Face Down

— Так ты говоришь, что никогда не пробовала пиццу по-чикагски? Ты же жила в окрестностях Чикаго, как ты могла не попробовать ее? — Родилась и выросла в часе езды от Чикаго, вот и не попробовала. Мы с Питом сидели в гостиной, ведя возбужденные споры о том, какая еда лучше. Я утверждала, что гамбургеры, а мой собеседник был за пиццу. В конечном счете это вынудило его рассказать о всех видах пиццы, включая чикагскую, благодаря которой знаменит Чикаго. — Патрик! Твоя девушка никогда не пробовала пиццу по-чикагски! — крикнул Пит, чтобы Патрик мог услышать его из другой комнаты. — Я не его девушка и никогда бы не изменила с его парнем, который, как оказалось, сейчас сидит со мной в одной комнате, — к концу предложения я повысила голос, чтобы Патрик услышал. Конечно, он тут же прибежал к нам в гостиную. — Богом клянусь, Скай, если не замолчишь насчет Питрика, я гарантирую, что никогда не отведу тебя попробовать пиццу по-чикагски, — угрожал он. Я подняла руки в знак поражения. — О нет, какая жалость! Ведь я совсем не могу сходить и попробовать ее одна, — заметила я, и он закатил глаза. — Плевать, мы идем вместе. Пит, можешь последить за близнецами? И последить — это не значит сидеть на диване, изолировавшись наушниками, — распорядился Патрик. — Но… — Пожалуйста, Пит, — прервала я. Он кинул на меня взгляд, говорящий «ладно». Патрик схватил меня за запястье и буквально вытащил из квартиры. Когда мы оказались на улице, я тут же отскочила от него. — Это что еще такое было? — удивилась я его предыдущим действиям. — Что именно? — не понимал он. — Не «чтокай» мне тут! Ты только что вытащил меня из своей квартиры! — воскликнула я с большей злостью, чем должна была. — Ой, извини, — пробормотал он и снова потянулся к моей руке, но я отмахнулась. — Ну, тогда просто следуй за мной до машины.

***

— Слушай, прости, я тогда накричала на тебя. Мы сидели в ресторане, ожидая пиццу. В воздухе висело напряжение. С тех пор как мы сели в машину, никто из нас не произнес ни слова. Патрик перестал перемешивать свой напиток соломинкой и посмотрел на меня. — Нет, все в порядке. Прости, что применил силу, — извинился он. — Ничего, тебя переполняли эмоции, — заверила я. — Просто не могу поверить, что ты никогда не пробовала пиццу по-чикагски, хотя всю жизнь прожила в окрестностях! — он засмеялся, и я слегка улыбнулась. — О, смотри, пицца здесь! Официантка поставила перед нами огромную сырную пиццу и удалилась. Мои глаза расширились. — Патрик! Она же гигантская! Как мы ее съедим? — я засмеялась, когда он не ответил, а просто положил кусок пиццы в рот. Я прикусила губу в ожидании. Его лицо покраснело, и он начал отплевываться. — Черт, какая горячая! — Ох, ну спасибо, — саркастично сказала я, а он покраснел еще сильнее. — Я г-говорил, кхм, о п-пицце, — смутился Патрик, а я снова засмеялась. — Ой, да ладно, Стампи. Ты же знаешь, что я просто шучу. — Его лицо было таким же красным, как соус в пицце. — Ты, оказывается, очень быстро краснеешь. — Просто заткнись и ешь пиццу, — пробормотал он, вероятно, расстроившись, поэтому я не стала противиться. Снова повисло неловкое молчание. Да что происходит? — Прости, мне нужно было остановиться, — быстро промямлила я и откусила пиццу. — Господи, какой потрясающий… — Ох, ну спасибо. — …вкус. Патрик усмехнулся и для пущего эффекта подмигнул мне. — Знаешь, а ты тоже быстро краснеешь. — Я прикусила губу, пытаясь сдержать смех, но провалилась. — Благодарю. — Нет проблем. Пицца за мной, — улыбнулся Патрик. Я начала говорить, но меня прервали: — Пожалуйста, давай не будем выяснять, кому платить. Мой окончательный ответ: плачу я. — Да нет, я не про пиццу. Как я сказала раньше, благодарю. Не только за пиццу, не только за крышу над головой, не только за еду на тарелке — за все. За то, что ты мой друг. У меня никогда не было друзей, даже в школе. Моим единственным другом был отец. А когда он ушел, я совсем перестала разговаривать. Мне пришлось говорить, чтобы успокаивать мать или близнецов. Я почти не улыбалась, пока не встретила тебя. Но сейчас, вероятно, самая счастливая полоса в моей жизни. А сколько мы знакомы? Полторы недели? Почти две? Ты удивительный человек, Патрик. Благодарю. Он был поражен моей пламенной речью, поэтому смог лишь улыбнуться и произнести одно слово: — Навсегда.

***

«Я предпочитаю поражение, я ухожу, ничего здесь сегодня не меняя. Кто-то любит спать, а мы любим играть. Только взгляните на эти страдания...»* — Это было круто! — Аарон полностью нарушил депрессивный настрой песни. Мы сидели в его квартире, играли на гитаре и пели. Я засмеялась. — На праздник я подарю тебе угги. — Фу, нет! — он поморщился. — Они такие «фугги»… Игра слов. Мне слишком нравятся мои Конверсы. — Я так понимаю, штаны для йоги и куртку «North Face» тоже дарить нельзя, — заметила я. — Если ты купишь мне куртку «North Face» — милости прошу. Эта вещь нереально дорогая, — сказал он, и я кивнула. — Так когда ты научишь меня играть на басу? — Э-э, ну, у меня вообще-то нет инструмента. Мне не хватает денег. А если и у тебя его нет, то придется ждать, пока я не куплю бас. — Ну, к сожалению, у меня его тоже нет. Но я могу помочь накопить… — Нет-нет, все нормально. Но, как только я куплю его, мы создадим группу, — предложила я. — Разумеется. И назовем ее «Аарон и лузеры», — радостно сказал он. Я засмеялась. — Ох, как оригинально, Аарон. С таким именем мы побьем все рекорды. — Он не ответил. — Земля вызывает Аарона. Ты здесь? — я пощелкала пальцами перед его лицом. Он просто уставился в свой телефон. — Почему ты мне никогда ничего не рассказываешь? — разочарованно спросил он. — Ты о чем? — Вместо ответа он показал мне свой телефон. На экране высветилась какая-то статья про очередные сплетни шоу-бизнеса. Сердце остановилось, когда я увидела фотографию со мной и Патриком, а вверху красовался кричащий заголовок: «Патрик Стамп и загадочная девушка?»