we're all in this together

- Итак, - начинает Зейн, сонный и помятый, сидя на высоком стуле на кухне Луи и болтая босыми ногами в воздухе. - Итак, - Томлинсон не заинтересован в разговоре, потому что сейчас восемь утра, а он вместо того, чтобы наслаждаться мягкостью своей постели и приятным лавандовым запахом кондиционера для белья, торчит на кухне и пытается приготовить съедобный завтрак для своих друзей-троглодитов. Он никогда не любил проводить ночевки у себя дома (по крайней мере, до тех пор, пока в его доме временно не поселился очаровательный чеширец с выразительным британским акцентом и самым добрым сердцем на свете). - Что между вами, Лу? В смысле, да, вы трахаетесь и все такое, - Луи незамедлительно краснеет и отворачивается к плите, доставая сковородку и несколько яиц из холодильника, - но почему я не вижу улыбки а-ля со-мной-спит-самый-горячий-парень-во-вселенной-которому-я-отдал-свое-сердце-и-получил-его-сердце-взамен? Найл уже не раз заикался о том, что вам двоим надо завести ребенка, чтобы вы походили на настоящую счастливую семью, но вы ведь до сих пор даже не встречаетесь официально, ради всего святого, - он театрально закатывает глаза, а Луи, не оборачиваясь, швыряет в него скорлупу из-под яиц (почти попал) и хмурится. - Мы не встречаемся, Зи, - брюнет укоризненно качает головой и смотрит на друга сочувственно-сожалеющим взглядом. - Как ты и сказал, мы спим вместе, не более. Он хорош в плане секса, но не думаю, что заинтересован в нем больше, чем в любовнике, - Зейн стреляет в него убийственным взглядом, и, серьезно, кого он пытается обмануть? Томмо сдается, тяжело вздохнув и плюхнувшись на стул напротив друга. Яичница подождет. - Ладно, может, я был бы не против попробовать что-то большее, нежели мои пятки на его плечах или моя задница на его промежности, но… кажется, я не привлекаю его в этом плане, - парень устремляет взгляд в пол и принимается теребить подол длинной футболки, в которой мог бы утонуть (угадайте, чья она?), а Малик пододвигается ближе и осторожно поднимает его подбородок двумя пальцами, заставляя того посмотреть ему в глаза. - Хэй, Лу, ты чего? Все прекрасно знают о том, что Гарри без ума от тебя, он ведь только о тебе и говорит, знаешь? А еще он пялится на тебя каждый раз, каждую секунду: когда ты рассказываешь что-то, когда зеваешь или смотришь телевизор, когда споришь с Лиамом или говоришь с мамой по телефону - его взгляд устремлен на тебя буквально всегда, и если это не чертова влюбленность пятнадцатилетней школьницы в своего сексуального учителя литературы, то я не знаю, что тогда, - заканчивает свою пламенную речь Зейн, и в глазах Луи мелькает огонек надежды - может, он прав? Может, его чувства не настолько не взаимны? - Что за сексуальный учитель литературы? Кто-то устроился подрабатывать в старшую школу? - вошедший на кухню Гарри кидает многозначительный взгляд на Томлинсона, и последний начинает глупо хихикать, а Зейн ненавидит их всех. - Доброе утро, парни, - он подходит к ребятам и, потрепав Малика по волосам, нежно целует голубоглазого в висок, легко скользнув подушечками пальцев по его предплечью, вызывая легкие покалывания по коже шатена. «Типичное утро двух соседей-любовников, которые не более, чем просто друзья», - думает Зейн, и Луи, будто бы прочитав его мысли, гневно смотрит на него и пинает ногой под столом, и брюнет вскрикивает от неожиданности и резкой боли в конечности. - Заткнись, ты все портишь, придурок, - шипит на него Томлинсон, и, упс - кажется, Малик сказал это вслух. Стайлс, который направился к плите проверить степень готовности яичницы, разумеется, сделал вид, что ничего не услышал, но розовые щеки и закушенная губа выдали его, так что, ладно - мулат, продолжающий растирать ушибленную лодыжку и обиженно уставившийся на друга, готов потерпеть. Оно того стоит.

