Death's Scenario

Хелен не до конца разобрался, из-за чего талисман тяжелел, ведь такой демоненок как Комрад не был способен излучать сильные потоки энергии. Но стоило оказаться в той школе, где «учился» Комрад, он приносил почти невыносимую боль. Многие заметили, что новенький был похож на запуганного пацана с района, страшно походивший на живой труп. Так продолжалось почти два месяца, и демон, за которым гнались убийцы, не желал показать своё настоящее личико. Талисман указывал как минимум на восемь учеников, одним из которых мог быть Комрад. Хелен удивился, что особенно сильная вибрация исходила рядом с девочками, с коими они хорошо подружились, и от Стива с Джейком. Две термоядерные смеси двух полов. Поэтому решил, что стоит большее внимания уделить именно им. Не исключено, что Комрад мог вселиться в кого-то из них. Заметны были и кое-какие перемены у Джеффа с Джеком. Эти двое стали больше времени проводить с девочками. Похоже, Одри слишком им понравилась со своим взрывным характером. Помнится, месяц назад она проколола шину учителю физики, на самом деле думая, что та принадлежит Стиву. Ор, ругань и драка на всю школу были одними запоминающихся зрелищ. Художник ещё никогда так не веселился в школе. Ещё никогда ему не было хорошо там. Джефф вёл себя, будто бы и не собирался выполнять задание, а просто для релаксации своей искаженной души решил погулять в школе. Конечно, были трудности в учебе, ибо не занимался с седьмого или восьмого класса, но все те же девочки и староста усердно помогали ему. Староста в особенности. Парень приметил, что он понравился ей и потому та предпринимает неудачные попытки завоевать его. Знала бы она, что ему плевать на эту романтику, сопливые желания… Ему хотелось крови. Много крови. Безумие пока не вспыхивало с новой силой и это немного утешало всех. Кто знает, что бы вытворил Джефф Убийца. Да что думать-то?! Перережет всех к чертовой собаке и драпанет. Два месяца были для него настоящим жутким испытанием. Он, притворяясь веселым парнишкой, гулял и собачился со всеми. А внутренний монстр не давал ему покоя. Впрочем, оно не мешало ему вспомнить свои лихие детские годы в школе. Джефф любил дразнить и вляпываться, и сейчас, найдя крутого напарника в лице Одри Рейнхард, решил воспользоваться шансом. А что? Он, в первую очередь, человек, шизанутый «немножко», а поубивать еще успеет. У него будет еще много времени на одно из любимых занятий. А пока ему хотелось легкой новизны в жизни. Той херни с магией, живыми куклами и призраками ему вдоволь хватало.

