Face Down

«Дорогая, если ты останешься, я буду прощен. Но ничто из того, что ты скажешь, не сможет остановить меня».* Закончив играть последнюю на сегодня песню, я вздохнула. Всю прошедшую неделю я делала одно и то же: просыпалась, огромное количество раз благодарила Патрика за еду и крышу над головой и уходила в подземку. В основном по инициативе Патрика я выбрала другую станцию, которая находилась в двух минутах ходьбы от его квартиры. После пяти часов игры на гитаре в коробке обнаружилось всего три доллара. Так не могло больше продолжаться. Мне нужна реальная работа. — Я должна найти работу, — сказала я сразу же, как только вошла в квартиру. Патрик сидел на диване, пытаясь заполучить внимание близнецов, но Райан спал, а Роуз играла со своими волосами. — Что? — спросил он, поднявшись с дивана и повернувшись ко мне лицом. — Почему? — Патрик, несмотря на то, что я очень уважаю все, что ты сделал для нас, но мы не можем оставаться здесь вечно. Ты кормил нас, приютил, поддерживал, в конце концов. Но мне нужно снова встать на ноги. Я не хочу быть обузой. — Он вздохнул. — Скай, ты же знаешь, тебе все здесь рады. Ты никогда не будешь… — Патрик, это просто работа. Это не значит, что мы тотчас переезжаем. — Почему его вообще это заботит? — Ты знаешь, я всегда буду заботиться о тебе. — Мое лицо покраснело. — Я сказала это вслух? — Он кивнул и засмеялся. — Ой… — Эй, помнишь тот музыкальный магазин, где мы встретились на прошлой неделе? Кажется, они ищут сотрудников. Тебе понравится это место. Там работал Пит, когда Fall Out Boy только создавались. — О боже, идеально! Спасибо, Патрик! — я обняла его. Вообще я редко кого обнимаю, да и меня тоже. Всегда была интровертом и никогда не доверяла кому-либо больше, чем папе. Патрик — исключение. Я не открылась Питу, или Джо, или Энди. Только Патрику. Он был… особенным. — Ты не против посидеть с ними еще немного? — спросила я, отстранившись от него и указав на близнецов. — Пойду узнаю, открыт ли магазин и принимают ли они новых сотрудников. — Я обернулась, чтобы уйти, но мгновенно замерла. — Скай, что-то не так? — спросил Патрик и развернул меня к себе. — Просто… — я потрясла головой, избавляясь от негативных мыслей. Параноик. — Ничего, это глупо. — Скажи, пожалуйста. Если бы это было глупо, то ты бы не выглядела так взволнованно. — Это ведь просто музыкальный магазин? Они же не следят за новостями и не смогут узнать, что я пропала? — В ответ молчание. — Черт, Патрик, я не могу вернуться к ней! Он сразу же потянул меня в объятия и начал шептать успокаивающие слова на ухо, зная, что если не сделает так, то у меня снова будет приступ. Это так: у меня всегда были вспышки воспоминаний, когда я думала о матери, и если не действовать быстро, то в конечном итоге я окажусь свернутой в калачик на полу, дергаясь и крича, пока кто-нибудь не разбудит меня. Воспоминания могли приходить в виде ночных кошмаров. Почти каждый раз я просыпалась в три часа ночи в холодном поту. Патрик слышал и сразу прибегал ко мне. Даже когда я спала мирно, он все равно беспокоился и спрашивал, все ли в порядке. Патрик был самым лучшим другом, о котором я только могла мечтать. Я уткнулась лицом в его плечо, не желая уходить. Его объятия — лучшие. — Мне правда нужно идти, — пробормотала я. Он отстранился и кивнул. — Пешком идти около двадцати минут, но на машине — всего две. Подвезти? — Нет, все хорошо. Если что-то понадобится, звони. — Убедившись в том, что наушники и iPod у меня с собой, я вышла из квартиры и закрыла дверь. «По этому пути один иду, а где ещё идти?»** Еще пару недель назад это было бы правдой. Мой отец умер, оставив меня в полном одиночестве. Я заперлась в комнате, прячась от всего мира и заманивая себя в ловушку собственной тьмы. Я полностью игнорировала брата и сестру, выходя из комнаты только тогда, когда нужно было покормить семью. Я была в подавленном состоянии, покидала дом, только чтобы сходить за едой или на работу. Паршивая работа. Кассир в McDonalds’е, мойщик посуды в каком-то китайском ресторане около моего дома и кофевар в Starbucks’е. Знаю, в таких местах обычно работают те, кого исключили из школы, или те, кто никогда не поступит в колледж. И угадайте что? Благодаря матери у меня никогда не будет такой роскоши. Зарплаты едва хватало. Не только на еду, ведь я трачу деньги на такси для мамы, а основная часть дохода уходит на пиво. Из Starbucks’а меня уволили почти сразу же. Никто не захочет работать с тем, кто еле держит кружку из-за дрожащих рук. Дойдя до музыкального магазина, я убрала наушники в карман и ускорила шаг. Пусть я была здесь всего раз, но мне было невероятно комфортно и спокойно, будто я шагнула в детские воспоминания. — Здравствуйте, добро пожаловать в музыкальный магазин «Аполлон». Чем могу помочь? — заметив меня, спросил мужчина, стоящий за кассовым аппаратом. — Э-э, здравствуйте. Я ищу работу, и мой друг сказал, что вам здесь нужны новые сотрудники? — сказала я, больше спрашивая, нежели утверждая. — Что ж, Вам повезло. Сегодня последний день приема заявок. Вот документ, просто заполните его и сдайте. Завтра с восьми утра и до полудня будет собеседование. Нам нужен кассир или даже два, которые смогут еще и полки разбирать. Надеюсь, это не слишком затруднительно для Вас, — он вручил мне папку с документами. — Нет-нет, все здорово. Я люблю музыку, и работать здесь — одно удовольствие, — улыбнулась я и начала заполнять бумаги. Мой опыт работы не такой уж впечатляющий, но, думаю, для кассира или «разбирателя» полок это сойдет.

