Face Down

Вскочив с кровати, я тяжело выдохнула. Третий кошмар за эту ночь. — Скай, ты уверена, что все хорошо? С тех пор как мы рассказали о твоей матери, тебе стало только хуже. Есть что-то такое, о чем я должен знать? Я вздохнула, пытаясь избавиться от негативных мыслей, которые преследуют меня каждую ночь. Это уже не вспышки воспоминаний: мне кажется, они предсказывали будущее. Она знала, что я в Чикаго, здесь сомнений не было. В конце концов она найдет меня и сделает все, чтобы убить. Если не меня, то Райана или Роуз. Или кого-нибудь другого, кто встанет на ее пути. Патрика. Я мельком взглянула на него и тут же пожалела об этом. На его лице отражались тревога и обеспокоенность. Я причиняла ему боль даже своим присутствием. Прикусив губу, я попыталась сдержать рыдания. Мне нужна собственная квартира, нельзя подвергать его и Пита еще большей опасности, чем той, в которой они сейчас. Я живу с ними уже почти месяц, и это лишь вопрос времени, когда один из нас жестоко пострадает. — Скай… — Давай поговорим об этом завтра? Я правда очень устала, и я… — Ну уж нет, хватит врать. Ты расскажешь мне, что случилось, и ты сделаешь это сейчас, — он понизил голос до шепота. — Я ненавижу видеть тебя в таком состоянии. — Она знает, что я в Чикаго, — прошептала я, играя с пальцами. — По-другому быть не может. Даже если она не следит за новостями, мы живем в маленьком городе, где все друг друга знают. Кто-то, возможно, видел меня и сказал ей. — Я не дам ей поймать тебя, обещаю, — произнес Патрик и прижал меня к себе одной рукой. Я покачала головой. — В том-то и дело. Она не позволит кому-либо встать на своем пути. Ты не заслужил страданий, Патрик. Я никогда не прощу себе, если что-то случится, — на прикроватной тумбочке зажужжал телефон, оповещая о новом сообщении. Наверное, Аарону опять скучно и он прислал что-то, связанное с игрой слов. — Проигнорируй, — сказала я, когда Патрик потянулся к телефону. — Сообщение может подождать до утра. — Спокойной ночи снова, Скай, — вздохнув, прошептал он.

***

7 непрочитанных сообщений от: Мама. Сердце замерло, когда я прочитала эти пять слов. Все что угодно можно сказать, используя лишь пять слов. Этими словами можно обрадовать, например: «Сидни (допустим), ты выйдешь за меня?» А можно сообщить что-то плохое и совсем не веселое: «Врачи обнаружили у отца рак». А можно написать такие вещи, от которых по телу пробежит дрожь и сердце уйдет в пятки. Это как раз тот случай. Я вбежала в гостиную, где сидели Патрик и Пит и смотрели бейсбольный матч, не обращая внимания на то, что счет Чикаго Кабс* был довольно плачевным. — Я не могу больше терпеть это дерьмо, — мой голос сорвался в конце предложения. Патрик и Пит тут же обернулись, обеспокоенно посмотрев на меня. — Мама написала мне. Семь раз. Я еще не открывала их. Усевшись на диван, я уставилась на телефон и, выждав небольшую паузу, начала читать сообщения. Сколько раз я должна повторять, что ты не сможешь убежать от меня, Скай, дорогая? Без тебя мне было намного лучше. Ох, и почему я не подумала об этом раньше? Какая жалость, что я не знаю, как заставить замолчать твой маленький ротик. Ох, я просто должна убить тебя и того симпатичного мальчика тоже. Да, дорогуша, я знаю, что ты в Чикаго. Не нужно теперь прятаться от меня. Даже не вздумай идти в полицию. На твоем телефоне есть GPS, я прекрасно знаю, где ты находишься. Может, я и не убью тебя… сразу же. Я хочу немного позабавиться. Хочешь сыграть в небольшую игру? К концу последнего сообщения мои руки тряслись так сильно, что я не представляла, как смогла нажимать на кнопки. Патрик подсел ко мне и прочитал сообщения. — Патрик, нужно срочно избавиться от этого телефона! — закричала я, когда Пит тоже ознакомился с содержанием. Вскочив с дивана, я повторила эти слова еще раз: — Нужно срочно избавиться от этого телефона! Патрик тоже поднялся и положил руку мне на плечо. — Если у нее есть GPS, она, должно быть, пользуется им прямо сейчас. Лучше всего отнести телефон в полицию, чтобы они смогли вычислить ее местоположение, — я отрицательно покачала головой. — Скай, тебе нужно на работу. А я пока отнесу его в участок. — Нет, — твердо сказала я. — Я сделаю это сама после смены. Она не остановится ни перед чем, чтобы причинить нам боль. Все это моя вина. И я втянула тебя в это. Я больше не хочу, чтобы вы встревали в это, я просто хочу, чтобы ты и Пит были в безопасности… — Я пойду с ним, — прервал меня Пит. — Клянусь, с нами все будет хорошо, — прежде чем я успела запротестовать, он выхватил телефон из моих рук. — А сейчас отправляйся на работу, иначе опоздаешь. — Скай… — начал Патрик, увидев, как в моих глазах начали собираться слезы. Я села на диван, уткнувшись лицом в ладони и позволяя рыданиям выйти наружу. Мне было слишком страшно. Всё это лишь вопрос времени: когда она найдет нас. Я должна была найти новую квартиру и работу так быстро, насколько возможно. Нужно оставить Пита, и Патрика, и Джо, и Энди, и Аарона, и всех, чьи жизни я подвергаю опасности. Иначе я не смогу никого защитить. Спустя некоторое время я уже не плакала и не рыдала. Я вопила во всю глотку. Последний раз у меня была такая истерика в ночь папиной смерти. — Простите… Жалкая картина, — с трудом произнесла я, всхлипывая. Патрик и Пит тут же покачали головами. — Нет, это не так, — успокаивали они, пока я наконец не стихла. — Ты поздно легла спать, а тебе скоро на работу. Советую начать собираться сейчас, — произнес Патрик, и я кивнула.

