Запасной

Стоило им соприкоснуться друг с другом, как обоих моментально охватил жар. Накопившиеся недосказанности, напряжение, годы одиночества – все подавляемые месяцами эмоции, наконец, выплеснулись в этот страстный, грубый и требовательный поцелуй. Учиха уже готов был потерять голову, чувствуя, как девушка поддается его напору, даже не пытаясь противиться. Рука брюнета медленно поднялась с бедра куноичи и расположилась на ее затылке, притягивая ее к себе и углубляя поцелуй. Сакура, казалось, абсолютно утратила связь с реальностью. Ей было до безумия приятно ощущать властные прикосновения Учихи. А то, как его язык подавляющее касался ее, просто убивало в ней все мысли о сопротивлении. Хотя о каком еще сопротивлении может идти речь? Сакура мечтала об этом моменте еще со времен Академии. Правда, в ее грёзах их первый поцелуй выглядел несколько целомудренней. Но реальность оказалась в тысячу раз лучше. С каждой секундой становилось всё жарче, и сердце билось с ещё более устрашающей силой. Их языки слились в жарком, порочном танце. Они переплетались и скользили, разжигая желание всё больше и больше. Харуно просто сгорала от этих ощущений. Она никогда не испытывала ничего приятнее. Ей становилось нечем дышать, она отчаянно нуждалась в глотке чистого воздуха, однако Саске всё продолжал безжалостно и пылко ее целовать. И она отвечала с такой же страстью. По телу разливался вулканический жар, а внизу живота приятно заныло от возбуждения. Наконец Учиха оторвался от исцелованных губ куноичи и наклонился к ее шее. В свою очередь розововолосая стала жадно глотать воздух. Однако это не помогало. Тело продолжало судорожно трястись, раскаляясь от знойного и удушливого жара, поглотившего его. Горячее дыхание напарника скользило по ее шее, затем поднялось к уху. Хриплым и низким голосом он прошептал ее имя, сводя бедную девушку с ума. Язык Саске коснулся ее ушной раковины, задевая все нервные окончания на своём пути. Затем он скользнул вниз до мочки уха, страстно прикусив ее, и вновь с вожделением прошептал имя девушки. Казалось, сердце остановилось, и кровь в венах застыла. Сакура была готова умолять, лишь бы Учиха вновь назвал ее по имени, но голос пропал. Вместо этого она лишь прерывисто дышала, запрокинув голову от удовольствия. Он одобрительно хмыкнул, и этот звук отозвался в каждой клеточке её тела. Далее его губы снова опустились к ее шее, страстно и безжалостно целуя её. Он покрывал ее знойными поцелуями, не пропуская ни миллиметра кожи, оставляя болезненные засосы. Вдруг он укусил ее так сильно, что выступила рубиновая капля крови. Саске немедля слизал её своим горячим языком, целуя место укуса. Поразительно, как Сакура все еще могла трезво мыслить, но в этот момент в ее голове промелькнула неуместная мысль о том, что человек кусает другого только от переизбытка чувств. Когда не может выразить свои эмоции по-другому… Возможно, так и есть. Учиха прижался носом к изгибу ее шеи и сделал глубокий вдох. Сакура до безумия приятно пахла. Хотелось ее всю и сразу. Девушка вновь почувствовала его влажное дыхание на своей коже. И пока он сладко издевался над ней, его свободная рука стала плавно спускаться по ее плечу, затем вниз по руке. Когда она расположилась на бедре, он несильно сжал ее ягодицу. Несмотря на то, что Саске делал это не специально, его прикосновения всё равно были грубыми, жёсткими и немного болезненными. Ни капли нежности. Однако Сакуре это даже нравилось, она буквально плавилась под его руками, с мазохистским удовольствием думая о том, что на теле обязательно останутся синяки, которые еще некоторое время будут напоминать о сегодняшнем грехопадении. Рука парня снова поднялась к ее груди, на этот раз, стиснув ее сильней. С губ куноичи невольно сорвался стон, а после она с наслаждением прошептала его имя. Услышав ее, Саске поднял голову и посмотрел на нее. Чувственные губы приоткрылись, показывая ровные белые зубы. Определенно, он