My Obsession

Мистик-Гриль. Единственное, а потому, более-менее приличное заведение в этом мрачном городке с кровавой таинственной историей. Место, где всегда и в любое время суток можно надраться в хлам каким угодно алкоголем и не только, за пару заинтересованных взглядов и улыбок для смазливых барменш и официанток. Ну и благодаря внушению, конечно. Куда ж без него в этом сложном, странном, сверхъестественном мире? Чем сейчас и занимался Деймон Сальваторе, топя печаль и остаток здравого смысла в бурбоне, пытаясь забить и забыться. Новый слоган-девиз для его разбитой жизни. Забить и забыть. О том, что твоя нежная, милая девушка лежит в склепе, ожидая своего пробуждения через несколько десятков лет. Если, конечно, вампиры, желающие вновь стать людьми, не доберутся до Елены раньше. О том, что твой лучший друг собрал вещи и рванул подальше из Мистик Фоллс, стараясь выжить и справиться с потерей своей так и не обретенной семьи. Деймон не осуждал Аларика. Совсем наоборот. На его месте он поступил бы точно также. Сжег за собой мосты, плюнул в пепел, оставшийся от прежней жизни, сплясал на нем сальсу и, вычеркнув из памяти всех людей, причинивших ему столько боли, укатил бы в закат. Еще один глоток бурбона. Еще одна попытка забыть. О том, что его брат, вместо того, чтобы быть вместе с Деймоном в этот сложный период для него( даже не из-за любви к нему, а хотя бы из уважения к Елене), пытается устроить свою личную жизнь с Барби Кэролайн. Блондинка прошла почетный, трудный и долгий путь от Сальваторе-старшего до Сальваторе-младшего, включив в него типичного американского парня Мета; блохастого, полного дерьма и проблем Тайлера; опасного, сумасбродного гибрида Клауса, и еще, Бог только знает, сколько мужиков за время учебы в школе и колледже. Не то, чтобы Деймон был особо брезглив или консервативен в этом плане. Но даже его смущал этот факт и количество лиц мужского пола, перебывавших в постели у Кэролайн Форбс. Но не Стефана, пускавшего сопли и слюни, стоило Кэролайн только появиться в пределах его видимости. Да и хрен с ним. Сам разберется, как никак скоро вторую сотню лет скоро разменяет. А если и нет, будет лишний повод позлорадствовать и потыкать палкой сарказма в больное для братишки место. Еще один глоток бурбона. Еще один повод забыть. О том, что твоя собственная мамаша любит и заботится, как это и должно быть, не о своих сыновьях, а о клане сумасшедших вампиров-ведьм. Она воскресила своих дружков, из-за которых совсем скоро случится очередной гребанный апокалипсис для Мистик Фоллс, который утопит город в реках крови. Последний глоток бурбона. И очередная попытка забыть. О том, что он спас чертову Бонни Беннет, хотя мог этого и не делать. Деймон наполняет опустевший стакан, вспоминая о случившемся в тот вечер и о ней. …. Бонни на холодном полу в очередной раз захлебывается собственной кровью, пытаясь выкарабкаться, цепляясь за боль, не дающую впасть в предсмертное забытье. Еще один судорожный вдох, проталкивающий воздух в ее умирающее тело. Еще один слабый удар сердца, показывающий, что она пока еще жива. Но это ненадолго. Еще одно издевательское замечание торжествующего Кая, упивающегося своей безнаказанностью. Еще одна его кривая, самодовольная улыбочка. …. - Я еще не все прозвища тебе придумал Бон Бон – произносит с улыбкой Деймон и надкусывает свое запястье. .... Деймон не раздумывал в тот момент, когда снес башку Каю, об истинных мотивах своих действий. О том, что действительно кроется за его выбором. Елена или Бонни. Любимая или друг. Казалось бы, о чем тут можно думать? Елена и точка. Но нет. Все не так просто, как кажется. И дело не в самооправдании и отговорках для очистки совести, которой у Деймона Сальваторе, как и стыда, давно нет. И не в том, что Бонни и Деймон так много времени провели по ту сторону, успели сблизиться и узнать друг друга. И не в Елене, не простившей бы его, если бы мужчина выбрал ее, а не Бонни. Малышка Гилберт давно научилась идти по трупам родных и близких ради достижения своих целей или просто ради того, чтобы выжить. В этом, как и в другом, они с Кэтрин Пирс были похожи. Все гораздо сложнее, чем, кажется на первый взгляд. Истинные мотивы своих поступком Деймон Сальваторе осознал только вчера ночью. Звук отодвигаемого стула возвращает мужчину в реальность. Перед ним Бонни Беннет, собственной персоной. Девушка садится напротив него, заправляет за ухо прядь волос, успевших отрасти до плеч. И молча, внимательно наблюдает за ним пару минут, оценивая обстановку и пытаясь определить насколько паршиво вампиру сегодня. - Хватит, Деймон – девушка ловко забирает полупустой стакан из рук мужчины – Еще нет и полудня, а ты уже надрался. - Бон Бон. Правильная. Дотошная. Занудная. Когда трезвая. И что же ты сделаешь, маленькая ведьма? – кривая ухмылка украсила губы Демона. …. Бонни Беннет. Драгоценная. Верная. Чуткая. … Бонни с минуту смотрит в глаза мужчины. Деймон не отрывал взгляда, с ухмылкой потягивал бурбон из стакана. И ему и ей прекрасно было известно о том, что будет дальше. Осталось только дождаться, кто сделает первый шаг. - Я тоже скучаю по ней, Деймон. Не меньше тебя. И мне не нравится то, что происходит с нашими друзьями и в городе. И.. - И? Продолжай. Хотя, пожалуй, не стоит. Тебе не понять. И дело не только в Елене – он встает и собирается уходить, в очередной раз, обрывая разговор и оставляя слово за собой. Но проходя мимо Бонни, Деймон наклоняется к ее уху и шепчет: - И, кстати, вчерашний поцелуй,– усмешка в голосе – еще ничего не значит, Бон-Бон. И в следующий раз не пытайся указывать пьяному вампиру на его слабости и мешать ему наслаждаться в одиночестве бурбоном. На поцелуе все не закончится.