Стёпа и зелёные человечки

Стёпа заявил: - Стоп. Никакой больше ругани. Сначала мы посадим Семя планеты – Предтечи сказали, что это нужно сделать как можно скорее, а потом сядем и всё обсудим. Ясно? Ирон скрипнул зубами и отвернулся. - Ясно? – переспросил Стёпа и сделал шаг вперёд, но его тут же снова скрутил приступ тошноты. Стёпа согнулся пополам и прижал руки к животу. Желудок содрогнулся от спазма, во рту появился отвратительный привкус. Ирон одним прыжком рухнул рядом со Стёпой на колени и стал гладить по голове, по спине, испуганно бормоча: - Тиопа, Тиопа… прости, тебе же волноваться нельзя. Ясно, мне всё ясно… мы поговорим. Я не буду ссориться… Близняшки тоже что-то заголосили и бросились Стёпу поддержать, но тот уже справился с тошнотой, осторожно отстранил Тина и Лина и рявкнул Ирону: - Если так всё время продолжаться будет… Да я ж тебя самолично придушу! - Придуши, придуши… - ответил Ирон, - ох я, дурак… Стёпа глянул в расстроенное личико фисташкового и с удивлением подумал, что сам факт нежданного залёта особо отрицательных чувств не вызывает, а вот сопутствующие явления в виде тошноты и внезапно накатывающей слабости – таки очень даже. Но, решив разборки с Ироном оставить на потом, Стёпа выпрямился и сказал: - Позже поговорим. Очень даже серьёзно поговорим. Ирон сделался зеленовато-серым, но послушно закивал. Грам, Высший и краснокожий юноша наблюдали за всей этой сценой с совершенно нечитаемыми лицами, но последняя реплика Стёпы и соответствующее ей выражение лица впечатлили и их, так что никаких комментариев не последовало, и слава Богу. Если в отношении Ирона Стёпа мог сдержаться, то неподходящая реплика его братишки могла бы закончиться плачевно – для Грама, разумеется. - Так на чём мы остановились? – задумчиво поинтересовался Стёпа. – Ах да, Семя планеты. Страж, ты у нас товарищ мудрый и опытный – не подскажешь, где его лучше всего посадить? Страж, явно тащившийся от ситуации, тем не менее, благосклонно кивнул и указал лапой на вершину соседнего холма. - Думаю, там. Место возвышенное, открытое. Семя там примется. Садитесь в свои кораблики и летите. Здесь уже небезопасно находиться - Храм станет кораблём, и Предтечи улетят. - И ты с ними, - кивнул Стёпа. Страж прикрыл один глаз, потом открыл снова, по-кошачьи почесал правой средней лапой за ухом и заявил: - Неа… Я с вами останусь. Свою службу я исполнил и по закону теперь свободен и волен сам выбирать себе хозяев. Предтечи себе нового Стража создадут, а мне и здесь не скучно. - Ты серьёзно? – поразился Стёпа. - Ага, - ответил Страж. – Когда Семя взойдёт, эта планета может стать лакомым кусочком для кого угодно. Так что охранник вам понадобится. Да и детёныши у вас забавные. Мне с вами интересно. - Урра! – завопили хором Тин и Лин и бросились карабкаться на Стража. Ирон, не успевший пресечь это вопиющее безобразие, только за голову схватился, но Страж и вправду был настроен миролюбиво. Он позволил близняшкам взобраться к себе на холку, расправил немаленькие крылья и с достоинством взлетел. Тин и Лин завопили ещё громче – но явно не от ужаса, а от восторга, а Страж, зависнув в полёте, поинтересовался: - Ну, что, будем Семя сажать, или как? - Будем! – рассмеялся Стёпа и побежал по песку к ависам. Некоторое время спустя все, включая Грама, Высшего и краснокожего, которые тоже попросили разрешения посмотреть на столь редкое зрелище, стояли на вершине холма и смотрели, как Тин и Лин ножами копают в чёрном песке ямку. Справились близняшки быстро, и Стёпа протянул им Семя, сказав: - Ну, давайте! Вы яму копали, вам и Семя сажать. Лин осторожно принял переливающееся всеми цветами