Стёпа и зелёные человечки

Ирон сумел пригнать авис к саду и сейчас ждал, пока Грам увезёт Тиопу смотреть корабль. Он не сомневался, что близняшки уже потихоньку пробираются к выходу из Дома и скоро найдут его. Единственное, чего Ирон боялся – это кого-нибудь слишком любопытного, кто может забрести в этот глухой уголок сада и увидеть его. И хотя внутри всё колотилось мелкой, противной дрожью, внешне Ирон был спокоен. Близняшки не должны увидеть, как он волнуется, иначе испугаются сами. А он должен быть безупречен. Ирон немного раздвинул густые, мохнатые пурпурные ветки декоративного кустарника с дивными белыми цветами и стал наблюдать за главным входом в Дом. Хоть и было далеко, но видно было достаточно хорошо, но у входа пока никого не наблюдалось. Ирон скрипнул зубами – неужели проклятый Грам передумал? В отчаянии он прикусил большой палец руки, и боль отрезвила его. Нельзя нервничать. Нужно быть спокойным. Наконец Ирон заметил, как Грам и Тиопа вышли из Дома направились к стоящему неподалёку новенькому, блестящему авису Грама. Сзади семенил Эни. Грам шёл впереди – и Ирон вздохнул, даже немного позавидовав брату. Неудивительно, что Дом Лури любит младшего сына. Внешне он просто идеален – эталон молодого благородного ризитейца. Сильный, высокий, красивый… Если бы ещё был поумнее и обладал не таким мерзким характером… Но характер Грама – это теперь проблемы Семьи и Дом Лури лично. «Моей бывшей Семьи…» - пронеслась в голове мысль. Ирон вздохнул – совершая побег, он ставит себя вне закона, ему нечего рассчитывать на какую-либо защиту, он теперь сам по себе, и пути назад нет. Даже если он на коленях приползёт обратно – позорный статус не восстановишь ничем. Лучше даже не задумываться о том, какое наказание его ждёт, если их поймают. Да, лучше не задумываться, а то весь его тщательно выстраиваемый самоконтроль полетит к чертям. Однако, где же Тин и Лин? Пора бы им уже быть… И вдруг сзади громко хрустнула под чьей-то ногой тонкая ветка, и хорошо знакомый голос произнёс: - Далеко собрался, племянничек? Ирон обернулся и похолодел – сзади к нему подобрался дядя Ариг, сжимавший в руке шоковый хлыст, похожий на совершенно безобидную серебристую палочку. - Ты случайно не ждёшь двух моих младших выродков? – ехидно поинтересовался он. – Бежать задумали, а? - Ничего подобного, - спокойно ответил Ирон. – Я просто решил ещё раз слетать в Рестис. - Да ну? – издевательски усмехнулся Ариг. – Не надо считать всех вокруг идиотами, дорогой племянничек! Что-то в последнее время ты был слишком спокоен и чересчур много туману напускал. Ну, я тут подумал хорошенько, сложил два и два и понял, что ты бежать хочешь и младшеньких моих сманиваешь… А я не позволю. Их выкупает двоюродный брат Правителя и даёт такие деньги, что тебе, паршивец, и не снились! Чем-то это эти тощие недоразумения его зацепили! Да и тебе самое место во Внутренних покоях – ты всегда выглядел, как смазливая шлюха! - Что? – поразился Ирон. – Их выкупает Руам? Дядя, как вы с Дом могли согласиться на такое? Да у него же ни один наложник не выживает больше двух лет! Они же ещё дети! Они твои дети! - Они балласт для Семьи! - рявкнул Ариг. – Носитель был слишком слаб, когда вынашивал последнюю кладку, вот и появилось на свет не пойми что! И если за них дали такую прекрасную цену – то хоть какая-то польза Семье будет! Так что давай, племянничек – домой, домой, а там наша милая Дом решит, как тебя наказать. И пока тебя не заберёт твой Старший – будешь сидеть в подвале! На цепи! А я буду каждый