ТАМ, ЗА ГОРЕЧЬЮ ПОЛЫНИ

Оставшийся путь до столицы прошел не только без происшествий, но и в тягостном молчании, повисшем между супругами. Равиайлен больше не спрашивал ни о чем, но Шеду чувствовал его обиду и мог ее понять. Быть разменной монетой, способом достижения чьей-то цели – кому это понравится? Поначалу действительно так и было – император не рассматривал человека как личность, - но сейчас, после совсем недолгого знакомства с ним, после всего, что он увидел и узнал о супруге, Шиоссашеду хотелось, чтобы Равиайлен был не просто оружием для реализации планов, не просто запасным вариантом, подстраховкой, а настоящим союзником. Именно поэтому он посвятил супруга в свои планы: хотелось доверять человеку и чтобы тот доверял ему. Не потому, что Шеду спас ему жизнь, а потому что… Вот здесь горгон немного буксовал в своих раздумьях. Конечно, такой сильный союзник, как маг жизни, могущий голыми руками как отправить к праотцам, так и практически вернуть с того света, - это мощная и грозная поддержка. Шиоссашеду до сих пор не мог поверить в свою удачу и мысленно радовался глупости и предрассудкам человеческого короля, благодаря которым удалось заполучить эту силу себе. Но в то же время сейчас, после более близкого знакомства с человеком, Шеду смог увидеть в нем и личность: сильную, бесстрашную, ответственную, самоотверженную. Император помнил, с какой отдачей Равиайлен сражался, а потом и лечил, не жалея самого себя. И это несмотря на страх, который внушали ему наги. Да, скорее всего, человек делал это из чувства благодарности за спасение своей жизни, но… Шиоссашеду поймал себя на мысли, что ему хотелось бы, чтобы это была не только благодарность. Он был воспитан императором и думал как император: всегда ставил интересы страны превыше своих собственных. Но сейчас, наверное, впервые в жизни, не мог заглушить свои личные желания. Шеду ориентировался лишь на эмоции супруга и не знал точно, о чем тот думает. Конечно, можно было бы приказать Ташу, и тот бы в подробностях изложил императору все мысли человека, но Шеду этого не хотел. Здесь опять личные желания вступили в конфликт с интересами империи: хотелось, чтобы Равиайлен сам рассказал, о чем он думал и что решил. Потому Шеду мысленно попросил Таша отслеживать лишь крамольные мысли, которые могли привести человека к тем действиям, что как-то навредят империи или ее правителю. Таш на это лишь фыркнул и усмехнулся: он-то знал, о чем думают оба венценосных супруга и – Шеду это чувствовал – даже находил что-то забавное в этой ситуации. Наконец монотонный желто-коричневый пейзаж разбавился дымчато-зеленым: на горизонте, в зыбком мареве дневного жара, словно мираж, возник огромный оазис. В этот раз решили не останавливаться на отдых, а, несмотря на палящее солнце, добираться до столицы. Равиайлену этот многодневный переход дался нелегко, и император хотел оказаться дома как можно скорее, чтобы дать им всем полноценный отдых. Человек был настолько вымотан, что даже страх перед нагами притупился, хотя, может, он просто привык к виду змеиных хвостов. Однако, когда впереди замаячил зеленый остров столицы, Шеду почувствовал, как супруг вновь напрягся. И захотелось как-то подбодрить человека, чтобы тот смог хоть на время отрешиться от предрассудков и по достоинству оценить свой новый дом. Император крепче прижал супруга к себе и тихо заговорил: - Это Шасшаур, главный город империи нагов. Раньше столица находилась за горами, недалеко от побережья, но когда к нам пришли люди и принесли с собой магию, сердце империи было решено перенести в более защищенное место. С помощью магии удалось направить в нужное место подземные источники воды и вырастить деревья. Магия также облегчила строительство домов, дорог и прочей инфраструктуры. Добраться сюда может далеко не всякий: горы и пески защищают Шасшаур. Основная торговля проходит в портовых городах, а уже сюда направляются наши караваны со всем необходимым для жизни столицы. Мы редко допускаем сюда чужаков. - А разве такая изоляция не опасна? – спросил Равиайлен. – Вокруг нет не то что городов – даже мелких деревень, которые могли бы задержать чье-либо вторжение. - Шасшаур находится в центре пустыни, а с севера и запада еще и защищен горами. Ты сам видел, насколько трудно пересечь пески, а не знающему нужных путей – практически невозможно. Кроме того, ты же не думаешь, что мы надеемся лишь на выгодное географическое положение? Тем временем столица приблизилась настолько, что жаркая дымка уже не размывала обзор, и, словно в подтверждение слов императора, перед отрядом выросла каменная стена, на