наслаждался процессом. Первая волна страсти поутихла, возвратив контроль над ситуацией. Почти. Чёрные как уголь глаза пристально смотрели на розововолосую девушку. Они были затуманены похотью и желанием, хищно взирая на Сакуру, как на жертву. Сгорая от нетерпения, она запустила пальцы в его шелковистые волосы и попыталась притянуть его к себе. Куноичи понимала, что ей это всё непременно аукнется, но поделать с собой ничего не могла. Слишком долго она ждала его. Слишком долго сдерживала себя. Учиха с готовностью поймал ее губы в ещё более страстный, глубокий поцелуй. Сакура сразу же ответила, и их языки сплелись друг с другом. Тем временем его рука грубо поглаживала бедро медика, заставляя низ живота разгораться еще сильней. Наконец Саске резко схватил ее и с силой повалил на кровать. Его твёрдое тёплое тело вмиг оказалось на ней, придавив её к матрасу. Учиха жадно впился в губы напарницы, и она инстинктивно обвила свои руки вокруг его шеи. Брюнет продолжал целовать девушку, а другой рукой стал нащупывать молнию на ее коралловом топе. Но нетерпение Саске было так велико, что он просто одним резким движением разорвал топ и отбросил его в сторону. Куноичи осталась лишь в одном лифчике. Он смотрел на нее голодным жаждущим взглядом, от чего по ее телу пробежала очередная дрожь. Сакура, отбросив свое стеснение, решила воспользоваться ситуацией и стала водить руками по его сильным плечам, накаченным рукам. От ее прикосновений мышцы Учихи немного напряглись. Девушка ощущала его рельефный торс под своими ладонями, судорожно перебирая пальцами по его животу, прощупывая каждый кубик его пресса. Пока Харуно восхищенно ласкала его горячую, обнажённую грудь, носитель шарингана ловко избавил ее от лифчика и шорт. Он наклонился и в очередной раз запечатлел властный, полный страсти поцелуй на ее устах. Когда их обнажённые тела соприкоснулись, девушка задрожала от нетерпения. Сам Учиха чувствовал себя не лучше; прикосновения его торса о грудь девушки заставили его пульс зашкалить. Желание экс-нукенина было неизмеримым. Он оторвался от губ куноичи и похотливо посмотрел на ее тело, после чего его взгляд переместился на ее лицо. Агатовые глаза черноволосого искусителя манили девушку, подчиняли. Поцелуи брюнета спускались все ниже, добравшись до ложбинки между грудей. Он начал покрывать жаждущими поцелуями грудь напарницы, а другую он беспощадно сжал рукой. Казалось, что он оставит на ней синяки, но куноичи было всё равно. Это ощущение жесткости, некой насильственности наоборот возбуждало ее еще больше. Кому нужны телячьи нежности, когда властные прикосновения Саске заводят гораздо сильней? Носитель шарингана прикусил сосок девушки, и она крепко схватилась за его волосы, немного оттягивая их. Его обжигающий язык проводил круговые движения по ее груди, оставляя влажные дорожки. От наслаждения розововолосая снова не сдержала стон и откинула голову назад. Сакура провела руками по его крепким плечам и скользнула пальцами в смоляные волосы на его затылке. Прошептав её имя, он накрыл ртом другую грудь и начал её медленно посасывать, пока его одна рука поглаживала ее бедро, а другая ловко стягивала трусики. Низ живота стал пульсировать, возбуждение нарастало. Куноичи уронила руки на простыню, побелевшие кончики пальцев изо всех сил вцепились в неё. Учиха тем временем избавился от своей остальной одежды и после был полностью раздет. Он приподнялся к Харуно и вновь пристально посмотрел на нее, затем жарко поцеловал. Куноичи растаяла в поцелуе и обвила свои руки вокруг его шеи. Саске прижал ее к себе ещё крепче… Режущая боль пронзила низ ее живота. Сакура попыталась выкрикнуть от боли, но носитель шарингана заглушил ее вопль глубоким поцелуем. Он вошёл в нее одним резким и глубоким толчком, не давая ей возможности оправиться от этого ощущения и сразу же начал резко двигаться. Розововолосая напарница схватилась руками за его сильную спину и впилась в неё