Death's Scenario

— Ну, и что теперь делать? Если их в живых оставят, я не буду нянчиться с ними! — Тебя никто спрашивать и не будет, Дженни~ — сказал Сплендор, пряча в шляпу конфеты. — Если братик захочет — ты день ото дня будешь выполнять прихоти моих дорогих племянниц. Конечно, он сразу оторвет тебе что-нибудь, в случае отказа~ Если вы думали, что младший брат Безликого очень веселый и добрый, и сильно привязан к детям — вы глубоко ошибаетесь. Сплендор, как и каждый безликий в доме, не испытывает любви к живому, в особенности к тем, кто живет в Доме. Уж слишком много шуму от них и проблем. Исключением могут быть только прокси, не один год знающие своего босса и не предававшие его ни разу. К ним младший относился более терпеливо и добродушно, нежели к остальным. Но казалось, Джейн он ненавидел намного больше. Не мудрено, демон часто издевался над ней, хотел отдать на растерзание любимому братику. А что? Не каждый выдержит каждодневные истерики этой чокнутой. И вот снова Вечная заводит свою пластину. У многих уже глаза начали покалывать (Разве что Джеффа этот недуг не коснулся, он глазами-то не может управлять как следует!). У киллера даже руки не поднимались на извечную врагиню. Он, кажется, больше десяти минут вот так сидел за столом, смотрел в одну точку, лишь краем уха слыша яростные реплики Аркенсоу, и… думал. Ему прежде не доводилось так глубоко погружаться в себя. Он вообще предпочитал не думать ни о чем. Лишь делать то, что мог больше всего — убивать, скрываться от людей и демонов, дразнить Вечную. Хотя, мог бы научиться рисовать, вон, Отис кровью ведь магичит на бумаге. Сегодня в Доме необычно тихо (может стать ещё тише, если Джейн прекратит истерить в голосину). Любящий лишний раз выпить японец не прикасался к бутылке, несмотря, что ему очень хотелось. Найрас, положив голову на сложенные на столе руки, то ли дремал, то ли думал. Хелен решил порисовать карандашом одну из девушек, которых заперли. Салли сидела рядом с Джеффом, пытаясь залезть к тому на колени, и, разумеется, не понимала, что же происходило. Заинтересованные зеленые глазенки прожигали лица каждого, кто присутствовал за столом. Подумала-подумала, подумала над тем, правильно ли подумала, а потом бросила это дело, и убежала к себе. « — Хотя бы час бесить не будет», — подумали убийцы, немного радуясь, что бесюлька свалила. -… это просто немыслимо! Мы должны убить их и все! — Да прихлопни свое хлебало, горючка! Достала! — не выдержав, хлопнул по столу Джек. Еле сдержал, чтобы не швырнуть в нее скальпель. — Если так жопа чешется — вали в город и там грохни кого-нибудь! Нехрен их трогать! — А ты чего защищаешь их, кусок дерьма?! Пока Безглазый доставал из недр кармана толстовки скальпель, а Джейн — нож, Сплендор, как бы ни хотел извращенного убийства Вечной руками старшего брата, решил утихомирить пыл обоих. Коснувшись виска убийц, погрузил тех в сон на какое-то время. — А раньше этого сделать нельзя было? — меланхолично спросил Каге, почесывая затылок. — Неа~ Я надеялся, что придет братик. Но его дела и вправду оказались очень важными… То, что листок сорвали Слендер почувствовал мгновенно. Однако появились ощущения того, что в логово проникли незваные гости. Демоны. Не колеблясь, Безликий, векторами схватив первых попавшихся, переместился к месту, где сорвали записку. Как он и предполагал, в лес действительно заявились пять незваных демонов. Еще и Его жертву пытаются отобрать. Было еще что-то… Эти демоны не походили на слуг Владык. Одежка не та, и метки какие-то… такие знакомые, ненавистные сердцу… И сила другого уровня. Но это не мешало им вмиг расправиться с чужаками, растерзав их тела на куски. Пока прокси избавлялись от остатков демонов, Палочник заметил, как Джеффа повергло удивление. Чего он такого увидел, раз руки задрожали? Девушка с золотистыми, как солнце, локонами, мертвенно бледной кожей, вся испачканная в крови, мокрая от снега, с множеством царапин и ссадин. «Еле живая», — думалось безликому, но нет же! Она дышит спокойно, несмотря на раны. Спит? Только потом он осознал, кто она, внимательно всмотревшись в нее. — Это ведь…

***

Если бы не просьба Залго, ему не пришлось бы отправлять детишек к людям. Ему не суждено было бы узнать самого важного. Того, что он считал навсегда потерянным. Ему не суждено было бы вновь обрести… « — VALIRA!»— твердила вампирша. А он — придурок, не сразу поверил. Клеймо на тонкой шее лишь подтверждали её слова. Зачеркнутый круг, внутри которого герб семьи. И тату, в виде вороньих крыльев. Она — Валирия. Она… его дочь… Столько лет он верил в её смерть. Шесть лет назад у него была еще крохотная надежда найти её, когда Информатор добыл кулон. Кулон, что его отец подарил малютке в детстве. Но тщетно. Он никого и ничего не нашел. И только сейчас? Только сейчас он нашел её. Только узнал, что она всегда была рядом! Стоило пойти тропинкой, ведущей в город, пройти несколько метров, войти через кухонную дверь — и все! Почему он всегда обходил стороной этот дом? Почему?.. А вот Оффендер не мучил себя, не задавался такими вопросами. Он лишь снова почувствовал себя самым счастливым. Его лучшая подружка — его дочь. Подумать только. Сама судьба, наверное, свела их всех вместе. Лиза, Рокси обрадовались бы…

