Face Down

Май 27, 2012. Следующий день после моего семнадцатого Дня рождения. День, после которого у мамы началась алкогольная зависимость. День, когда у папы диагностировали рак. Говорят, смысл жизни не в ожидании того, когда закончится гроза, а в том, чтобы научиться танцевать под дождем. Но трудно танцевать одной. Мой отец был мне не только папой. Он был моим лучшим другом, моей второй половинкой. Я с уверенностью могу сказать, что знала его лучше, чем себя. Поэтому, узнав шокирующую новость от рыдающей матери, я была опустошена. Вся моя жизнь пошла ко дну. Мои брат и сестра сильно запутались. Они были маленькими, слишком маленькими для таких новостей. Меньше месяца назад им исполнился только год. Как отцу объяснить им, что даже во время этого разговора он умирает? Никто не должен ощутить на себе борьбу с раком. Никто не должен видеть, какую боль переносят их близкие. Единственное, с чем должны попрощаться годовалые дети, — это их любимое одеяло или игрушка. Но мой отец и был тем одеялом. Когда мы навестили его в больнице, он, казалось, шел на поправку. Только выглядел чуть-чуть уставшим. Как одеяло, которое все еще было мягким и комфортным, но слегка помялось. С каждым месяцем отец становился слабее и слабее. Одеяло потрепалось. На День благодарения оно порвалось. Ноябрь 23, 2012. День, когда в папиной ноге обнаружили опухоль. Доктор сказал, что она не смертельна. Это лишь маленькая опухоль в нижней части ноги. Несколько сеансов химиотерапии — и опухоли как не бывало. Худшее, что могло произойти, — ампутация ноги. Но при условии, что опухоль не пройдет через несколько месяцев. Похоже на зашивание одеяла: отрезаешь уголок с дыркой, которая все растет и растет, хотя уже, казалось бы, и некуда. Декабрь 14, 2012. Врачам не пришлось идти на крайние меры. К Рождеству отец был полностью здоров. В нем не отражались никакие признаки рака, опухоли исчезли. Он больше не был прикован к постели и смог присоединиться к нам в канун Рождества. Мама поборола зависимость. Я перестала сердиться на мир, мои оценки улучшились. Брат и сестра были немного смущены, но рады, что их одеяло снова как новенькое. Май 27, 2013. День после моего восемнадцатого Дня рождения. Год назад моему отцу диагностировали рак. День, когда одеяло порвалось. Опухоли вернулись. В ноге, в руке, в голове. Мы думали, что гроза прошла. Мы думали, что снова можем танцевать, но лишь оказались в центре бури. Мы прошли только половину пути. Опухоли вернулись и стали еще сильнее. Мать снова начала пить — не прошло и дня. На следующий день я вернулась из школы и обнаружила ее в пьяном обмороке в луже виски и рвоты. Мне одной пришлось умывать ее и укладывать в кровать. Брат и сестра не понимали, почему их мама без сознания. — Мамочка просто очень устала на работе и решила немного вздремнуть, — объясняла я им. — Это из-за папочки? — вопрос сильно поразил меня. Я ответила простым кивком, пытаясь сдержать слезы. Уложив малышей в кровать, я убежала в комнату, где дала волю истерике. И снова врачи сказали, что опухоли не смертельны. Они располагались на конечностях, далеко от жизненно важных органов: сердца, легких, мозга. Мы услышали ту же речь, что и в прошлый раз. Несколько сеансов химиотерапии — и опухоли исчезнут. Худшее — ампутация. Как одеяло, которое снова зашивают, но в этот раз дыры на всех краях. Июль 14, 2013. Дыры разрастаются. В первый раз химия помогла. Черт, опухоль на руке уже почти ушла. Но на опухолях другой руки и ноги не было видно признаков исчезновения. Они не уходили уже месяц, постепенно увеличиваясь и становясь смертельно опасными. Где все это время была моя мама? Неудивительно, если где-нибудь в баре, запивая чужие проблемы, или дома, делая то же самое. Я взяла на себя заботу об отце, брате и сестре. Я стала их второй мамой. В связи с этим я даже не поступила в колледж. Если я уйду, некому будет заботиться об отце, некому будет присматривать за двойняшками, некому будет забирать у мамы алкоголь. Да, при любой возможности я пыталась остановить ее. Так что мы потеряли оба наших одеяла. Это тупик. Мать еще и потеряла свою работу. Потратив все деньги на ликер и медицинские счета, мы едва сводили концы с концами. Нет денег на оплату лечения, на счета за воду и электричество, еду. Мы тонули в долгах. Я ходила на три работы. Порой все в один день. Все для того, чтобы на столе была еда. Я сама стала одеялом, своим собственным. Август 12, 2013. Сорок восьмой День рождения папы. Опухоли ушли. Отец свободен от рака. Мы отпраздновали радостную новость за барбекю на нашем дворе. Целый день мама была трезва. Впоследствии время от времени она пила, но это не заходило так далеко, как раньше. Из-за любой мелочи она могла бы стать жестокой, и мне пришлось бы прятать брата и сестру. Но целый месяц у папы не было рака. Мама справилась с алкогольной зависимостью. Это, вероятно, был лучший папин День рождения. И, как оказалось, последний.