И целая жизнь из фальши и страха

      Прошло три дня, и Руслан так и не решил, что ему делать дальше. Он несколько раз брал телефон в руки, чтобы позвонить Дане, но тут же откладывал его. Что говорить? С чего начать? И нужно ли вообще начинать?       Эти три дня были для Руслана самыми тяжелыми с времен тура. Когда он шел в эту анонимную группу — не мог даже представить, что встретит там Даню, который как бы должен быть в Питере. Руслан тонул в своих чувствах и эмоциях, не имея возможности как-то их идентифицировать и классифицировать. Все навалилось, словно снежный ком, накапливающийся долгое время, и была вероятность, что из-под этого завала уже не выбраться.       За три дня парень не сделал ничего нормального. Он не мог снимать, не мог есть, не мог спать, не мог просто находиться в квартире, а по улицам ходил, оглядываясь по сторонам, боясь увидеть знакомые глаза. Люди, которые окружали Руслана стали замечать чрезвычайно странное поведение парня. Катя, его девушка, даже пыталась поговорить с ним, но это не возымело успеха. Он просто ушел. Молча.       Сейчас Руслан сидел в каком-то незнакомом баре и пытался найти в себе силы, чтобы позвонить Даниле. Или просто написать сообщение. Он прекрасно сознавал, что дальше молчать не имеет смысла, что нельзя все оставлять так, как оно есть, что необходимо расставить все точки. Все это Вихлянцев отлично понимал, но не хватало сил собраться с силами и позвонить. Что уж там, он не мог даже смс написать. Уже несколько раз были набраны и тут же удалены несколько сообщений. — Так ты, Усачев, пить и не научился, — раздался откуда-то сверху до боли знакомый, приятный голос с язвительными интонациями. — Чего пиво греешь? — Тебя только тут и не хватало, — Руслану даже не нужно было поднимать голову, чтобы узнать, что позади него стоит никто иной как Илья Давыдов, более известный как Мэддисон. — Ну раз я тут, значит не хватало. Присесть можно? — видеоблоггер пожал плечами, что было расценено, как согласие, и Илья сел за столик. — Расскажешь, что привело тебя в один не из самых престижных баров столицы, или так и продолжишь гипнотизировать свой телефон? Раньше ты хоть что-то с ним делал, а сейчас просто пялишься на черный экран. Деградируешь? — Мэд усмехнулся. — Всегда знал, что твой образ жизни приведет к этому. Но даже на это Руслан никак не отреагировал, что насторожило Илью. — Так, мистер ослепительная улыбка, мы с тобой не виделись дохуя сколько времени, но я все еще помню, что если ты впадаешь в такое состояние зомби-тушканчика — значит случилось что-то серьезное. Поведай дяде Мэддисону, что тебя тревожит — он разрулит, — Давыдов ослепительно улыбнулся, но на него даже не посмотрели. Нужно было что-то делать. Даже спустя несколько лет, после того, как они с Русланом разорвали все связи, он чувствовал какую-то внутреннюю ответственность за этого человека. Почему это происходит, Илья не знал. — Так, это не мой текст, — нужно было импровизировать и продолжать говорить всякую чушь, что должно было рано или поздно вывести Усачева из неведомо откуда взявшегося ступора. — Ну и ладно. Знаешь, я, наверное, вернусь в дело. Снова захвачу трон и верну титул Короля, который у меня так несправедливо отняли. Будем опять с Хованским засерать просторы Ютуба, и миллионы школьников будут смотреть нам в рот и проглатывать любую чушь, что мы скажем. И буду про тебя слухи распускать, чтобы меньше грузился по всяким пустякам, а то сидишь тут... — договорить ему не дал Усачев, одним глотков осушив бокал с пивом, которое давно нагрелось, и еще немного и приблизилось бы к температуре закипания. — Какая дрянь, — Руслан поморщился. — Никогда не понимал, как ты пьешь эту гадость. Да и вообще не понимал тебя. Но это, наверное, карма у меня такая. Ты, Илья, зачем пришел именно в этот бар? Я специально скрылся тут, чтобы никто не нашел. Но вот, видно, не рассчитал или забыл, что ты любишь посещать такие местечки. Как это все иронично-то! — парень совершенно не хотел рассказывать Илье все, что происходило с ним в последнее время. Ему, для того, чтобы прийти на анонимное собрание, понадобилась вся смелость, а тут человек, которой знает тебя как себя самого, человек, история общения с которым