Испытание поражением

03 июля 2001 года – Эй, Поттер, давай, возвращайся уже из мира грез! – тяжелые веки отказывались подчиняться, и только через пару бесконечных минут он смог чуть приоткрыть глаза. Над ним склонился обеспокоенный Драко, который держал палочку, указывая на его лицо. – Еще? – перешел он вдруг на шепот. У Гарри хватило сил лишь на то, чтобы моргнуть. И Малфой тут же произнес заклинание: – Эннервейт! Мордред! Он еще со школьных времен воспринимал заклинание вывода из бессознательного состояния как насильно запихнутый в грудь «жертвы» маленький комок холода, который буквально в следующее мгновение взрывается крошечными ледяными иголками, раздирающими в ошметки все внутренние органы. Потом это ощущение сменялось обжигающим теплом, только усиливая дискомфорт и не позволяя вновь свалиться в объятия небытия. Вот и сейчас Гарри, с трудом проморгавшись, бездумно смотрел в потолок, пережидая последствия заклинания. Отправлять благодетеля знакомиться с Волдемортом было лениво, да и горло саднило от сухости. Единственный плюс от Эннервейт – мгновенное прояснение сознания до кристальной чистоты. Наконец напряжение немного отпустило, и Гарри смог приподняться и оглядеться. Малфой принес его в свой дом. А рядом на полу был кулем свален маггл из парка. – Он жив? – к своему стыду Гарри понял, что в его голосе было больше досады, чем сострадания. Так глупо повестись на разыгранный спектакль... Он осторожно бросил взгляд на Малфоя, ожидая насмешливых комментариев, но тому явно было не до оценки профессиональных качеств «напарника». – Жив, жив, но мне его не поднять, ты хорошо приложил, – закатив глаза и расслабившись, хмыкнул Драко и отошел, давая Гарри больше пространства. Навалилось странное чувство сожаления, но он уже привычно запретил себе думать в данном ключе, отодвинув эмоции на задний план. – Как тебе удалось? – Деньги, конечно. Заплатил охранникам, те помогли донести вас до выделенного под их нужды помещения и дали мне час на решение проблем. Оттуда уже аппарировал домой. Из отпущенного мне времени осталось сорок минут. И лучше бы в него уложиться. – Эннервейт! – указав палочкой на своего обидчика, четко произнес Гарри и стал с любопытством следить за магглом: как тот приходит в себя, трясет головой, видит их, как в страхе округляются его глаза. – Кто тебя послал? – зло задал вопрос он. – Я… я не понимаю о чем вы, где я? – мужчина хаотично двигал руками и ногами, наверное, пытаясь избавиться от чувства дискомфорта. Его глаза настороженно перебегали с одного мага на другого, панически упирались в плотно закрытую дверь и вновь возвращались к магам, выдавая желание сбежать. – Повторяю вопрос. Кто заплатил тебе и что ты должен был сделать?! – Гарри не видел себя со стороны и совершенно не осознавал, насколько опасным становился в такие моменты. Образ наивного мальчишки пропадал, тело наливалось магией, становилось как будто выше. Аура могущества приобретала настолько тяжеловесную плотность, что даже маггл чувствовал эту перемену. Что же говорить о Малфое? Тот замер, в первые секунды жадно рассматривая Поттера, но потом, подумав, отошел на пару шагов назад. Береженого Мерлин бережет. – Я ничего не знаю! – завопил перепугавшийся мужчина. – Мне дали пару сотенок за то, чтобы я просто вырубил человека, по описанию похожего на вас, и нашел тяжелый мешочек в карманах! – Кто тебе заплатил?! Как он выглядел, мужчина, женщина? Отвечай! – с каждой секундой от Поттера веяло все большой мощью, а магия вокруг него сплеталась, превращаясь в пока невидимый сгусток плотного воздуха, готовый к любой прихоти владельца. Малфой, наблюдавший данную картину, передернулся от плохих воспоминаний и сделал еще несколько шагов назад, выставив палочку перед собой, готовый в любой момент накрыть себя защитными чарами. – Я не помню… – мужчина на полу весь сжался, застыл в позе эмбриона. Он на уровне инстинктов боролся за свою никчемную