день выбивать из тебя дурь! - Тварь! – выплюнул Ирон. – Мерзкая поганая вонючая тварь! - Ах ты, гадёныш! – посинел от злости Ариг и поднял хлыст. Ирон прекрасно понимал, что единственная возможность исполнить задуманное – вырубить дядю и бежать. Но что будет тогда с Тином и Лином? Бац! – и на голову слишком увлёкшегося дядюшки опустился тяжёлый булыжник из тех, что обрамляли высокие песчаные горки в саду, на которых росли цветы золотоножки. Чересчур любопытный и догадливый дядюшка тут же закатил глаза и рухнул на землю, как мешок. - Ар-Тун? – поразился Ирон. – Ты? - Тихо! – быстро сказал Ар-Тун. – Тин, Лин, где вы там? Из ближайших кустов высунулись ошарашенные близняшки. - Бери их и улетай побыстрее! – заявил Ар-Тун. – Я с ним разберусь! - Но почему? – поразился Ирон. - Братья есть не только у тебя, - отрезал Ар-Тун. – Вот и у меня… был… - Но, Ар-Тун… - Улетайте быстрее, - заявил чернокожий. – Я сумею прикрыть вас, но ненадолго. - Может быть, тебе лучше лететь с нами? – сказал Ирон. – Тебя накажут, если выяснится, что ты помог нам… - Я ценю твоё благородство, Ирон, - покачал головой целитель, - но я остаюсь. Здесь есть ещё тот, кому я нужен. Прощайте. И если Небеса будут к вам милостивы – вам не придётся возвращаться назад. Ирон кивнул, а чувствительные близняшки, захлюпав носами, кинулись обнимать Ар-Туна. Он обнял их в ответ и сказал: - Всё, всё, улетайте… Вам надо спешить. - Забирайтесь в багажный отсек, - приказал близняшкам Ирон, и те послушно нырнули, куда было велено. - Прощай, Ар-Тун, - сказал Ирон, пожав целителю руку. - Прощай, Ирон, - кивнул Ар-Тун, - ты всегда был слишком хорош для этого Дома. Пусть удача будет милостива к тебе, и ты сможешь обрести то, что ищешь… Ирон вздохнул, вскочил в кабину ависа, и тот моментально взмыл вертикально вверх. Чернокожий проследил взглядом за улетающим ависом, а потом перевёл взгляд на лежащего неподвижно Арига. Тот вдруг начал шевелиться и стонать, и чернокожий подобрал выпавший у Арига во время падения шоковый хлыст, активировал его и с силой прижал к основанию шеи поверженного. Тот захрипел и обмяк. Ар-Тун невозмутимо проверил пульс, убедился, что Ариг жив, и удовлетворённо кивнул. Хитрый целитель знал, что включённый в определённом режиме шоковый хлыст может превратить любого, кому была нанесена черепно-мозговая травма, чуть ли не в овощ, или, в самом лучшем случае, надёжно стереть память. Настолько надёжно, что Аригу придётся заново учиться пользоваться туалетом и столовыми приборами. На почти неподвижном лице целителя промелькнула злая усмешка, он уселся на стоящую поодаль садовую скамейку, достал из-за ворота рубашки овальный серебристый медальон на тонкой цепочке, открыл его, посмотрел на изображение очень красивого чернокожего юноши, погладил изображение пальцем и прошептал: - Наконец-то я смог отомстить, брат мой… А потом спокойно вытянул ноги и устало прикрыл глаза. Он был намерен «обнаружить» неподвижного Арига настолько поздно, насколько это вообще было возможно. *** Грам схватил Стёпу за руку и потащил за собой. - Пойдём, пойдём скорее, я покажу тебе гостевые каюты. Здесь просто роскошные гостевые каюты. Стёпа немного притормозил и сыграл наивного идиота: - Но каюты я уже видел… Собственно говоря, я только их и видел в прошлый раз, да ещё коридоры… Покажи мне место, откуда управляется этот прекрасный корабль, а, Грам? Ну ты же обещаааааал… Грам явственно скрипнул зубами, но всё-таки сумел удержать себя в руках: - Хорошо, Тиопа, пойдём в командную рубку. Оттуда управляется