4:13 am

«Боже, только не снова» - думает Гарри, очередной раз просыпаясь задолго до будильника. Так случается уже вторую неделю – сон покидает его ровно в 4:13, ни минутой раньше, ни минутой позже. Гарри снова видит за окном молодую листву на деревьях, шуршащую из-за весеннего ветра; он ощущает на себе медовый солнечный свет, мягко согревающий кожу. А еще он чувствует пустоту и одиночество своей маленькой квартиры. «Когда же это закончится?» - спрашивает он себя, заваривая чай с бергамотом, наливая его в свою любимую чашку с отколотым краешком – подарок сестры на семнадцатый день рождения. Ему нравится чай, нравится то обжигающее чувство, когда делаешь первый глоток. Гарри, наверное, все отдаст за хороший чай и булочки с корицей из пекарни напротив. А еще он бы отдал все за человека, который был бы рядом с ним, делил все счастливые (и не очень) моменты его жизни. Гарри пьет чай и думает, что предстоящий день не будет отличаться от всех других, и он не чувствует абсолютно никакого восторга от осознания того, что ему опять придется провести полдня в университете, а потом еще часа три в библиотеке, выполняя домашнее задание. Когда часы показывают 6:30, Стайлс слышит своих соседей и думает, что они, наверное, счастливы: у них дружная семья и двое чудесных детей. А еще они просыпаются по будильнику, а не как он сам, просто из-за желания его глаз, которым, видимо, просто хочется открываться именно в чертовы 4:13. - Чудесного дня, мой мальчик, - говорит ему соседка, сидящая на скамье возле дома, с большим рыжим котом на коленях. Гарри желает ей доброго утра и думает, что когда-нибудь он тоже заведет себе такого кота, мягкого и пушистого. Он любит котов, наверное, так же сильно, как чай и булочки с корицей, кто знает. - Хэй, привет, дружище, как ты? Видел вчерашнюю игру? – на Гарри обрушивается поток энергии и оптимизма, и он думает, что такие люди, как его лучший друг, заслуживают, определенно, всего самого лучшего. - Рад тебя видеть, Найл, - Гарри улыбается, приветствуя друга. - Так что насчет игры? – Хоран не унимается и, наверное, он никогда не перестанет пытаться заставить Гарри полюбить футбол. - Ты же прекрасно знаешь, что я ненавижу футбол, - говорит Гарри, и Хоран делает вид, что обижен. - Ты ранишь мое сердце, Стайлс. Удивляюсь, как я вообще с тобой общаюсь, с таким идиотом, - Найл больно тычет Гарри в плечо. - Дурак, - смеется Стайлс, пытаясь убрать руку друга от своего плеча. - Хорошо, ладно, - выражение Найла сменяется на загадочное, и лицо озаряется улыбкой. - Смотри, что у меня есть. Хоран достает из своей сумки несколько листов бумаги, слегка помятой, с пятнами кофе. - Я работал над этой песней почти двое суток без сна, поэтому, пожалуйста, не говори мне, что она хреновая, - Гарри берет листы в руку, воспроизводя музыку по нотам, написанным на бумаге. Что ж, его друг, несомненно, один из самых талантливых людей, которых он знает. - Ох, Найлер, она, эм, шикарная, я думаю. Правда, - Стайлс видит, как на лице Хорана расцветает улыбка, а глаза озаряются с восторгом. - Что ж, надеюсь, ты говоришь мне правду, спасибо, - Хоран прячет песню в сумку. – Увидимся за обедом? – Гарри кивает и желает ему удачного дня, а потом идет в свою аудиторию, занимая там одно из самых последних мест. Все шумят даже тогда, когда появляется преподаватель, а потом, вдруг, стихают. Гарри, совсем нет дела до того, что происходит. Но глаза сами поднимаются, и он видит, что рядом с Мистером Адамсом стоит молодой человек. Стайлс определенно не пялится на него, нет, просто, наверное, это чистый интерес к кому-то новому. - Доброе утро, - говорит преподаватель, и по классу прокатывается шум приветствий. – Хочу представить вам всем мистера Томлинсона, он фотограф и делает статью о студенческой жизни, поэтому, мы, конечно, позволили ему присутствовать на нашем занятии. Что ж, мистер Томлинсон, хотите сказать пару слов? Фотограф улыбается, и Гарри, конечно, думает, что сердце бьется чаще только из-за недосыпа и усталости. - Ну, я рад, что мне разрешили провести тут день и, пожалуйста, зовите меня Луи, мне не сорок лет, - он улыбается так ослепительно, и Гарри уверен, что слышит вздохи и шепот своих