***

Дверь с противным скрипом сорвалась с петель. Пылинки, как стаи комаров, взлетели в воздух. Девушка, победно ухмыляясь, сделала шаг, другой, оказавшись в коридоре. Слишком длинный, с множеством комнат, с обшарпанными обоями… — Ну чё, съели молокососы?! Меня так просто не возьмешь! Ну где же вы?! Чё, срём-ссым, когда страшно, да?! Правильно, бойтесь меня, ибо я вас… ПШОЛ ПРОЧЬ, ЧУДИЩЕ! Оффендер представлял их встречу совершенно не такой. Восхваляя свою бывшую подружку, словно алмазик, он не замечал очевидных вещей. И если в идеале, Одри должна была бежать навстречу к нему, прямо в его объятия, случилось-то все наоборот. Одри бежит прочь от него, сверкая пятками, заодно одаривая бедные извращенные мозги безликого едкими словечками. Идеальный отец всегда должен затыкать ротик своему детищу за плохие слова, в угол там ставить. Офф, конечно, считал себя самым лучшим папенькой, целых полтора часа! , но знал, что и сам далеко не золотой. Когда ему было от роду годиков сто-двести Кабадатх щедренько дарил ему пинки под зад, шлепков. Зад болел всегда, и постепенно эти боли на мягком месте отчего-то становились приятными. Тогда у него зародилась некая тяга к, по людскому понятию, БДСМ-у. Ну и лексикон с годами пополнялся новыми фразами. Не удивился он, когда услышал собственные выражения из уст родимой кровушки. В идеале, Одри должна была навалять всем, кого встретит по дороге. Но планы порушились из-за высокого дрыща в шляпе, со страшными висюльками за спиной. «А какого хуя я убегаю? С каких пор я начала дрейфить?! Не хорошо! » — Фоса, стой! — чудище так называемое такого поворота не ожидало, и от души покатилось по ступеням одной из лестниц. Пока Одри с охеревшим выражением глядела на лысого мужика, с нижнего этажа послышались очень плохие крылатые выражения. Лучше ретироваться и найти мелких лисичек. — Братишка упал~ — А хули ты такой веселый?! Давай тоже прокачу по ступенькам?! Сгинь, чумазик! Хуясе блять, породил себе на голову, блять… Ах, поясничка моя! — будь у него сейчас человеческое лицо, оно выразило бы столько мученической боли, что аж любой Владыка Ада позавидует. — Чувак, ты стареешь, — хихикнул Каге, оживившись от подобного падения. Японец вообще-то решился выпить, посылая мир на хуй, и когда пальчики едва коснулись стеклышка бокала, из-за подозрительного грохота у лестницы, тот пошатнулся, упал и разбился, разливая алое пятно по старому полу. Не будь это безликий, демон убил бы обидчика своего, что не дал бухнуть по-джентльменски. — Пшол в пекло ебучее, бухарик, а-то сука негра к тебе в зад запихаю! — Офф, наверное, настолько обиделся на мир, что эмоции так и хлынули потоком. Или это все поясница? А Рейнхард, тем временем, пыталась найти подружек. Странное чувство подсказывало ей, что двое из них на этом этаже, а последняя вообще где-то потерялась. В груди сильно полыхало. Такое сильное желание найти и прикончить… существо с крыльями. Кровь закипала в жилах от одной только мысли, что вот, она вся такая в луже чужой крови, держит в руках общипанное крылышко, а рядом стонет человекоподобное нечто. «Тебя не ту в степь заносит, мать. Какие демоны, какие ангелы, блять?» Мысли смешались в одну кашу, в глазах все поплыло. Пошатываясь, Одри шла и шла, неведомая куда. Посторонняя сила заставляла идти вперед, не оглядываться, к двери в самом конце коридора. «Что же такое? Почему… почему я не могу управлять собой? Вот хрень…» Заветная дверь прямо перед ней. Огромная, железная, с зачеркнутым кругом и выцветшим рисунком в центре самого круга. Рука потянулась к холодной ручке дверцы. Открыла… — Nos sunt te exspectat, Odri. (Мы ждали тебя, Одри.)

***

— Нам теперь точно каюк, — проныла красноволосая девица, топая ножками. Три девушки, крепко привязанные к стульям, очнулись совсем недавно и обнаружили, что находятся в не самом уютном помещении. Одна из них была лишь рада тому, что оно плохо освещено, ибо ее колье было нагло сперто эльфенышем в колпаке, а вампирский организм к светлу не привык. К слову, другая несколько минут твердила ей, что она пустоголовая кровопийца, раз обнадежила свою защиту одним колье. — Выходит, ты с самого начала знала, что за нами могли следить и ничего не сказала? А я думала, между нами нет никаких тайн. Хотя о чем говорю, вампиры ведь — самые горделивые, им плевать на других, — раздраженно фыркнула блондинка с острыми ушками. — Это не так! Да, я знала, что те новенькие не с проста к нам заявились. Знала, что у них талисман, который вообще-то под запретом, и они могли нас вычислить. Я хотела лично с ними разобраться, но… — Они первыми с нами разберутся. — Вот же, напасть-то какая! Что теперь-то?! Они стопудова ИХ убьют! — Не боись, Клэр, не убьют, — сказала Дженн, — Нас, скорее всего, да. — Можно сказать, задание провалено. Демьян точно теперь найдет Скарлетт. — Ага. Если она не сможет открыть свои Печати Силы, считайте, пиши пропало. — Сможет. Мы столько лет знаем её, поэтому я точно уверена, она быстро со всем справится. — улыбнулась Алиса, обнажая ряд острых зубов. — А что эта, как ее? «Криппипаста»? — А что они? Они либо будут на её стороне, либо умрут.