***

Медленно, но верно приближалась середина ноября. На улицах давно лежал мягкий белый покров. Стояли морозы и серые будни. Голые сухие деревья по-своему напоминали «доброго дядю» Слендера и их умалишенных братьев. Не, ну, а что? Почему-то их считают нормальными, а остальных обитателей старого дома в лесу полнейшими психопатами, где справедливость?! Вон, Оффендер трахается со всеми подряд по нескольку раз в день, Трендер не выходит из своей скромной мастерской, с каждой новой коллекцией мучал первых попавшихся на «глаза», коих не было, а на Сплендора вообще без слез не взглянешь! Большой ребенок, ей богу… «Хош шарик? Хош конфетку? Хош котенка?» Такой полный пиздец, одним словом. Тесная квартира Оффендера давно покрылась толстым слоем пыли и грязи. Убираться никто не собирался, ибо нахуй им всем сдалась уборка. Гости, к счастью и несчастью, не приходили, а если бы лицезрели столь миловидную хатку, упали бы сразу в обморок и не проснулись бы. Потому что у них не было бы наличия почек и сердец, крови и глаз. Сам хозяин квартиры наведывался изредка, чтобы передавать деньги на пропитание, и ему было глубоко плевать на то, что здесь творилось. Все равно изнасилует, жестко и долго. Слендер совершенно не беспокоился за детишек. Конечно, они были полными идиотами, с костлявыми задницами, но задание они смогут выполнить на ура. Если надо вычислить и убить — все будет сделано в наилучшем виде. И неважно — демон или не демон. В лес мало кто приходил, поскольку морозы были ужасными, и только умалишенный по воле случая здесь очутится. Да и наступление зимы было под руку кое-кому. Тем, кто чуть ли не погибли несколько лет назад в том злополучном здании SCP. Не считая Информатора. Двое прокси, которые без ума друг от друга, можно сказать, любили зиму только из-за того, что в эту пору им доставалось больше времени насладиться друг другом. Все равно работы меньше. Люди отсиживаются в своих теплых домах. Как они полюбили друг друга, Палочник понятия не имел. Да, эти отношения мужчин с мужчинами он воспринимал как неправильное, но относился терпимо. В его мире такое дозволено, но много кто не принимал. Если в аду всем на все плевать, его почти демонический мир пропитан законами и собственной иерархией. Мир чем-то напоминает эпоху империй на Земле. Готика, аристократия и пропасть меж богатеями и бедняками, не такая огромная, но была. Слендер причислялся к представителям богатых семей. С таким отцом, как Кабадатх жизнь будет в шоколаде, но не каждый выдержит его жесткой дисциплины. Слендер появился в нашем мире по личным причинам, можно сказать, из-за сильной ссоры с отцом, а трем младшим хотелось банальной свободы. Отец не был тираном, но после смерти любимой жены он сильно изменился и эти изменения сильно сказывались на детях. Что и привело в итоге к их желанию к съезду. Много чего произошло в Инферусе. Слишком много. И братья предпочитают молчать о прошлом, лишь в один единственный день собираться вместе и вспоминать о нем за стаканами крепкого алкоголя. Слендер появился здесь зимой. Когда, он тоже не помнил. Просто помнил, что было много снега и деревьев в округе. И первая его жертва, что нарисовала те первые восемь записок, когда увидела монстра. Потом появилось желание играть со своими жертвами, якобы проверить насколько им дорога жизнь. Он стал развешивать эти листочки с каракулями по полюбившемуся лесу, связав свою душу с ними. Как, секрет фирмы. Ну, и всем известная традиция: найди все записки — не помрешь, но сломанная психика тебе обеспечена. Мало кому удавалось выжить. Если и находились, то через несколько дней они совершали самоубийство. Как к примеру, три недели назад, когда была более-менее теплая погода. Девушка перерезала себе вены. Ну померла и померла, сама виновата, что приперлась к нему. Тоже самое происходило и сейчас. На этот раз довольно взрослый мужчина. Собрал только три записки. Слендер прекрасно видел обрывки воспоминаний этого мужчины, хотя и мужчиной его толком не назовешь. Есть жена и ребенок, а заглядывает под каждую юбку. Умрет он мучительно за свои проделки. Палочник казался всем монстром бесчувственным, но на самом деле почти такой же, как и все живые люди. Он тоже любил, даже умудрился завести семью, которую вскоре потерял. Когда его дочь бесследно пропала, а любимую на глазах растерзали демоны-отступники. Он помнил имя того, кто во второй раз лишил его права на счастье, — Демьян. Демон, в прошлом бывший владыкой одного из девяти кругов, предал всех своих сородичей ради приобретения силы Высших. Говоря иначе, Валирий или Палачей ангелов и демонов, которых уже не осталось вообще. На тот момент, когда безликие еще жили в своем мире, их было около пяти, включая Роксолану и Элизабет. Трое погибли из-за истощения магии. А дочери двух последних в своем роде были под сомнением, что в них была сила Высших. Да и выяснять не придется: Слендер более чем уверен, что они погибли.Такие крохи не смогли бы выжить одни в неизвестном мире. Когда Информатор нашла вороний амулет, принадлежавшей его дочери, в Палочнике поселилась мелкая надежда найти ее здесь, на Земле, или хотя бы могилу. Он не спешил рассказывать о находке Оффендеру. Маньяк не любил пустых предположений. Что-то он слишком задумался… Пора расправиться с жертвой. Не став церемониться с мужчиной, Палочник векторами пронзил грудь. Ошалев от такой неожиданности, мужчина вскрикнул и замер с открытым ртом, заметив своего убийцу. Абсолютно белое лицо, без каких-либо очертаний, черный костюм без складок и липкие черные херни, которые торчали из спины. Он хотел было как-то вытащить мерзкие щупальца, но только усугубил ситуацию. Они нащупывали в груди его сердце и легкие и потихоньку вырывали их. Крича, моля о помощи, мужчина так и повис на вектора хозяина леса. Мертвое тело было повешено на одном из ближайших деревьев. Безликий не стал есть что-либо: уж больно противно было из есть…