***

Гарри обожает детей. Всем своим сердцем, абсолютно чистой, искренней и светлой любовью. Луи никогда прежде не видел, чтобы так любили детишек, к тому же всех, без исключения. Он поражен. Вчера к ним (если быть точнее, то к Томмо домой, но парень предпочитает называть свою маленькую квартирку их домом - от этого она становится по-особенному уютной и родной) из Донкастера приехала мама Луи вместе с его сестренками, чтобы навестить сына и старшего брата. У школьников как раз начались весенние каникулы, так что Томлинсоны решили выбраться в столицу и немного погостить у Луи. Не то чтобы шатен был против, вовсе нет, но теперь ему придется знакомить Гарри с семьей (к чему он определенно не был готов), и он не уверен в том, как должен представить парня - друг? Знакомый? Сожитель? Бойфренд? Возлюбленный? К тому же, у него всего две комнаты, что значит лишь одно: мама с девочками будет спать в одной, а они со Стайлсом в другой (они, в общем-то, так и делали весь последний месяц, но об этом никому знать не обязательно), и снова неловкость захлестывает его с головой - как объяснить маме, почему они делят одну кровать на двоих? Так что, да, неожиданный визит принес мало хорошего хозяину дома. Чего не скажешь о Гарри - парень буквально в первые же десять минут пребывания Томлинсонов в доме влюбил в себя всех представительниц женского пола: от Джоанны, которая назвала мальчика «галантным и воспитанным юношей», до малышек Фиби и Дейзи, которым он вручил по леденцу и пообещал испечь вкуснейший торт на ужин - радостные девочки бросились ему на шею в знак благодарности и обняли крепко-крепко, до хруста костей. Луи не мог поверить в то, что этот чудесный парень, который может поладить с каждым (для него не составит труда добиться расположения сумасшедшего убийцы или несносной продавщицы в магазине за углом их дома, он уверен), сейчас с ним, готовит ему, убирает, поет и целует в макушку перед сном, и это совершенно удивительно, он удивительный, и шатену хочется плакать из-за того, что все так несправедливо, и они потеряли столько времени, - двадцать три года и три месяца, если быть точнее, - находясь порознь. И Луи чувствует себя чуточку более храбрым, и бесконечные расспросы матери больше не кажутся такими ужасающими, и мир становится немного ярче, когда Гарри просто рядом и просто держит его за руку, улыбаясь так, словно Томлинсон - все, что ему нужно в жизни, как бы говоря: «Я здесь, и всегда буду, ради тебя».

***

- Ты должен пригласить его на свидание, - добродушно советует Лиам, слишком увлеченный поеданием яблочного пирога, который испек Гарри. - Правда, Лу, вы ведь не маленькие дети, и то, как ты мучаешься и изводишь себя в неверии, заставляет мое сердце обливаться кровью. Просто поговорите уже, в конце концов. Все будет хорошо, я обещаю, - быстро добавляет он, когда шатен открывает рот, чтобы возразить и в который раз усомниться. Луи хмурится, очевидно, немного обиженный на друга за его бестактность, но молчит, давая тому возможность закончить. - Я просто хочу своего старого Томмо обратно, знаешь, того, который много смеется, вечно шутит и ругает Найла за разбросанные вещи по всей квартире, - его взгляд полон любви и заботы, так что у Луи нет другого выбора. Он кивает, и Лиам улыбается так широко, что его лицо, скорее всего, вот-вот треснет пополам от переполняющей его радости. И Томлинсон не станет разбираться с этим, ну уж нет.