которой можно было рассмотреть вооруженные фигуры стражей. Мощные стальные ворота, высотой не меньше пяти метров, были наглухо закрыты. - Стена усилена магически, - продолжал пояснять Шеду, - а по всему периметру постоянно дежурит стража. Наша раса и так достаточно сильна, но среди воинов к тому же есть довольно одаренные боевые маги. Ворот три: северные, восточные и южные; мы попадем в город через южные. На воротах, помимо воинов, постоянно дежурят маги разума, чтобы точно знать, кто и зачем пожаловал к нам в гости. В самом городе расположен большой военный гарнизон, так что у нас есть возможность защититься от неожиданного нападения и продержаться до того, как подоспеет помощь из других городов. Не считая людского королевства, со всеми ближними и дальними соседями у нас достаточно дружественные отношения, и представители нашей империи – официальные и не очень – находятся во всех странах. Кроме того, пустыня – наш дом, а дома и стены помогают. Ну, в данном случае – пески. Для чужаков же, вздумающих напасть на нас, такие непривычные и неблагоприятные условия могут сыграть решающую роль, причем не в их пользу. - Можно захватить портовые города на побережье и отрезать снабжение столицы, тогда враг просто возьмет Шасшаур измором. - Хм, а ты, оказывается, неплохой стратег, - усмехнулся Шеду, – но ты же не думаешь, что столичный гарнизон – это вся наша армия? - Нет конечно. Скорее всего, именно прибрежная сухопутная граница усилена лучше всего, да и флот наверняка… - Верно. Кроме того, разведка: лучше предупредить нападение, чем потом расхлебывать последствия своей неосведомленности. Знаешь, ты вновь меня удивил, на этот раз своей рассудительностью. - А до этого чем удивлял? - Ну-у-у… - Шеду внезапно стушевался. – Храбростью и стойкостью. После этих слов сердце Равиайлена зачастило под рукой Шеду, и император почувствовал, как смутился супруг. Наверное, он редко слышал слова похвалы в свой адрес. Стоило приблизиться к воротам, как они медленно распахнулись, а стража склонилась с поклоне, приветствуя своего правителя. Едва последний ящер проскользнул внутрь, как створки отсекли отряд от пустынной духоты, окуная в тропическую влажность. Бело-зеленая – так можно было охарактеризовать столицу. Широкую, мощеную камнем дорогу окаймляли ровные двойные ряды фруктовых деревьев и пальм, образовывая тенистые пешеходные аллеи. От центрального тракта отходили ответвления дорог поуже и терялись в дали зеленых переулков. Часто попадались крупные скверы с замысловатыми фонтанами, реже – парки, занимающие огромную территорию. Дома здесь были небольшими, самые высокие – двухэтажные, и все здания выстроены из светлого, практически белого камня. Это создавало эффект легкости и воздушности, и даже самые громоздкие строения не выглядели тяжеловесно. Сам камень своей гладкостью напоминал мрамор, сверкавший отполированными боками в солнечном свете. Дома были украшены резьбой, а крыши некоторых зданий переливались позолотой. Перед домами было разбито множество клумб с самыми разнообразными, издававшими изумительный аромат цветами - красными, белыми, синими, желтыми, - которые добавляли облику столицы ярких красок. В отличие от человеческих городов, даже окраина Шасшаура поражала своей чистотой. Конечно, дома здесь выглядели не столь богато, как в центре, но и вопиющей нищеты не наблюдалось и повсюду попадались вооруженные патрули стражи, следящей за порядком. Жители столицы предпочитали носить светлую, летящую одежду из легких тканей, разбавляя однотонную цветовую гамму блеском украшений. Кого здесь только не было: наги в человеческой ипостаси, которых можно было отличить от людей по высокому росту и черным волосам; обычные люди и люди с красной и черной кожей, а также северяне с непривычно белым цветом волос. Не говоря уж о нагах в истинной ипостаси. Шеду, видя оторопь супруга, тихо объяснял ему, кто есть кто. Равиайлен только головой успевал вертеть. Ближе к центру движение стало заметно плотнее, но давки по-прежнему не было: всадники, груженные товаром ящеры и повозки умудрялись расходиться на широкой дороге. Стали попадаться, магазинчики, лавочки и открытые торговые палатки. - Здесь недалеко центральный базар и перевалочный пункт караванщиков, - пояснил Шеду. – Нам лучше объехать это место стороной, иначе рискуем застрять здесь надолго. На очередном ответвлении свернули в сторону, уходя с оживленной улицы в тихий проулок. По пути попадался еще не один рынок, но они были небольшими и не столь многолюдными. Наконец, пропетляв по городу около двух часов, отряд выехал к императорскому дворцу.