Пираты Карибского моря: Равновесие миров

Опрокинутая на бок «Чёрная жемчужина» неуверенно покачнулась, протяжно скрипнув обшивкой фальшборта, и перевернулась килем вверх, погрузившись в море целиком. Верхушки высоких мачт, уйдя в глубину, затерялись, словно в тумане, туда же устремились свалившиеся с верхней палубы орудия, канаты, сундуки, что-то ещё. Но Элизабет не замечала этого. Она в ужасе смотрела вслед уходящему ко дну Уиллу и беззвучно кричала сквозь толщу воды: «Держись!!!» К счастью, он сумел ухватиться за один из такелажных тросов, значит, не пропадёт! Но... тогда почему он исчез из виду?! – Уилл!!! Уилл, где ты?!! – надрывно закричала Элизабет в полный голос. – Мама, мама, очнись! – испуганный сынишка тормошил её, взъерошенную спросонья, ошеломлённую, сбитую с толку. Сквозь проступившие слёзы Элизабет видела неотчётливо. Чуть опомнившись, она крепко обняла сына, прижала к себе и сорвавшимся голосом произнесла: – Ничего, Генри, ничего. Это просто плохой сон. – Тебе опять приснилось, что ты теряешь папу? – догадался мальчик. – Да, сынок, но это всего лишь сон. Малыш кивнул и, вздохнув, спросил: – Когда же он вернётся? – Осталось подождать три года, Генри, – она стёрла рукавом слёзы и, раскрыв ладонь, стала указывать на пальцы. – Вот, смотри: раз, два, три. – А сколько мы уже ждём? – улыбнулся Тёрнер-младший. Элизабет раскрыла обе ладони, а потом согнула три пальца, и они вместе стали считать остальные семь. – Это много, – заметил Генри. – Много. Потому что тяжело без твоего папы. Зато с ним хорошо даже в минуту смертельной опасности.

**********

Небольшая шлюпка с испанского галеона, курсирующая неподалёку от бухты Погибших Кораблей, направлялась к берегу незнакомого острова. Восемь матросов усердно гребли в такт командам капитана Вилльянуэвы. На носу шлюпки сидели ещё двое, которые, в отличие от остальных, не гребли, а всего лишь поглядывали по очереди в подзорную трубу, передавая её друг другу. Впрочем, бездействовать им оставалось недолго – берег был всё ближе. – Джек, я знаю, что на шлюпке всё равно далеко не заплывём, но... ты уверен, что это тот самый остров? – напряжённо пробормотал один из бездельников, стараясь говорить как можно тише, чтобы никто, кроме собеседника, его не услышал. – Это шутка, да, Гиббс? Я не помню, что было на прошлой неделе, а ты – про остров, который я видел семь лет назад, да и то издали. Вот если бы я высаживался туда уединиться с красоткой Элизабет, глядишь, и не забыл бы. – Но мы же не можем сказать это им, – и Гиббс выразительно показал глазами на сидящих за их спинами крепких пиратов из команды Вилльянуэвы. – Я что, похож на психа? – вытаращил глаза Джек Воробей. – Ну, временами похож, конечно, но это – чистая маскировка. Думаю, сработает и на этот раз. – То есть, если что, будем искать повсюду, пока не найдём? – заговорщицки шепнул Гиббс. – Ты поразительно догадлив сегодня! Главное – не попасться на глаза мадам Тёрнер, – нахмурился Джек Воробей. – Никогда не знаешь, что у неё на уме. Встреча с Кракеном и то была бы приятнее, он хотя бы предсказуем. После небольшой паузы Гиббс спросил, едва слышно: – Слушай, Джек, а как ты думаешь, что за волна разбила ту китайскую шхуну? Разве капитан «Голландца» управляет силой воды? – Нет, только морскими тварями. И ему явно не хватает милейшего кальмара-переростка, – хмыкнул Джек Воробей. – Но если вода в подчинении у Калипсо, может, она тоже была там и разбила корабль, чтобы всех припугнуть? – Да ты сегодня в ударе, Гиббс, давно не слышал от тебя столько шуток подряд! Если бы Тиа Дальма явилась туда сама, она разнесла бы весь остров в щепки. – Тогда что же это за волна была? – Почём мне знать? – хмыкнул Джек Воробей. – Спроси у Тёрнера. Или у Калипсо. Наконец, шлюпка добралась до берега. Её вытащили из воды и спрятали в прибрежных зарослях. – Послушай, Воробей, – недовольно спросил хмурый капитан Вилльянуэва, – Не очень мне нравится твоя идея. Я бы потолковал с этой сеньорой пожёстче. Так мы быстрее узнаем, где то, что нам нужно. – Не советую, друг мой, – ухмыльнулся Джек Воробей. – У этой дамочки свои фокусы в запасе. Она даже спорить не будет. Поцелует тебя – и ты покойник. Поверь мне, я знаю, что говорю. Испанский барон недоверчиво прищурился, но возражать не стал. Непрошеные гости, крадучись, принялись шнырять по острову, следуя за Джеком, вертящим в руках заветный компас.