однокурсниц. - Хорошо, садитесь там, где вам будет удобно, мистер То.. Луи, - говорит преподаватель, и Луи благодарно ему улыбается. Гарри становится жарко, когда Луи садится в метре от него, оглядывая аудиторию, задерживая взгляд на Гарри. Стайлс думает, что ему показалось. Гарри не может удержаться и временами смотрит на фотографа, увлеченного процессом. Иногда он что-то пишет в своем блокноте. Гарри не влюбился в этого парня с прекрасными карамельными волосами и солнцем в голубых глазах, конечно нет, с чего бы. Когда преподаватель отпускает их, Стайлс даже не помнит, о чем была лекция, это не очень-то хорошо, и ему наверняка придется остаться в библиотеке больше, чем на три часа. - Булочки и чай, - Найл ставит перед ним упаковку чудесно-пахнущей выпечки и стакан ванильного чая. – Гарри, что с тобой? Ты выглядишь странно. Хоран садится напротив, перекинув ногу через скамью. - Ну, я просто, наверное, не выспался, - в доказательство Гарри зевает и трет глаза. Он действительно чувствует себя не очень, но чай, принесенный его другом, немного бодрит. - Чувак, тебе стоит пару дней побыть дома, серьезно, ты выглядишь так, словно не спал неделю. Стайлсу нечего на это ответить, поэтому он просто ест булочку, ощущая удивительный шоколадный вкус на языке. - Извини, ты ведь Гарри Стайлс, верно? – Гарри становится трудно дышать и он молчит, потому что все слова просто вылетели из головы. Он думает, что, наверное, никогда не выглядел так глупо перед кем-то. - Да, это он, - Найл беззаботно улыбается, кивая. – А ты… - Луи. Луи Томлинсон, я фотограф. Я просто хотел спросить у твоего друга кое-что. - Ох, Гарри Стайлс, ты работаешь моделью, а мне не сказал? – Хоран легко ударяет друга по руке и смеется. Гарри совершенно не знает, что ему делать. Ему хочется позвонить 911 и попросить помощи. Луи стоит перед ним, улыбаясь, ожидая ответа. - Я хотел спросить у тебя, можешь ли ты задержаться после уроков ненадолго, ответить на пару вопросов для статьи? – Луи смотрит на него, почти не моргая, а Гарри хочется утонуть в голубых глазах и ничего больше не видеть. - Эм, ну, да, конечно, без проблем, - слова-слова-слова-слова, много непонятных слов. – Я буду в библиотеке, наверное, да, именно там. Гарри хочет ударить себя по голове за то, что похож на девочку-подростка. - Хорошо, я найду тебя там, - Томлинсон смеется. – Приятного аппетита. И он уходит. Уходит просто так, оставляя Гарри с его чувствами и желанием удариться об стену. - Ууу, - тянет Хоран. – Смотрите, Гарри Стайлс влюбился. - Я не влюбился, - Гарри думает, что это невозможно, невозможно вот так взять и влюбиться в человека, которого видишь только второй раз. - Да что ты? Ты со стороны себя видел? – Найл пытается не смеяться, честно. – Ты просто сидел с открытым ртом и пялился на него. Я все думал, придется ли мне врезать тебе, чтобы привести в чувства. - Это не смешно, Хоран, - Гарри вздыхает и смотрит на отражение неба в своем чае. - А кто смеется? Это же нормально, ну, влюбиться. - Я долбанный идиот, Найл, - Гарри опускает голову на руки и закрывает глаза. - Что, Гарри, в библиотеке еще остались книги, которые ты не прочитал? – их библиотекарь, миссис Саммер, была одним из самых любимых сотрудников Гарри в университете. Еще был Джош – садовник, но сейчас не об этом. - Здравствуйте, миссис Саммер, как ваш день? - Все хорошо, дорогой, - женщина улыбается, протягивая небольшую коробку шоколадного печенья, угощая. – Твой столик еще не занят, проходи. Если что-то нужно, то я тут. Гарри любит это место. Запах пыли и книг, сосредоточенные студенты, все это так отличается от того, что происходит за стенами библиотеки. Стайлс как-то сказал, что, если бы у него не было квартиры, он жил бы тут. Он до сих пор так считает. Теплая рука, опущенная на его плечо, и мягкое «привет» заставляют Гарри поднять голову. Голубое море, карамель и солнце – Гарри думает, что попал в диснеевскую сказку, ну, потому что так не бывает. - Я рад, что ты согласился, - Луи благодарно улыбается и садится напротив, открывая свой блокнот. - Я рад, что ты предложил мне, - Стайлс не верит, что смог связать слова в нормальное предложение. - Хорошо, Гарри, что ж, я просто задам тебе несколько