***

Луи решает, что зоопарк будет лучшим решением его маленькой проблемы. Гарри любит животных, а Томмо любит Гарри. Все должно пройти хорошо. И когда у него на руках есть два билета, он немного взволнован (потому что кто бы не был на его месте) в предвкушении предстоящего свидания. Он правда надеется, что все будет нормально. Очень надеется. Одним поздним вечером он сидит на диване в гостинной и смотрит шоу Джеймса Кордена по национальному телевидению, когда Гарри возвращается домой, и Луи решает, что сейчас - лучшее время. Он откашливается и просит парня подойти, предварительно поприветствовав его. Минута кажется вечностью, но вот кудрявый мальчик заходит в комнату и плюхается на диван рядом с Томлинсоном. Его глаза горят неприкрытой радостью, и шатен знает, что он хочет что-то рассказать. - Что, Гарри? - тяжело вздохнув, спрашивает Томмо. - Ничего, - быстро отвечает младший парень, нетерпеливо ерзая на диване и похлопывая ладошками по коленям. Томлинсон вскидывает брови - Стайлса так и распирает желание поделиться чем-то определенно приятным с ним, но он продолжает делать вид, что не понимает, о чем речь. - Серьезно, я не первый день тебя знаю, выкладывай, - кажется, это прозвучало немного резковато, но пылу Гарри, тем не менее, явно не убавило. - Завтра в Лондон приезжает Эд, представляешь? - Луи мог поклясться, что зеленоглазый подпрыгнул на диване от восторга, и вот-вот начнет хлопать в ладоши от чистого, безграничного счастья. - Не могу поверить, что наконец увижу его! Я так соскучился по нему, Бу! Оу. Соскучился, значит. Пожалуй, зоопарк подождет. - Звучит замечательно, - шатен выдавливает слабую улыбку и прячет глаза в пол, чтобы кудрявый не смог увидеть в них боль и разочарование. Внутри что-то обрывается и стремительно летит вниз, разбиваясь на тысячи осколков (кажется, это его сердце). Действительно, он ведь никогда не спрашивал, есть ли у Гарри парень... ну, теперь он сам нашел ответ на свой вопрос. Вот все и разрешилось.

***

Луи заваливается в квартиру Зейна следующим вечером абсолютно пьяный, злой, проклинающий весь мир и одновременно пытающийся стянуть свои ботинки. Затея заранее была обречена на провал, так что Томлинсон с грохотом падает мгновение спустя и приземляется прямехонько на свою очаровательную пятую точку. Когда он поднимает взгляд на Малика, брюнет уверен, что тот вот-вот расплачется, поэтому ловко подхватывает его на руки, словно невесту (Луи наотрез отказывается признавать это), и осторожно несет на диван, укладывая на мягкие подушки и укрывая пушистым одеялом, присаживаясь рядом после. Томлинсон устраивает голову на груди друга и шмыгает носом, отчаянно пытаясь не разреветься, как последняя девчонка, быстро-быстро моргая несколько раз подряд. Его жизнь - такое дерьмо. - Лу-Лу, - осторожно начинает Зейн, обвивая хрупкое тельце голубоглазого руками, подсознательно пытаясь защитить его и отгородить ото всех, забрать частичку его боли себе. Луи действительно не понимает, чем заслужил такого прекрасного друга. - Его зовут Эд, он рыжий и улыбчивый, а еще у него куча татуировок и веснушки, - отстраненно говорит шатен, стараясь не вспоминать их знакомство и то, как он стал случайным свидетелем их с Гарри воссоединения, полного радостных воплей, крепких объятий и теплых улыбок. Последняя надежда на то, что парень мог оказаться дальним родственником (всех кузенов Стайлса он знал), одноклассником или другом детства кудрявого, испарилась в тот момент, когда краем глаза Томлинсон увидел маленькую бархатную коробочку, которую гость робко преподнес зеленоглазому, тихонько произнося, вероятно, те самые заветные слова, и последний находился на грани обморока, отчаянно пытаясь не завизжать на весь дом и беспорядочно нашептывая что-то дрожащими губами. Не дожидаясь момента, когда новоиспеченные женихи бросятся в жаркие объятия друг друга, Луи схватил куртку с вешалки и вылетел из квартиры как можно быстрее, подавляя нарастающее внутри желание броситься под колеса первого проезжающего мимо автомобиля. - Они прекрасная пара, я уверен, они будут счастливы вдвоем, - срывающимся голосом заканчивает мальчик, и Зейну больше не нужно объяснений - он притягивает друга еще ближе и оставляет легкий поцелуй на его щеке. И в том, чтобы несколько минут побыть сопливой девчонкой, нет ничего плохого, решает Луи, давая наконец волю слезам.