***

А тем временем в доме сестер была веселая ночка. Одри, у которой завтра намечались именины, решила немного приукрасить дом для вечеринки. А что? Селена все равно улетела по кое-каким делишкам в Мадрид, так что можно и гулянки устроить дома. Девушка на все двести уверена, что за эти два дня в доме что-то да сломается. И это будет, скорее всего не ваза, как в прошлый раз. Гирлянды, плотные шторы для поддержания мрака в гостиной, колонки и ноутбук, большой стол, диван убран в дальний уголок. Вообщем, все готово. А вкусняшки на завтра можно оставить. Одри долго ждала свой день рождения, впрочем, как и всегда. А теперь новенькие могут еще раз увидеть, что с ней никогда не скучно. Есть одно но… Ох, каких пенделей она только не получит от мамули?! Лишь бы только не сжечь дом…

***

Природа очнулась от долгого сна. Ночной мрак сменился утренним рассветом, а лучи нагло пытались ворваться в комнатку «Царицы». Что удивительно, она в этот раз не стала их оскорблять благим матом русского народа. Снова. Темноволосая молча, со странной ухмылкой поплелась сначала в ванну, а потом вниз на кухню. Заварив себе крепкий кофе, наслаждаясь утренними пением соловьев и воробьев, уселась за ноутбук, который притащила с собой. Первые сообщения о поздравлениях…       Дерзкий Рыжик: Кисонька, с днюхой тебя! Во сколько бухаем?       Дерзкий Программист: Я тут кароч вспомнила, что сегодня День Бухания, то бишь твоя друшка. С днюшкой тебя, мой лавли коллега по гонению!       Дерзкий Смешарик: С днем рождения! Сегодня мы все пойдем в цирк за мой счет! Так что не вздумай куда-то пропадать, сладкая! Не нужно и мозги мучить. Всем известно, что это за шпанье. Кто-то еще отправил сообщений и открыток, но читать их времени не было. Нужно было тащить свой царский зад в дно земли. Наспех надев форму и дорогую шляпку, Одри спустилась обратно на кухню, допить кофе. Витая в облаках, в дверь громко пробарабанили, отчего свалилась на пол, не наступив на последнюю ступеньку. — Да ебаться-сраться! Какого это хуя приспичило пропиздеть сюда?! Убью нахрен! — поток брани лился и лился, пока она встала и пошла открывать. Дверь незамедлительно отворилась и перед Рейнхард предстал… — Ну, привет мой дорогой папенька-брать! — девушка накинулась на шею высокого парня с длинными волосами и темно-лиловыми глазами. — Не задуши, мелкая, — широко улыбнулся парень, вручая маленькую коробочку отлипшей от него еле-как девушке. — Как говорится, с днем варенья и бухла! Только, к сожалению, на гулянку я не смогу придти. Сама все понимаешь, — подмигнул паренек, поправив серенькую шляпу. — Контора понимает и знает все, Офф! — Ну тогда, я отправился на поиски приключений. Но мы еще обязательно бухнем, милая! — загадочный Офф скрылся из виду. «Ага. Только СПИД себе не подцепи, герой-любовник. Тоже мне, величайший ухажер. Я, между прочим, тоже вполне искусна в этом. Ну да ладно, пора в Преисподню тащиться. Хе-хе…» В душе у Рейнхард потеплело после визита очень хорошего друга. Даже умудрилась пустить слезу, как только тот скрылся как по волшебству: всего на секунду зажмурились голубые с лиловым отливом глаза — и его нет. Жаль. Очень жаль. Одри хотела хоть разок в жизни выпить с ним от души, как она любила выражаться, чисто по-русски, только почему-то на пятой или шестой рюмке его тянуло кого-то выебать. Её он не трогал лишь потому, что та заключила с ним сделку — «Когда закончу школу, поступлю в универ, тогда и повеселимся!». Что-то вроде того. Хотя на самом деле было куда прозаичнее… Это произошло весной. Тогда Одри впервые вкусила все прелести молодости. И покурить, и выпить, и вломить по ебальнику приставучего старика. И