шинра… Но могу предположить, что валерьянку нельзя было смешивать с алкоголем и она дала такое последствие. Мы же не знаем, как на тебя та или иная вещь действует. У тебя же всё не как у людей. - А… - Унюхал, - предугадывая его вопрос, ответил я со вздохом. – Ты лежи, мне не тяжело. - Но мне на работу… - Забей! - Но… - Забей, тебе говорят! – повторил я настойчивее, и крепче прижал его к себе. – Сегодня ты мой, а дальше делай всё, что тебе взбредёт в светлую головушку. У нас осталась всего пара часов до прихода Селти… - И что ты предлагаешь? – всё ещё морщась, спросил Шизуо, внимательно смотря при этом мне в глаза и чуть отстраняясь. - Скажи честно, тебе понравилось со мной?.. – поинтересовался я с хитрой улыбкой, в тайне надеясь на повторение. - Нашёл, что с утра спросить… - пробубнил он, грозно сопя. - Это вполне естественно, - возразил я. - Ну, да. - Эм, и всё? – с толикой обиды. - А ты ждал развёрнутого ответа и подробностей того, что понравилось в большей степени? – фыркнул мне в лицо блондин. - Вообще-то, да, - с нехилой долей наглости подтвердил я. - Не дождёшься. - Жаль, очень жаль. А я надеялся на утренний секс, - протянул я, проводя раскрытой ладонью по его щеке. – Давай, а? Это же тебе не составит особого труда. - Иди лесом, - отмахнулся он от меня и, поднявшись с дивана, ушёл в ванную, мотаясь из стороны в сторону. Через полминуты из-за закрытой двери послышалось журчание воды, а я с протяжным воем кинул подушку в паучка, который смотрел с непонятным вниманием на меня с потолка. Не люблю насекомых. Вообще, особенно каракуртов. Один посетитель принёс как-то ручного паука с ладонь, как я в обморок не упал, не понятно. Он его ещё постоянно ласково называл «Боря»… блин, что за извращенец?! И мне предлагал познакомиться с ним поближе. А я как глянул в эти мелкие круглые глазки, так похожие на зенки дохлой рыбы, что мне просто дурно стало. Я понимаю ещё - кошка, собака… Милые пушистые звери. Но никак не такая тварь! Вот. Сам себе настроение испоганил. Надо его как-то поднять. Тяжело вздохнув, я сполз с кровати и обошёл комнату по кругу, волоча за собой по полу белую простыню, которую я накинул на плечи для видимого приличия. Подойдя к двери в ванную комнату, я прислонился к ней ухом, слушая плеск воды. В очередной раз горестно втянув в себя воздух и выпустив его с расстроенным «А-а-х!», я не удержался и слабо дёрнул дверную ручку. Шпингалета или какого-либо запора на двери не оказалось, какое чудо! Я хитро улыбнулся и, ощущая себя заклятым вуайеристом, приоткрыл створку двери. Да так и застыл, припав к щели и затаив дыхание, чтобы ненароком не спугнуть такую красоту. А вы бы устояли при виде обнаженного и накаченного тела, по которому так соблазнительно стекала вода? Я вот не устоял… Слабый изгиб спины, чуть запрокинутая назад голова с блаженно зажмуренными глазами и непередаваемое ощущение какой-то внутренней силы вперемешку с расслабленностью. Шизуо стоял ко мне спиной, греясь под тёплым душем, и совершенно не обращал никакого внимания на мою скромную персону. В наглую прокравшись в ванную комнату, я скинул с себя простынь и залез к нему в душевую, обвивая шею руками и грудью прижимаясь к его спине. - А не хорошо меня бросать одного, - мурлыкнул я. – Я, может, тоже поплескаться хочу. Шизуо как током дёрнуло, он медленно повернул ко мне голову и, хмурясь, бросил. - Вот уйду и плещись, сколько твоей душе угодно. - Но я с тобой хочу! – закапризничал я. - А я нет… - А так?.. – тихо спросил я, проводя ладонями по его груди и мягко целуя в шею. Чтобы проделать подобное, мне пришлось встать на носочки. Сейчас я получу по хлебалу… Ан, нет. Тревога отменяется. Шизуо развернулся ко мне и внимательно посмотрел в глаза, приподнимая голову за подбородок. - Сколько, говоришь, осталось времени до прихода Селти? – поинтересовался он лукаво. - Пара часов, - широко улыбнулся я. - Пара часов, хм… Успеем, - многообещающе