***

Он остается у Зейна на ночь, а потом еще на одну, и еще, и так проходят пять дней его жизни - не самым лучшим образом, потому что он все еще разбит, но могло бы быть и хуже, если бы он, к примеру, отдал предпочтение гордому одиночеству и холодной, твердой скамейке в парке около своего дома. Малик кормит его, отправляет в душ время от времени, гуляет с ним по ночному городу, делает сладкий чай и много-много обнимает, и Луи хочет провести с ним вечность. Потому что он не уйдет, не оставит, не предаст, не бросит ради кого-то другого. Мальчик благодарит Бога каждую ночь за то, что тот послал ему спасение в паре медовых глаз, таких пронзительных и заботливых, теплых и понимающих. Он знает, что с поддержкой Зейна сумеет пройти через это гораздо быстрее. Лиам и Найл тоже бывают здесь иногда, обычно с кучей вредной и калорийной пищи и какими-то совершенно бессмысленными комедиями, которые, ко всеобщему удивлению, действительно заставляют его чувствовать себя лучше. Друзья позаботились о нем. Он отключил телефон в первый же вечер, когда находился в баре и пытался заглушить режущую, острую боль внутри алкоголем. Он также знает, что Гарри искал его, звонил ребятам и был на грани нервного срыва, но Лиам предельно ясно дал парню понять, что стоит ему только заявиться на порог квартиры Зейна, и он лично убьет его. Луи клянется, что лучших друзей ему не сыскать на всем белом свете.