жизнь. По комнате поплыл запах аммиака. – Не помню... он, кажется, среднего роста, блондин, нет, нет, не блондин, шатен, – шепот доносился сквозь всхлипы, – умоляю, пощадите, я не помню!!! Больно! Я все сделаю! Поттер молчал, и Малфой, уже чувствовавший, как его подташнивает от происходящего, сам не понимая, какого дракла он вмешивается, все же попытался: – Эй, может, ты закончишь, и немного угомонишь свою магию? – А? – Гарри, услышав настороженный голос, оглянулся и удивленно замер. Драко был в другом конце комнаты, очень напряжен, а в чуть подрагивающих руках едва ли не плясала палочка. Пелена сошла с глаз, дышать стало легче. Несмотря на жару, в комнате было ощутимо прохладно, отчего руки покрылись мурашками. Гарри непонимающе посмотрел на свернувшегося в позу эмбриона маггла и начал понимать. Такое с ним бывало всего несколько раз после войны, когда он, сам не замечая каким образом, выпускал магию из-под контроля, и она совершенно непредсказуемо действовала на окружающих – кто-то пугался, кто-то впадал в экстаз, был даже случай снятия застарелых проклятий. Эйдриан потом долго сетовал, что не остался в тот момент рядом с «новоявленным святым магического мира». Да и незабвенная тетя профессора МакГонаггал… – Он под Империо, – Драко убрал оружие. – Если ты владеешь легиллименцией… Гарри отрицательно мотнул головой. Их обучали основам, но читать воспоминания человека, находящегося под заклятием подчинения, мог только узкий специалист из отдела Тайн. – Доставишь в Аврорат? – Он почти бесполезен. – Да, наш шантажист не церемонится, – согласился Драко, брезгливо скривив губы. – У меня есть еще данные, которые необходимо проверить. Маячка пока достаточно, – решил Гарри, мгновенно реализуя свою задумку. – Время на исходе. Блокируй ему воспоминание о нас, и я верну его в участок, а ты пока выпей что ли… Гарри никогда бы не признался, как он благодарен Малфою за несколько минут, нужных, чтобы прийти в себя. Быстро произнеся заклинание, он отвернулся и отошел к небольшому столику, где стояли фужеры и графин с янтарной жидкостью, чьи бока влажно блестели под солнечными лучами. – А можно лимонад или чай? – с почти жалобной ноткой попросил он. – После выпивки Герой изволит буянить, а общество слизеринца не особо подходит, чтобы выплеснуть чувства? – усмехнулся Малфой, но за бравадой чувствовалась скрытая обида. Да и набившее оскомину «герой» раздражало. – Магия... – На кухне, – махнул оттаявший Драко и полностью переключился на пленника. Как только Малфой аппарировал с оглушенным магглом, Гарри прошел на кухню, где довольно быстро обнаружил шкаф с наложенным на него охлаждающим заклинанием. Там действительно нашелся лимонад. Налив в бокал янтарную жидкость, он осторожно пригубил, чувствуя, как по горлу прокатился колкий комочек, добрался до желудка и раскатился по всему животу приятной волной холода. Откинув голову на стену, Гарри прикрыл глаза, вспоминая. Магия… После случая на торжествах в школе он старался контролировать себя, отказавшись от алкоголя и других психоактивных веществ. Увы, этого оказалось недостаточно. Он уже полноценно участвовал в операциях по захвату преступников. Эту троицу мошенников, тайно переправлявших яйца драконов на американские материки, Аврорат ловил несколько месяцев. Но попались они не с редким и запрещенным товаром, а на банальном вымогательстве денежных средств у магглов, и им было все равно кто перед ними, богатый меценат или старушка, у которой они забирали последние гроши. Тогда подельников развели по трем комнатам и допрашивали всех одновременно. В какой-то момент Гарри стало очень сложно дышать, а очнувшись, он понял, что маг перед ним уже давно забился в угол и выл на одной ноте. Как оказалось, в соседних комнатах происходило то же самое, а авроры были взвинчены до предела, не понимая, что с ними происходит. Когда подобное повторилось, Гарри стал следить за собой, выверять каждый жест и