произнёс вышибала, притягивая меня к себе. Мягкий поцелуй быстро превратился в страстный и в совершенно безумный. Руки Шизуо беззастенчиво оглаживали моё тело, заставляя изгибать спину и тихо стонать. Я не удержался и запрыгнул на него, обвивая талию ногами, и крепче прижался к тёплой коже, запуская пальцы в мокрые светлые волосы. Шизуо рыкнул и ощутимо припечатал меня спиной о белый и чуть прохладный кафель ванной, выдирая из моего горла сдавленный всхлип, и подхватил под бёдра. - И почему мы до этого не додумались при твоей жизни? – спросил он, слабо кусая меня за шею. – Это приятнее, чем просто побои. - Не поверишь, а-а-ах… я задаюсь… тем же вопросом, - сдерживая стоны, ответил я. – Только тогда всё было бы… и…а-а-ах! – голос всё же сорвался на высокие ноты, оглашая помещение протяжным стоном. Эта белобрысая заразка вскользь провела кончиками пальцев по моей давно напряжённой плоти и крепче прижалась своим не менее напряжённым членом к моему. - Так что ты там говорил? – спросил он, вновь припадая к моей шее и обхватывая ладонью сразу оба ствола, начиная медленно ласкать их. - Нгх… не могу… не могу… говорить… - выдохнул я. Я и, правда, был способен издавать сейчас только стоны, но никак не связные предложения. - И не надо. Верно, не надо. Слова мешают ощутить полноту прикосновений и лишают и так ценного воздуха. Мои ноги дико скользили по мокрой коже, держаться было тяжеловато, даже не смотря на поддержку Шизуо, поэтому я нашёл компромисс с самим собой, упираясь одной ногой в противоположную стену тесной душевой, а вторую опуская на пол. Шаткое положение, но хоть не падаю. Пальцами я бессознательно продолжал перебирать чуть потемневшие от воды прядки волос и откинул свою голову назад, упираясь макушкой в плитку. Шизуо прикусил кожу на моём плече, ускоряя движения руки, а другой сжимая бедро до саднящей боли. Как же приятно сочетание боли и удовольствия, волной прокатившегося по телу. Но этого мало, это только начало… - Шизу-тя-я-ян… - простонал я, царапая его спину короткими ногтями. – Мне мало. - А я и не закончил. Он резко развернул меня к стене и заставил встать на небольшой бордюр. Я упёрся в стену, одной рукой хватаясь за держатель душа и, оттопырив зад, повернул к Шизуо голову. - Может, переместимся в зал? – предложил я. - А чем тебя ванная не устраивает? - Сыро. И поза неудобная, я соскальзываю, - продолжал канючить я. - Ладно, поступим по-другому, - он вырубил воду и дёрнул меня за руку, выводя на середину тесной комнатушки. – Вставай на колени. - Ты издеваешься?! – возмутился я. Я согласен на всё, что угодно, но только не по-собачьи! - Нет. Я совершенно серьёзно. Поверь, так будет даже лучше. Да, не романтично, зато продуктивно. Я возмущённо тряхнул головой и опустился на колени, расставив пошире ноги и упираясь раскрытыми ладонями в скользкий пол. Лишь бы не впечататься в него носом во время процесса. Шизуо тянуть не стал, только подготовил меня для нашего же удобства. Резко вошёл в тело и замер, прижимаясь грудью к моей спине и обнимая одной рукой за талию. - И нечего так сопеть, сам же меня с псом сравнивал, - Шизуо прикусил мочку уха, немного оттягивая её на себя. - Тут я точно прав был, - пискнул я. – За шкирку только не кусай, - сдавленно хохотнул я, когда он медленно начал двигаться. - Постараюсь, - в ответ фыркнул вышибала. А Шизуо, оказывается, надолго хватает… Как-то не замечал раньше. Я уже второй, может, третий раз кончал, а ему всё мало. За это время он уже успел усадить меня к себе на колени, перетянув из собачей позы в какую-то полусидящую. Но и этим он не ограничился. Закончилось всё в зале, как я и хотел первоначально, на столе… Тут уж я смог добраться до его губ, нацеловавшись вдоволь. Это было даже круче, чем вчера… Меня трясло от удовольствия ещё с полчаса, так точно. Шизуо же опять залез в душ. Боги, ну почему всё так глупо закончилось?.. Для меня эти