***

Одним дождливым субботним вечером Луи решает, что должен уехать на какое-то время. Стены начинают давить на него, и он нуждается в свободе, в том, чтобы побыть вдали от этой городской суматохи и серых будней Лондона. Он хочет навестить своего старого друга Стэна, который уехал учиться в Шотландию, и лучшего повода для того, чтобы повидаться с приятелем, по компании которого он успел откровенно соскучиться, просто не было. Ребята безоговорочно поддержали его затею, толкуя о том, что смена обстановки пойдет ему на пользу, и решение было принято единогласно - завтра он отправляется в путь. Осталось только заскочить домой и собрать сумку - билет он купит прямо на вокзале. Луи пытался отправить кого-то из парней к нему в квартиру за вещами, но все они наотрез отказывались выполнять его просьбу, аргументируя это тем, что вечно избегать Гарри он не сможет, и что это, в конце концов, его квартира, так какого черта он должен прятаться? Шатен понимал, что они правы, но не мог ничего поделать с колотящимся в груди сердцем и дрожью в коленях при одной мысли о том, что может застать Гарри и Эда за чем-то... грязным и непристойным на его диване или, чего хуже, кровати. Найл пообещал, что если это действительно случится, он собственноручно оторвет Стайлсу член и запихнет ему в глотку, и не то чтобы Луи чувствовал какое-то облегчение из-за этого. Так или иначе, воскресным утром Томлинсон стоит на пороге собственной квартиры в полном оцепенении и страхе, туго стягивающем грудную клетку и мешающем такому необходимому кислороду поступать в легкие. Он закрывает глаза, мысленно считает до трех и делает первый шаг вглубь дома, который кажется чужим, холодным, забытым. Пройдя в гостинную, он замечает спящего Гарри, который свернулся калачиком в кресле и крепко прижимал что-то к груди (один из свитеров Луи), и сердце шатена болезненно заныло, потому что нет, зачем, он не должен был этого делать. Лицо парня выражает беспокойство: его губы сомкнуты в тонкую линию, брови нахмурены и сведены к переносице, а глубокие мешки под глазами и болезненно бледная кожа дают понять, что он, скорее всего, не спал последние несколько суток. Луи с трудом отводит от него взгляд и медленно направляется в сторону своей комнаты, стараясь как можно тише ступать по скрипящему полу. И, конечно же, кто он такой, чтобы противостоять судьбе, потому что в этот самый момент Стайлс распахивает свои удивительные зеленые глаза и замечает шатена, виновато уставившегося на него в ответ. Ему требуется секунда или две для того, чтобы оказаться рядом с голубоглазым мальчиком и умоляюще взглянуть в его бездонные светло-синие океаны, не решаясь прикоснуться, обнять или хотя бы взять за руку. Кудрявый переминается с ноги на ногу и что-то увлеченно обдумывает, захватив нижнюю губу зубами, а Луи лишь стоит и наблюдает за его действиями, не в силах развернуться и уйти, убежать, сломя голову, и никогда больше не возвращаться к нему. - Луи, - наконец, нарушает тишину Гарри, его голос пропитан болью и сожалением, - Лу, посмотри на меня, - несмело просит он. Шатен поднимает глаза на кудрявого, и последний вздыхает с облегчением: в его взгляде так много всего - обиды, растерянности, грусти, недоверия, тоски, но в нем нет ненависти, а значит, все еще можно исправить. - Я не знаю, что случилось, и почему ты игнорировал меня почти неделю, но я хочу, чтобы ты знал: эта неделя была одной из худших в моей жизни. Я- я боялся, что потерял тебя, - голос мальчика задрожал, и он устремил взгляд в пол. Луи хочет обнять его так сильно прямо сейчас, и плевать, что тот разбил ему сердце, потому что Томлинсон - настоящий идиот, и он до сих пор любит его всей душой, и смотреть на то, как парень перед ним убивает себя чувством вины, - выше его сил. Он медленно берет его за руку и сжимает пальцы в знак поддержки, а Стайлс поднимает на него полные слез глаза и, помедлив пару мгновений и глубоко вздохнув, продолжает. - Что бы я не натворил, мне очень жаль, правда, Лу, и я просто хочу, чтобы ты вернулся. Я никогда еще не чувствовал себя так... одиноко, и это больно, поэтому прошу тебя, пожалуйста, не оставляй меня больше, ладно? Я сделаю все, что захочешь, и я обещаю впредь никогда не причинять тебе боль, ведь мне самому от этого еще больнее, и, черт, я несу какую-то чушь, - он шепчет быстро-быстро, будто боится, что голубоглазый в любую секунду развернется и уйдет, а он еще столько всего хочет сказать ему, столько всего накопилось в его истерзанном сердце, что он просто боится не успеть. - Почему ты спал в кресле? - тихо спрашивает шатен, устремляя взгляд на их сплетенные руки. - Я не мог спать в твоей кровати, - так же вполголоса отвечает зеленоглазый, - она пахнет тобой. Я чувствую твой запах, но не ощущаю твоего тепла. Тебя, лежащего рядом. Это казалось таким... неправильным. Я думал, что сойду с ума. Луи тяжело сглатывает и переводит взгляд на лицо напротив, такое родное и любимое, и тысячи фейерверков взрываются в его сознании прямо сейчас. Он совсем запутался. - Гарри, - дрожащим голосом начинает он, и Стайлс поднимает заплаканные глаза на него вновь, - а где Эд? Кудрявый мальчик хмурится, и очаровательная складочка залегает между его сведенных бровей. Луи мечтает поцеловать ее. - Эд? - удивленно переспрашивает он. - Он уехал в Холмс-Чапел в тот же вечер, когда пожаловал к нам, а что? - В Холмс-Чапел? - настала очередь шатена удивляться. - Твой родной город? - Именно, - настороженно отвечает Стайлс. - Луи, что произошло? - он выглядит обеспокоенным, и, кажется, клубок мыслей в голове шатена спутался окончательно. - Он ведь сделал тебе предложение, почему он уехал? Еще и без тебя? - его взгляд немного потух, а вот глаза кудрявого стали размером с теннисные мячики. - ЧТО? - воскликнул он, но, встрепенувшись, уже более спокойно добавил: - Кто тебе сказал такую чушь? Он не делал мне предложение, Луи! Кажется, Томлинсона держат здесь за идиота. - Ты, он, диван, маленькая бархатная коробочка, невнятный шепот, слезы в твоих глазах, - начиная раздражаться, перечисляет Томмо, надеясь побыстрее разобраться с этим. - Никогда не считал себя Шерлоком, но тут и дедукции не надо, чтобы сложить дважды два и понять, что к чему. Еще несколько секунд Стайлс смотрит на него недоверчивым взглядом, а затем его лицо расплывается в широченной улыбке, и он вмиг становится таким счастливым и беззаботным, и Луи кажется, что он вернулся во времена их первой встречи - он будто бы влюбляется в своего прекрасного мальчика заново. - Поэтому ты ушел и избегал меня? Думал, что я выхожу замуж? Господи, ты идиот, Лу, - он отпускает руку Томлинсона и, не боясь больше, заключает его в крепкие объятия, утыкаясь носом в шею и вдыхая любимый запах, уже въевшийся под кожу. - Эд - мой хороший друг и по совместительству парень моей старшей сестры, Джеммы. Они вместе около четырех лет, и Эд очень любит ее, так что он решил сделать ей предложение. Так как он певец и часто в разъездах, видятся они довольно редко, и он подумал, что после свадьбы сможет брать ее с собой в тур и не отпускать больше ни на шаг. Он приехал в тот вечер сюда, потому что для начала хотел получить мое благословение, и он показал мне кольцо, которое купил для Джеммы, оно восхитительное, знаешь? И я вовсе не плакал тогда - я лишь был безумно рад за них и не мог поверить в то, что моя маленькая сестренка давно выросла и скоро станет женой, а позже и матерью, - бубнит он, и Луи абсолютно точно собирается набить себе на лбу табличку с надписью «неудачник года», потому что, черт возьми, его Гарри все еще его. - Она старше тебя, а ты зовешь ее маленькой, - он улыбается в кудрявые волосы и притягивает мальчика к себе за талию. Он никогда не был более счастливым. - Заткнись, - бормочет Стайлс и кусает его в шею, а Луи щипает его за бока, отчего последний взвизгивает, и тогда они наконец целуются. Долго, мягко, нежно и медленно, и в том поцелуе - немое «прости» от Луи и молчаливое «все в порядке» от Гарри. Они всегда понимали друг друга без лишних слов. - Сегодня у Эда концерт в Лондоне, - оторвавшись от сладких губ напротив, говорит зеленоглазый, - хочешь пойти? - Хочу, - нетерпеливо отвечает шатен и вновь припадает к пухлым губам младшего парня. Он слишком сильно соскучился, чтобы отвлекаться на глупые и ненужные разговоры, когда кроме них двоих все вокруг не имеет никакого значения.