***

— Эй, Скай, прости, что сообщаю в последнюю минуту, но тебе не нужно сегодня приходить, — сказал Аарон и закрыл дверь в магазин на ключ. С тех пор как мы работаем в последнюю смену, нам нужно закрывать магазин, а затем уходить домой в девять часов вечера. В центре Чикаго. Весело. — Что? Почему? — удивилась я, ведь он обещал, что мы соберемся и поиграем сегодня. — Ну, мой п… э-э, мой друг переезжает ко мне в квартиру, и он еще не распаковал свои вещи и так далее, — он выдавил из себя кривую улыбку, из-за чего у меня появились подозрения. — Как скажешь, — я развернулась и начала уходить, поэтому Аарон ускорил шаг, чтобы догнать меня. — Может, он будет в нашей группе? Он потрясающе играет на гитаре — не так потрясающе, как я, конечно, — а еще у него есть бас, которым ты сможешь пользоваться. Уже скоро мы сможем создать группу. — Ты уговорил меня уже на слове «бас», — сказала я, и мы засмеялись. У перекрестка наши пути разошлись, поэтому мы попрощались и каждый пошел своей дорогой. Подул ветер, отчего я содрогнулась и застегнула свою толстовку. Чикаго не называют «городом ветров», а зря. Я ускорила шаг, заметив, что солнце уже село. Несмотря на то, что ночной город действительно красив, из-за темноты я становилась параноиком. Внезапно пара рук схватила меня и затащила в узкий переулок. Я попыталась закричать, но мне сильно зажали нос и рот рукой, отчего стало тяжело дышать. Я почувствовала, что человек ослабил хватку на моей талии и переместил руку к голове. Что-то холодное, твердое оказалось около моего виска. Пистолет. — Только попробуй убежать или позвать на помощь — я вышибу твои мозги, — я медленно кивнула. Казалось, что сердце застряло в горле, а в голове пролетели все воспоминания. В глазах помутнело из-за нехватки кислорода. С лица убрали руку, и я начала ртом хватать воздух, почувствовав сильный запах алкоголя. Сильный удар в живот прижал меня к стене. Было слишком темно, чтобы я смогла увидеть атакующего. У меня не получалось сфокусировать взгляд: мне постоянно наносили удары по голове. Мне оставалось только молиться, чтобы кто-то прошел мимо и спас меня. Но нет, этот переулок находился в неблагоприятном районе города. Любой здравомыслящий человек избегал бы этого места. Насильник продолжал бить меня, но я уже ничего не чувствовала и просто лежала на земле. Все онемело, я, можно сказать, уже привыкла к боли. Мне бы очень хотелось хоть что-то почувствовать. Я никогда не чувствовала боль до тех пор, пока на меня не начали нападать. Из-за болезненности ран мне хотелось кричать в муках. В большинстве случаев была необходима медицинская помощь, вероятно, были сломаны ребра и конечности, но я игнорировала это. Душевная боль была сильнее. Атакующий наконец вернул меня обратно в суровую реальность, подняв за капюшон. — А это от твоей матери, — прошептал он, обдав кожу горячим дыханием. Последнее, что я помню, — меня ударили пистолетом по голове и я потеряла сознание.