несколько дней, проведённые вместе с Шизуо в состоянии послесмертия значат гораздо больше, чем вся моя прежняя жизнь вместе взятая. Это так приятно и странно. Когда приехала Селти, я продолжал валяться на диване, довольно улыбаясь и теребя меховую оторочку капюшона на шубе, пребывая в состоянии полной удовлетворённости и внутреннего покоя. Он пришёл как-то сам. Дюллахан вошла совершенно бесшумно и явно не через дверь. Словно появилась прямо из воздуха. Её привычный байкерский костюм был заменён на изящное чёрное средневековое платье с длинным шлейфом. Волосы головы, покоящейся в левой руке, были украшены ободком из шёлковой тёмной ленты. В правой руке она держала косу с кривым лезвием, а из шеи струилась лёгкая дымка. - Ну как, исполнилось желание? – спросила дюллахан, хитро улыбаясь. - Ага, ещё как! Даже бонус был, - хихикнул я, вспоминая недавний секс. - Вот и славно. О, доброе утро, Шизуо, - улыбнулась Селти, приветствуя вошедшего в комнату вышибалу, на что тот лишь молча кивнул. – Я пришла за душой. - Мы это уже поняли, - откликнулся он. - А мне будет больно? – вопрос вырвался у меня совершенно внезапно. - Нет. - А… и ещё… - я встал с дивана, подходя к Шизуо и оборачиваясь к Селти. – У меня есть право на последние слова? - Да, конечно, - дюллахан обозначила кивок и замерла в ожидании. - Шизуо, ты будешь по мне скучать? – грустно спросил я. - Не поверишь, но всё возможно, - хмыкнул он. – По крайней мере, вечных погонь так точно будет не хватать. Шизуо. Скажите, можно ли за короткий промежуток времени привязаться к человеку, нет, не так, к врагу? Нет, скажете вы? А я вам возражу. Можно, ещё как можно! Я даже жалею, что произошла та авария. Сейчас бы Изая не стоял передо мной с такими печальными глазами, наполненными надеждой. - Не поверишь, но всё возможно, - хмыкнул я. – По крайней мере, вечных погонь так точно будет не хватать. «Как и тебя, балда…» - так и хочется добавить, но не получается. Да и не надо. Изая понимает меня без слов. Он спокойно обнял меня за шею, привычно приподнимаясь на цыпочках, и тихо прошептал на ухо: - Я люблю тебя. Вспоминай обо мне почаще и следи за моими сестричками, они хоть и наглые, но всё ещё дети. - Обязательно, - слабо улыбнулся я. - Эй, голубки, вре-е-емя, - насмешливо протянула Селти. - Да, конечно, уже иду! – откликнулся Изая, - Прощай, Шизу-тян! - шепнул он, быстро поцеловал меня в губы и встал посреди комнаты. – Всё, вот теперь точно готов! - Тогда, начнём, - дюллахан прикрыла глаза и заговорила нараспев на совершенно незнакомом мне языке. Она говорила недолго. В комнате стало ощутимо холодней и словно потемнело, хотя за окном был ясный полдень. После Селти что-то выкрикнула всё на том же языке и рассекла лезвием косы воздух над головой Орихары, тот чуть дёрнулся назад и исчез… Вот и всё. Ни грома, ни молний не было. Всё обыденно и как-то повседневно. - Так просто? – удивился я, рискнув нарушить тишину спустя десять минут. - Не скажи… - тихо произнесла дюллахан. – Так кажется только со стороны. На самом деле всё намного сложнее и не поддаётся пояснению. Я не могу рассказать определённые мелочи. Они тебе не нужны. - А я и не требую подробностей…

***

После исчезновения и смерти Изаи прошло уже три года. Район затих. Нет, банды так и остались, продолжая воевать между собой, но ими теперь никто не руководил из тени. Будни стали скучными, мне до жути не хватало чуть издевательского орихаровского «Шизу-тя-я-ян!», его колких фраз, широкой и коварной улыбки. Казалось бы, всё это такая мелочь, но исчезнув из повседневности, она убивала медленно и уверенно. Не хуже яда. Как-то блоха сказал, что он в "Аду одиночества"… Теперь я понял его. Нет, я не остался полностью один, меня окружали друзья, сёстры Орихара, другие люди, а внутри всё равно было одиноко. Кого-то не хватало, того, кому жутко хотелось сказать ещё тогда "До свидания". Этого кого-то больше нет в живых…