вот одним вечерком, возвращаясь с вечеринки давнего друга, приехавшего с Сингапура, девушка забрела куда-то не туда. Даже старшей написала: «Пришла туда-не знаю куда и смотрю на то-не знаю что. Действительно, какое-то высокое, очень высокое для человека хренотень стоит у дороги с какой-то проституткой и, вероятно, хотел сделать с нею очень много непристойностей. А может, уже сделал. Та стояла покачиваясь, держа в руках цветочек, и ушла в неизвестном направлении. Так сказать, в закат. Где-то глубоко в мозгах у Одри крутилась мысль, что нужно драпать. Но Одри — не Одри, если не развлечется на ночь глядя. Поэтому гордой походкой истинной аристократки продолжила идти прямо. Прямо на то чудо. Чудо в шляпе. Чудо, что почему-то уменьшилось. Глюк? А ведь она мало сегодня пила: всего пять банок пива с двенадцатью процентами хмеля или чего-там, как-то не запомнила. — Что я вижу? — заговорило чудо, когда она оказалась к нему ближе, — моя милая леди, вы прекрасно выглядите! Вы словно лучик света, озаривший мою душу! Оу, вам так идет эта шляпка, хи-хи. Мы в чем-то даже похожи, — такие милости в свой адрес она слышала хуйтиллион раз, отчего даже не покраснела, чему мужчина был удивлен. — Не сомневаюсь, дорогой мой. Вы тоже довольно мило одеты, прям как любит моя изощренная невинная душонка! — «один-один». Чудо в ступоре, о да. — Вот иду я по этой темной дороге, и вы, будто Бог Гелиос, стоите здесь, освещая мне путь! Милый, по-моему это СУДЬБА! — «один-два». — Ах, ваши слова греют мое тело. Не примете ли вы в знак моей благодарности к вам вот этот скромный подарок? — откуда-то человек в шляпе достал розу. Лепестки были яркого розового и голубого цвета, с острыми шипами на стебле. Под стать глазам Одри. В этом был подвох. Точно был. Сомнений не было, что после того, как она возьмет щедрый и редкий в своем роде презент, мужчина захочет тоже презента. И, наверно, тот же, что дала ему проститутка. Но это же Одри! Еще ни одному мужику не удалось не получить от нее пенделя. И этот неизвестный был не исключение. И вот, когда шляпник стал лезть целоваться, он впечатался лицом в асфальт, после сильного удара кулаком. — Уж извини, мой опиздохуительно сексуальный друг, но интим у меня только по расписанию! — для большего эффекта она положила свою ногу на его голову, чтоб не рыпался, — а значит, он будет тогда, когда я закончу учебу в аду, потом поступлю в другой ад, а там можем и поговорить. Тебя как звать-то? — Оффендер, Смекси, как тебе угодно, мелкая моя зараза. Я ведь могу жестко трахнуть тебя за содеянное, — Офф широко улыбнулся, чувствуя как один жизненно важный и рабочий орган наливается кровью. О да, он завелся от происходящего. — Ты спермотоксикозом или недотрахом страдаешь? Не, я понимаю, я слишком крута и секси, да и вообще, все должны падать на колени предо мной от моей сексапильности, но у меня как-никак расписание! Уж извини, дорогой. Меня Одри, кстати, зовут… Воспоминания о той веселой ночки нахлынули потоком. Ох, как они тогда сдружились! Нет, секса у них не было, зато Рейнхард после того случая стала активно участвовать в деятельности в выборе подходящих девиц и парней для нового друга. Конечно, один раз она натравила Оффа на одноклассницу, что безумно сохла по Стиву. И просила, чтобы это было жестко. «Что обычно ты делаешь, когда тебя бесят? Вот то и сделай», — четко и ясно, без всяких там стыдностей выразилась. Короче, этот папенька очень сильно нравился ей. Внешность его тоже была отменная, и клички подходящие… И совершенно пофиг, что ей в будущем грозит тюрьма, если вдруг Оффендер попадется в руки копов… В школу она отправилась с приподнятым настроением.