радуги семя из Стёпиных рук, погладил его и подал Тину, который поместил сверкающий шарик в выкопанную ямку. Близняшки быстро зарыли его и спросили Стража: - А поливать надо? - Конечно, - тряхнул головой тот. – Это же Семя. Фляги близняшек оказались пусты, им протянул свою Ирон, и Лин старательно полил только что посаженное Семя. - А что теперь? – спросил Стёпа. - Соедините свои руки и изгоните из сердца вражду, - ответил Страж. – Это поможет Семени прорасти. Стёпа молча взял за руку Ирона, другую подал Тину, тот – Лину, Лин – Эни, Эни – Наю, Най, чуть поколебавшись, протянул руку краснокожему парнишке и улыбнулся. Краснокожий улыбнулся в ответ и принял руку Ная, а сам взял за руку Высшего. Высший кивнул и коснулся руки Грама, а Грам - медленно и неуверенно – протянул руку Ирону. Ирон вздохнул, но руку братца всё же принял. - Вот и всё! – оскалился Страж. – Круг замкнулся! И в этот самый момент у всех под ногами дрогнула земля – не сильно, но чувствительно. Стёпа посмотрел в сторону Храма и увидел, как тот изменился. Теперь это был космический корабль – огромный и величественный, сияющий новым серебром обшивки. Корабль словно приподнялся на подушке из пламени, а затем с огромной скоростью, но почти бесшумно, поднялся вверх и превратился в яркую точку в небе, которая на мгновение замерла, прежде чем растаять. - Они улетели, - потрясённо произнёс Высший, - а мы не получили ответов на свои вопросы… - Сами справитесь, - съехидничал Страж. – Да и эти разумные вам помогут – не чужие, чай… - Вот же зараза… - вполголоса пробормотал Стёпа, но тут же отвлёкся на громкий крик близняшек: - Смотрите! Смотрите! Семя планеты принялось! И тут все увидели, как на месте посаженного Семени сначала возникло радужное сияние, а потом проклюнулся необычный росток голубовато-зелёного цвета. Росток тянулся вверх, скоро он уже был Стёпе по грудь, затем на нём начали разворачиваться странной формы вырезные листья, отдалённо напоминавшие кленовые, а за ними распустились и цветы – белоснежные с огненной сердцевиной и золотистыми длинными тычинками. Но самым удивительным было то, что прямо от ростка начала распространяться по холму вниз короткая, похожая на щётку, голубовато-зелёная травка. И чёрный песок становился коричневой влажноватой почвой. - Чудо… - выдохнули близняшки. - Предтечи могут многое, - пророкотал Страж. – А теперь, я думаю, вам всем самое время вернуться на один из своих кораблей и поговорить, пока Семя будет менять планету. Ступайте же, этот процесс не всегда безопасен, и лучше вам быть в укрытии. - А ты? – спросили Тин и Лин. - Не волнуйтесь, детёныши. Мне это безопасно. И не выходите из корабля какое-то время. - А когда будет можно? – не унимались близняшки. - Когда будет можно, я пошлю Зов, - важно отозвался Страж. – Вы ведь слышите меня, детёныши? Близняшки закивали. В атмосфере планеты тем временем начало твориться что-то странное – собрались белые и чёрные тучи, засверкала молния, загремел гром, усилился ветер… - Поспешите! – крикнул Страж. Все бросились к ависам и Ирон крикнул Граму: - Летим на «Шамойскую доблесть»! Нам и впрямь нужно поговорить! Грам коротко кивнул и вопросительно взглянул на Высшего, получив ответный кивок уже от него. А Страж невозмутимо замер на вершине холма, словно охраняя Семя планеты. *** Все собрались в кают-компании «Шамойской доблести». Снаружи к тому времени уже бушевала самая настоящая буря, но заслуженный корабль мог выдержать и не такое. Некоторое время все молчали, затем Ирон вздохнул и сказал: - Грам, я не хочу ссориться ни с кем из вас, потому что этого не хочет Тиопа. Но теперь, может быть, ты расскажешь всё, что