весь этот корабль. - И ты будешь управлять им один? – восхитился Стёпа. - Конечно, это нетрудно, - ответил Грам. – Программа гонки уже рассчитана и скорректирована, главное – удержать курс на большой скорости… и не допустить столкновений. - Но космос большой… - наивно сказал Стёпа, - как в нём можно столкнуться? - Сложность гонок, - заявил раздувшийся от важности Грам, - состоит в том, что множество заявленных кораблей пойдут примерно одинаковым курсом. И на очень высокой, предельной скорости. Так что тут важно умение маневрировать, и этим умением я владею в совершенстве. - Да? – похлопал ресницами Стёпа, припомнив близняшек. – Ой, Грам, ты такой умный… Ты столько знаешь… - Конечно, - не заметил махровой издёвки Грам. Непрошибаемому самомнению этого типа позавидовала бы и Ксюша Собчак. – Вот будешь слушаться меня – и у тебя будет очень хорошая жизнь, Тиопа… Стёпа закивал, и Грам остался вполне удовлетворён беседой. Но Стёпину задницу, зараза, потискать не забыл. Командная рубка впечатляла. Впечатляла в том смысле, что выглядела точь-в-точь так же, как в многочисленных фантастических фильмах, которые Стёпочка смотрел ещё на Земле - многочисленные дымчатые экраны, куча непонятных разноцветных огоньков, пульт с непонятными символами и два кресла перед ним. - Потрясающе! – совершенно искренне сказал Стёпа. – Просто прекрасно! Довольный Грам придвинулся ближе и заключил Стёпочку в объятия. Сила у него была медвежья, крышу снесло реально, поэтому он стиснул несчастное Стёпино тело, так, что хрустнули рёбра, и впился губами в губы. Стёпа губы сжал и попытался выскользнуть из цепких объятий. Куда там. Грам терял разум… или то, что ему разум успешно заменяло… прямо на глазах. Он впечатал Стёпу в стену рубки и вжался пахом в его пах. Размеры впечатлили Стёпу настолько, что глаза его расширились от ужаса. Вот этим тыкать в живого человека? Грам сумел оторваться от губ Стёпы и прошипел: - Ну что ты ломаешься? Ирон ведь тебя уже… Давай же, ну, давай… А руки Грама уже рвали Стёпину накидку. Стёпа понял, что если он будет стоять, как овца, и ждать неизвестно чего, то его сейчас просто банально трахнут. Вот той здоровенной дубиной, которая сейчас так недвусмысленно трётся об его бедро. Неудивительно, что Эни было так плохо после Грама… Тот мало того, что размерчик имел… лошадиный, так ещё и явно не имел привычки заботиться о партнёре. Все эти обрывки мыслей пронеслись в Стёпиной головушке со скоростью курьерского поезда, и он, кое-как высвободив левую руку, с наслаждением опустил кулак на макушку Грама. Тот охнул, но Стёпу отпустил. А Стёпа, не теряя времени даром, провёл целую серию хлёстких ударов по лицу и корпусу, добавив для верности коленом по яйцам. Удары пришлись в нужные места, и Грам потерял сознание. Стёпа же снял свою накидку, с трудом, но всё же разорвал её на полосы и начал пеленать Грама понадёжнее, отчего тот вскоре стал напоминать статиста из малобюджетного ужастика: «Вторжение мумий-убийц». Сочившаяся из разбитого носа кровь только дополняла зловещее сходство. Именно в этот момент в рубку примчались сумевшие таки проникнуть на корабль Ирон, Тин и Лин. Ирон только одобрительно кивнул, взглянув на упакованного братца и испуганно спросил: - Тиопа, он тебя не…? Стёпа покачал головой и спросил: - Ну, что, улетаем? Ирон задорно улыбнулся в ответ, сел в кресло и скомандовал: - Системы запуска! - Есть системы запуска! – отозвался механический голос сверху. – Готовность сто процентов. - Тогда, - усмехнулся Ирон, - кораблю – взлёт!