***

- Спасибо всем, кто посетил мой концерт сегодня, и спасибо за вашу поддержку, ребята. Последней я хотел бы исполнить одну из новых песен, которую написал буквально несколько дней назад. Она о моем лучшем друге, который влюбился в своего лучшего друга и обрел долгожданное счастье. Помните, что любовь равна, и вы влюбляетесь в человека, а не его пол. Будьте толерантны и добры ко всем, не делите мир на черное и белое. Песня называется «Kiss me». Надеюсь, вам понравится. Первые аккорды расправляют крылья и плавно взлетают ввысь, парят в воздухе легко и грациозно, погружая всех в атмосферу уюта и умиротворенности. Песня действительно прекрасна, но особенно она прекрасна для двух молодых людей, которые стоят в обнимку в первых рядах и понимают, что она - о них. Луи закрывает глаза и отдается музыке, вслушиваясь в слова и стараясь уловить смысл, а Гарри продолжает покрывать его шею поцелуями, обнимая шатена со спины. Где-то из-за кулис им машет счастливая Джемма, на безымянном пальце левой руки которой красуется маленькое колечко, и все наконец именно так, как должно быть. - Будь моим парнем, Гарри Стайлс, - вдруг выпаливает Луи и открывает глаза, разворачиваясь в объятиях и укладывая руки на талии зеленоглазого. Юноша улыбается и целует его в щеку, прижимаясь к родному телу ближе. - Я люблю тебя, Луи Томлинсон. И в тот момент Луи понимает, что нашел нужного человека, того, кто будет рядом всегда - во времена взлетов и падений, радости и печали, счастья и отчаянья, кто даст ему понять, что он любит и любим. Возможно, когда-то Луи наденет обручальное кольцо на пальчик Гарри, будет заплетать косички их дочери и играть в футбол с их сыном, кто знает. Сейчас же он благодарит судьбу и своих лучших друзей за то, что они помогли ему найти тот свет, который будет озарять его жизненный путь. Он обрел частичку своей души, свою вторую половинку. Свою любовь.