приключилось с тобой. Как ты оказался в компании Высшего, и что привело вас в Храм? - Меня, кстати, зовут Илх’Туро, - с достоинством произнёс сумевший наконец-то переварить новость о своём внезапном отцовстве Высший. – А нашего третьего спутника – Кела. У нас… у нас достаточно близкие отношения, если вы ещё не поняли. - Поняли, - вздохнул Стёпа. – Но как так вышло, что вы оказались отцом Ирона? - И, - спокойно сказал Высший, - возможной первопричиной всех ваших несчастий. Дело в том, что когда-то я был близок с ризитейкой по имени Лури… Как я понял – это ваша мать, Грам и Ирон. Она была влюблена в меня. А я… я ею увлёкся, но это увлечение было недолгим. Я покинул её, ничего не зная о том, что она беременна, да и не думал о подобном, если честно. Связи моего народа и ризитейцев никогда не приносили потомства, видимо, генетика вашей матери оказалась уникальной. Ирон скривился, Стёпа погладил его по руке, а Высший вздохнул и продолжил: - Поверьте, я не горжусь своим тогдашним поведением. Я был слишком молод, самонадеян и заносчив, считал, что весь мир должен пасть к моим ногам по щелчку пальцев. Я не думал о чувствах Лури, о том, как скажется на ней мой уход… Но если бы я знал о её беременности… Поверь, Ирон, я забрал бы тебя и вырастил. Наш народ не разбрасывается детьми, даже полукровками, тем более, что их практически не бывает. - Ладно, - вздохнул Ирон, - я понял. А потом моя мать вышла замуж за Дом Ахата. Она обрела высокое положение, родила меня. По счастью, Проверку крови сразу после моего рождения не провели, но она жила в постоянном страхе и ненавидела меня, как напоминание о собственном грехе и слабости. А потом у неё появились любимые дети. Особенно ты, Грам. Грам молча опустил голову. А Ирон продолжил: - Обида, испытанная моей матерью была столь велика, что она трансформировалась в желание поднять Рейтинг Семьи любой ценой, войти в Ближний Круг Правителя… И долгое время ей всё удавалось, тем более, что отец нашёл Носителя Дирея. Но случилось непредвиденное – Дом полюбил Носителя. И окончательно разбил сердце моей матери, превратив её в холодную, жестокую и расчётливую женщину, в сердце которой была только одна привязанность – к тебе, Грам. Даже сестру Нири она любила меньше, в основном из-за её ценности, как Невесты. Вот, в общем, и всё. Я же не понимал причин нелюбви матери и очень хотел заслужить её доброе отношение. Именно поэтому я согласился на авантюру с проникновением на корабль Келуджи и побег с Носителем. - Которого мой отец, Тан’Туро заказал в подарок мне на день полного Совершеннолетия, - бесстрастно произнёс Илх’Туро. – А когда заказ не был выполнен, он разгневался и велел привезти новый Дар, а заодно и ризитейца, который был в этом виновен. Видимо, Келуджи не смогли выполнить этот приказ, и, чтобы оттянуть неминуемую расправу, они схватили первого попавшегося ризитейца… Им оказался Грам. - Келуджи напали на Семейный Дом? – взволнованно спросил Ирон. Грам покачал головой: - Нет. Я помню, как кто-то из вас меня вырубил, а очнулся уже у Келуджи. - Но мы же погрузили тебя в челнок и задали координаты Дома, - отозвался Ирон. – Значит, Келуджи перехватили челнок в полёте… Прости. Мы не хотели причинять тебе вред. - Верю, - вздохнул Грам. – Но не стоит извиняться. Я вполне заслужил то… что произошло дальше. - Келуджи модифицировали тебя? – взволнованно спросил Стёпа. Грам кивнул и добавил: - А когда меня привезли к Высшим, отец Илх’Туро лично занялся моим воспитанием. И, поверь, это был тот ещё воспитатель. А потом нас с Келой подарили. После этой реплики Грама в кают-компании вновь ненадолго повисла напряжённая тишина.