вопросов, ладно? - Да, конечно. «Не смотри на него так, идиот» - ругает сам себя Гарри, опуская глаза на блокнот Луи. Луи поправляет челку, а Гарри думает, что повесил бы его фотографию у себя в комнате. - И так, почему ты выбрал факультет, связанный с литературой? – Томлинсон смотрит на него. Смотрит прямо в глаза. - Я всегда любил книги, с самого детства, знаешь, с того самого момента, когда мама или сестра читали мне их на ночь, - улыбка сама собой появляется на лице Гарри при мысли о родных. – Я со школы был уверен, что мое будущее будет связано с этим. Он наблюдает, как Луи пишет что-то в своем блокноте аккуратным почерком. Серьезно? Гарри становится неловко, потому что его почерк не понимает даже он сам, иногда. - Хорошо, а как тебе студенческая жизнь? Как тебе все эти сумасшедшие моменты и все такое? – это заставляет Гарри задуматься, ведь у него, честно говоря, никогда не было «этой» жизни. - На самом деле, я не знаю. Я имею в виду, да, я учусь и все такое, но я никогда не ходил на крутые вечеринки, не влюблялся и не… - он запинается, не имея представления о том, что надо сказать. Это странно. Взгляд Луи пробирается в душу, оставляя теплый след и… - Что значит эта татуировка на твоем запястье? – изящные пальцы касаются Гарри, и тот совсем не знает, откуда взялось это цунами чувств, окатившее его с ног до головы. Ему хочется взять Луи за руку и не отпускать до конца жизни и дольше. - Гарри, - Томлинсон сжимает пальцы на его запястье и взволнованно смотрит на него. – С тобой все в порядке? «Конечно со мной все в прядке, я просто хочу отдать тебе свое сердце, всего-то» - думает про себя Гарри, но лишь поднимает взгляд и неловко улыбается. - Хорошо, да, со мной все хорошо, - Стайлс убирает руку из-под пальцев Луи, а потом хочет ударить себя за это. - Знаешь, если ты не против, - Томлинсон чуть медлит, – Что если мы встретимся сегодня вечером в кофейне и продолжим там? Она в двух кварталах отсюда. Гарри хлопает глазами, обомлев, но соглашается. Он бы не простил себя, если бы не согласился, определенно не простил бы. - Хорошо, - он кивает. – Почему бы и нет. Надеюсь, ты не нарушаешь свои планы из-за меня и этой статьи, потому что, ох, я слишком много говорю, да? – Гарри смущается и опускает глаза на свои пальцы. Луи лишь смеется. Подумать только, он просто смеется. Так легко и добродушно. Гарри хочет записать его смех и поставить себе на будильник или звонок. - Все в порядке, сегодня в моих планах только ты, - Луи смеется, а Гарри хочется забраться под стол, чтобы скрыть алые щеки. Кажется, ему все еще надо позвонить 911. -Говоришь, он просто позвал тебя в кафе? - Найл лежит на его диване и ест уже третий кусок пиццы. – Это всего лишь свидание. - Это не свидание, - Гарри злится на Хорана, потому что тот уже давно решил, что они с Луи, как бы, встречаются. - Ну-ну, - Найл смеется и дает какие-то странные советы, типа: никаких поцелуев на первом свидании. - Хоран, ты идиот, просто ешь пиццу, пожалуйста. Стайлс совсем не уверен, что ему следует надеть на эту… встречу? Он снова пьет чай, наверное третью кружку, и думает о парне с глазами, как море. - Удачи тебе, - кричит Найл, когда Гарри закрывает дверь квартиры. Подходя к кофейне, он видит Луи, сидящего у окна, увлеченного книгой. Луи Томлинсон – как прекрасное произведение, такое недосягаемое, как звезды. - Я рад, что ты пришел, - снова этот глубокий взгляд. - Я тоже, ну, в смысле, что ты тут, - Гарри счастлив в этот момент, правда. - Ты не против, что я заказал нам кофе и булочки с корицей? - Гарри понимает, что, черт возьми, попал в рай. - Да, Луи, конечно, - имя Томлинсона плавится на языке, как молочный шоколад, и все, о чем думает Гарри, это Луи. - Знаешь, я, на самом деле, не ради статьи сюда тебя позвал, - Томлинсон смущенно опускает взгляд, и Стайлс, кажется, падает в проспать чувств. – Просто ты мне показался таким другим. Я не знаю, просто хочу узнать тебя. Гарри хочет смеяться и плакать от счастья. Когда Гарри возвращается домой, он знает как звали рыбок Луи, в какой летний лагерь он ездил в пять лет и все эти мелочи. Перед сном, последний раз смотря на яркие звезды, раскинувшиеся по небу, Гарри думает, что бесконечно счастлив.