**********

Солнце клонилось к закату, причудливо перемешивая малиновый и голубой цвета у линии горизонта. Тихо перешёптывались листья, колеблясь в порывах вечернего ветра, поскрипывал песок под ногами, и неприятно шуршали лопаты, вонзаясь в мокрый грунт. Раскапывали уже чёрт знает в каком по счёту месте, а толку было – с гулькин нос. – Слушай, Джек, я, конечно, верю, что ты затеял что-то стоящее, но нельзя ли это как-нибудь ускорить? – тихо пробормотал Гиббс, подойдя поближе. – Тихо, Гиббс, кажется, компас накрылся, – прошипел ему в ответ Джек. – Видать, Тёрнер на Совете перестарался. – Вот дьявол, точно! Прямо в корзинку с новыми песо шпагу воткнул! – всполошился Гиббс, встревожено поглядывая на матросов Вилльянуэвы, которые недобро косились на незадачливых следопытов. – Но что же теперь делать?! Но его собеседник не успел ответить – помрачневшие пираты во главе со своим капитаном подошли, явно предвкушая знатный мордобой. – Послушай-ка, Воробей, – небрежно произнёс барон Вилльянуэва, даже не глядя на Джека, – мне вот интересно стало, на что ты рассчитывал? – Ну, на многое! Скажем, что Исла де Муэрта всплывёт вместе со всеми сокровищами, чтобы встретить меня и мою «Жемчужину» с распростёртыми объятиями. – Хватит нести чушь! – рявкнул испанец. – Я говорю о том, долго ли ты рассчитывал водить нас за нос, прежде чем мы поймём, что ты не знаешь, куда идти? – Послушай, всё не так просто... – начал было Джек, но Вилльянуэва не дал ему договорить: – О, нет, нет, всё очень даже просто! Мы четвертуем вас обоих – поверь, делить на четыре мы умеем! Каждая из твоих четвертин, Воробей, удостоится персональной чести лично пройти по доске с нашего галеона! Раздался дружный хохот. Не смеялись только двое, вляпавшиеся по полной. – Погоди, Вилльянуэва, я всё могу объяснить! – воскликнул Джек. – Пойми, компас не рассчитан на странности миссис Тёрнер, так что он слегка сбит с толку. Ему просто нужно время! – У нас его нет, если ты не забыл! – злобно рявкнул испанец. – Мы рассчитывали на твой компас, он должен был помочь найти то самое сердце... – Тихо! – внезапно прошипел Джек, резко пригнувшись к земле. Гиббс, будто тень, вмиг сделал то же самое и отчаянно замахал остальным, мол, лучше спрячьтесь. Бравые пираты тут же исчезли из виду, словно растворились в окружающих их камнях и невысоких кустарниках, откуда стали незаметно выглядывать. Вдалеке, у холма, из-за которого виднелись переплетённые лианами верхушки пальм, магнолий и папайи, они заметили фигуру человека. Он был маленького роста, так что опасности не представлял, но попадаться на глаза кому бы то ни было не входило в планы Вилльянуэвы и его компании. Паренёк мог оказаться юнгой с другого судна, чья команда пыталась найти то же самое, что и они. Мальчишку могли выслать на разведку, а сколько вооружённых до зубов пиратов могло откликнуться на первый же его возглас – неизвестно. Затаившись среди камней и кустарников, испанские пираты с нетерпением поглядывали на Джека Воробья – у него была лучшая подзорная труба. Но Джек, как назло, помалкивал, не отрывая взгляда от неизвестного. Незнакомец, в свою очередь, настороженно смотрел в их сторону – возможно, заметил странное движение за дальними камнями. – Джек, ну что там? – не выдержал Гиббс. – Тихо, тихо... сейчас, – отмахнулся тот, продолжая глазеть в трубу, которую удачно протиснул между ветвей куста. – Или ты сейчас же отдаёшь мне трубу, Воробей, или, клянусь, я перережу твою лживую глотку! – злобно прошипел Вилльянуэва. Словно по команде, Джек вдруг опустил трубу, обернулся и с удивлением уставился на Гиббса: – Ты не поверишь, но этого мальчишку я где-то видел. Лицо знако... чёрт! Не может быть! Юркой ящерицей Джек развернулся и снова прилип к подзорной трубе. – Там ещё кто-то появился! – негромко сказал Вилльянуэва, заглянув в свою трубу, поменьше. – О, да! Что ж, миссис Тёрнер, я уже догадался, – усмехнулся Джек. – А знаешь, Гиббс, наш красавчик Уильям зря времени не терял наедине с молодой женой семь лет назад. Ну, его можно понять... – То есть?! – вытаращил глаза Гиббс. Он схватил трубу и впился взглядом в окуляр. Лёгкий ветерок донёс до них едва различимые с такого расстояния слова: «Пойдём, Генри, уже поздно, пора домой». Гиббс перевёл взгляд на Джека и покачал головой: – Ну и дела... Внезапно Вилльянуэва едва заметно кивнул своим подручным, и через пару мгновений приятелей с «Чёрной жемчужины» скрутили, к горлу Джека приставили нож. Но вопрос задали не ему, а Гиббсу: – Если не хочешь, чтобы мы скормили твоего болтливого капитана рыбам, говори всё, что знаешь! Бедняга Гиббс только руками развёл: – Прости, Джек, но я не могу тебя подставить! – Зараза... – с досадой процедил сквозь зубы Джек Воробей.