контролировать эмоции. Верная, лучшая и самая умная Гермиона тогда засела в библиотеке на несколько дней, подбирая оптимальный набор методик. По ее рекомендации Гарри стал пить специальную настойку и овладел комплексом медитации. Несколько месяцев понадобилось, чтобы полностью подчинить себе тело, разум и чувства. Срывы, к огорчению журналистов, больше не случались. Почему это произошло снова, он не понимал. Но более всего было обидно не оттого, что приступ повторился, а оттого, что его видел таким именно Малфой. Гарри прикрыл глаза и глубоко вздохнул, в голове возник образ Драко: прямого, как пружина, настороженного, с чуть дрогнувшими руками, но предельно собранного, готового себя защищать. И от этой картины стало неожиданно горько, пальцы закололо от сумасшедшего желания что-нибудь разбить. – Мой дом цел, хм, спасибо! – Малфой появился с чуть слышным хлопком и быстро оглядел комнату. – Кофе будешь? – деловито спросил он, уходя в соседнее помещение. Как только Драко скрылся, Гарри тяжело выдохнул – истерик и вопросов пока не предвиделось, да и выгонять его никто, кажется, не собирался. Значит, можно и кофе… Только сейчас он по-настоящему обратил внимание на довольно скромную обстановку. Кухня была почти маггловская, что очень удивляло. И обжитая. В углу стоял специальный стульчик для малыша, один из шкафчиков был украшен движущимися фигурками дракончиков. – А где твои домовики? – вырвалось непроизвольно. – Скорпи сейчас гостит у родителей, и я отправил Викки с ним, а то слушать ее стоны выше моих сил, – спокойно отозвался Малфой, руководя с помощью магии небольшой туркой, в которой судя по запаху варился кофе. – А остальные? – Гарри устроился поудобнее на стуле, поставил локти на стол и стал с интересом наблюдать. Он никогда бы не подумал, что напыщенный Хорек умеет хоть что-то, кроме виртуозно закатываемых истерик, а тут, выходит, он сам себе готовит, и вон, хоть и с помощью магии, но варит кофе. Мир снова пошатнулся? Или это последствия удара током? – А зачем мне еще? Раз в три дня появляется домовик из мэнора, он убирает, готовит. Так что постоянно мне тут никто не нужен. Гарри так и знал, что, даже если доступ в мэнор закрыт, Малфои все равно найдут способ выйти из ситуации с минимальными потерями! Вот только ему хотелось улыбаться, а не хмурить брови и зачитывать пункты из судебного постановления. Когда напиток был готов, Драко разлил его по большим, совсем не кофейным кружкам, а Гарри некстати вспомнил, как Джинни совсем недавно отчитывала его за то, что он пьет кофе непонятно из чего, тогда как специально купленный сервиз только и ждет своего часа. Осмотрев помещение еще раз, Гарри сделал неутешительный вывод: даже у Малфоя была обычная человеческая кухня, в которой обстановка хоть и была из одного ансамбля, но совершенно разные по стилю мелочи очень хорошо дополняли общее впечатление, делая комнату уютнее. – Если тебе не нравится кружка, могу дать кофейную. Просто я всегда пользуюсь этими, мне мама их купила как-то в Лилле, когда они только перебрались во Францию, на них чары, поддерживающие тепло. – Видимо, Драко не так понял его пристальное внимание к кружкам и решил пояснить. А Гарри с каждым новым словом все с большим удивлением смотрел на хозяина дома. Драко Малфой за последние дни открылся для него совсем с другой стороны, и теперь казалось, что тот, прошлый Хорек был каким-то ненастоящим, а вот этот Малфой, уже до боли знакомый, даже в чем-то близкий… – Не надо. Мал… Драко, если не секрет, сколько в доме комнат? – Не секрет – пять. Гостиная, моя спальня, детская, кабинет-библиотека, кухня. Вот так. У Астории Гринграсс, очевидно, нет потребности в личном пространстве. Не было. Не было! Выпив кофе, Гарри поспешно распрощался с Малфоем, пообещав оставаться на связи, и поспешил домой. А дома, как и все последние дни, было тихо. Тренировки перед матчем вошли в пике, и Джинни пропадала на поле допоздна.