ногтями. Саске целовал ее, заглушая все стоны. Он не был нежен. Ничуть. Он был беспощаден. От боли девушка начала задыхаться, царапая его спину чуть ли не до крови. Затем она обвила свои ноги вокруг его талии и прижалась к нему ещё сильней. Учиха стал входить всё глубже и глубже, с каждым толчком ускоряя темп. Боль постепенно начала уходить, сменяясь удовольствием. Напряжение внутри нее росло, каждый его толчок приближал ее к неописуемому блаженству. Саске оторвался от губ куноичи и погладил ее по щеке. Затем вновь поцеловал, ускоряя темп. Его движения внутри нее были жёсткими, резкими и очень глубокими. Сакура подстроилась под его темп, став двигаться в такт его толчкам. Харуно было безумно приятно ощущать его внутри себя, чувствовать само его естество. И именно его. Только его. Учиха еле дышал. Сердцебиение слышалось в ушах, пульс вибрировал по всему телу. Он закрыл свои глаза и потянулся своей рукой к ее. Саске крепко сжал её в своей ладони, их пальцы переплелись. Опустив голову, он в очередной раз одарил куноичи требовательным голодным поцелуем, не прекращая движения. Они растворялись друг в друге, словно были единым целым. Словно их тела были созданы друг для друга. Было так комфортно. Весь мир был лишним, только они двое и больше ничего. Только их сплетённые воедино тела, только их сомкнутые друг с другом губы. Сакура больше не слышала его тяжелого дыхания, опаляющее ее шею, как и не слышала своих стонов, лишь чувствовала, как горит от них горло. Рука девушки ещё сильнее сжалась в руке Саске. С утробным рыком он вцепился зубами в ее шею. Сакура моментально испустила стон, нет, крик. Ногти впились в его спину, а ноги сжались вокруг его талии. Низ живота полыхал, и, чувствуя приближение пика, куноичи еще теснее прижалась к черноволосому шиноби. В унисон с девушкой, Саске тихо застонал, кусая ее шею и с силой прижимая ее к себе в последнем рывке. С пронзительным стоном Сакура выгнулась, оргазм ярким фейерверком взорвался в ней. Конвульсии сотрясали её тело снова и снова. Она смутно услышала его ответный стон, лишь почувствовала, как его пальцы сильнее сжали ее. По всему телу разлилась долгожданная истома. Их тела расслабились. Спустя время, Харуно, наконец, пришла в себя. Саске всё лежал на ней, его лицо прижималось к ее шее, а шелковистые волосы щекотали кожу. Он лениво поднял голову и стал покрывать ее лицо легкими поцелуями от подбородка до уголков губ. Куноичи затрепетала, ощущая его дыхание. Он ухмыльнулся и тепло поцеловал её в ухо. Должно быть, ему, как и ей данная ситуация казалась чем-то до такой степени невозможным, что хотелось просто продлить эти мгновения, прежде чем возвращаться в реальность. Наконец, Учиха лёг на спину, обхватив зеленоглазую девушку за талию и крепко прижав ее к своей груди. Харуно сама придвинулась к нему, вдыхая его манящий запах и слушая его учащённое дыхание. И стоило куноичи безмятежно прикрыть глаза, как она услышала приглушенный голос Наруто. Немедленно вскочив, девушка в панике встала с кровати, не забыв полностью обмотать свое тело простыней. В ответ на ее действие Учиха лишь громко усмехнулся. - Ты ведь понимаешь, что я уже всё видел? – со смешком спросил он, наблюдая, как Сакура мечется по комнате, таская за собой бежевую простыню. Розововолосая резко остановилась, запыхтев от смущения. Однако голос вездесущего напарника послышался вновь, отвлекая ее от реплики носителя шарингана. Определив источник, зеленоглазый медик выглянула в окно. Узумаки в компании Сая и Ханы провожали куда-то седовласого джонина. Прочитав по губам слова художника, девушка поняла, что молодые люди и сами вознамерились покинуть дом. - Они уходят, - тихо проговорила куноичи, взглянув на расслабленного Учиху. Казалось, его вообще не трогала мысль о том, что их могли разоблачить. В конце концов, не сдержавшись, Сакура прыснула, и они оба рассмеялись. Ну, почти оба. Уголки губ Саске вежливо приподнялись в улыбке.