***

— Ну? — Патрик встретил меня на пороге. Черт, каждый раз, как только я захожу, он начинает разговор. — Сегодня последний день приема заявок, так что я успела. А завтра с восьми до двенадцати будет собеседование, — сказала я, проходя на кухню. — Пока тебя не было, Алекс и Алекса проголодались и я накормил их. Они только что поужинали и пошли в свою комнату. — Посреди стола стояла миска со спагетти и фрикадельками. — Я еще не ел. Думал тебя подождать. — Спасибо, Патрик. Это действительно много значит для меня, — сказала я, усаживаясь за стол. — С удовольствием, — улыбнулся он и сел рядом. — Можно задать вопрос? — Я наложила в тарелку немного спагетти. Патрик кивнул. — Ну, даже два... Почему ты всегда готовишь макароны? Он выдохнул от… облегчения? — Никогда больше не говори «можно задать вопрос?». Эта фраза выбивает меня из колеи… К твоему вопросу: я просто делаю то, что есть на кухне, а это в основном макароны. И еще их так легко готовить, — он пожал плечами и положил еду на тарелку. — Следующий вопрос. — Почему ты называешь их Алекс и Алекса? Я, допустим, зову их Райан и Роуз, и ты знаешь почему. Это сбивает с толку. — Никогда не называю людей по прозвищам. Возможно, потому, что в группе меня всегда называют «Пирожок». — Я засмеялась. Слава богу, что я не ела в этот момент, иначе бы точно подавилась. Лицо Патрика стало красным. — Я не должен был говорить это, — пробормотал он. Я потрясла головой, подавляя очередной приступ смеха. — Да, видимо, не должен был, Пирожок, — я снова начала истерично смеяться, а Патрик уткнулся лицом в ладони. — Скажи спасибо Питу за то, что придумал эту кличку. — В этот момент на кухню зашел Пит, почувствовав запах еды. — Спасибо, Пит!