была не самой простой в жизни. Добровольно Руслан никогда бы не обратился к нему. Ни-ког-да. Но судьба, очевидно, считала иначе. Сейчас Руслан был готов уверовать даже в Бога. Ведь присутствие Мэддисона в этом баре можно было рассматривать, как наказание за грехи и отсутствие веры. Еще большее наказание, чем поступок Поперечного. Не знак ли это свыше? Они не виделись больше года, и это внезапное столкновение — знак. Именно так решил для себя Руслан, именно так он оправдал то, что делал и говорил потом. — А Ксюша дома? — спросил видеоблоггер, посмотрев на Мэда. Тот удивился, но ответил достаточно спокойно и как-то серьезно. — Нет, она уехала. — Хочешь напиться? — без промедления Вихлянцев задал следующий интересующий его вопрос. Пьяный Илья был идеальным собеседником — он не помнил большинство услышанной информации. Или мастерски делал вид, что не помнит. В любом случае, после пьяных разговоров с ним «по душам» и «за жизнь», не было ни сплетен, ни утечек информации. Это вполне устраивало. — Хочу, мой друг, — Илья старался говорить бодро и весело, но было заметно, что такое поведение старого знакомого его настораживало. - Тогда в магазин, а потом к тебе, — Руслан не очень уверенно встал из-за стола и направился к выходу из бара. Давыдову ничего не оставалось, как последовать за ним. Он уже боялся представить что такого могло произойти, если Руслан предполагает напиться, причем сам хочет принимать в этом непосредственное участие. Давыдов прекрасно знал, что Руслан далеко не тот милый непьющий мальчик, каким хочет казаться для зрителей: он употребляет алкоголь и иногда матерится, даже пару раз на вписках курил. Но чтобы так целенаправленно желать напиться — это что-то новенькое. Не мог же человек просто так сильно измениться? Или мог? Если изменился — что этому поспособствовало?       Пока Илья, погрузившись в свои мысли, искал причины такого нестандартного поведения некогда друга, Руслан вызвал такси, и сейчас они в полнейшей тишине ехали до какого-то магазина, где горе-алкоголик собирался закупаться.       В самом магазине творилось что-то необъяснимое: Усачев буквально сметал с полок алкоголь, причем в таких количествах, словно готовил вечеринку на пару десятков человек. Сначала Мэд просто наблюдал за происходящим, но потом заметил, что Руслан не совсем контролирует себя и убрал из тележки несколько бутылок, добавив какой-то нарезки и прочей закуски. А вот купленный на кассе блок «Winston» ввел в ступор даже Илью.       Дорогу до дома Давыдова они также провели в тишине, каждый погруженный в свои мысли. Руслан думал, правильно ли он поступает, пытался понять, сможет ли справиться со случившимся сам, даже подумал том, чтобы все бросить и просто пойти к психологу. Но эту мысль он откинул сразу же, поскольку это могло бы повлечь за собой нежелательные последствия — как ни крути, но действия Дани носили незаконный характер. Илья точно не побежит в правоохранительные органы, чтобы добиться справедливости. Да и, если честно, Мэд мог даже сказать что-нибудь умное. Сам же Илья думал о том, насколько изменился Руслан и гадал, какая хуйня довела всегда милого и приветливого парня до такого состояния. Он благодарил всех богов за то, что они направили его сегодня в тот бар. Спонтанное желание сходить именно туда было словно предзнаменование. Давыдов даже не мог представить, что бы случилось, не приди он в тот бар. Мало ли какие мысли забрались бы в эту голову.       Из размышлений парней вырвал таксист. — Приехали, — Руслан хотел рассчитаться, но Илья сделал это быстрее, отдав мужчине деньги и мысленно поблагодарив того за то, что не стал навязываться с разговорами.       Когда они оказались в квартире, стало как-то неуютно. Илья прошел на кухню, где слишком медленно стал расставлять на столе выпивку и закуску. Руслан просто сел на табурет и смотрел в пол, периодически тяжело вздыхая. Стоило хозяину квартиры разлить первые порции алкоголя, как Вихлянцев выпил залпом и поморщился. Напиток теплом разлился по телу. Стало немного проще. Легче. — А ты всегда был прав на мой счет, — усмехнувшись, сказал Руслан и потянулся за бутылкой, чтобы налить себе еще. Илья хотел пошутить, но, внимательнее присмотревшись к неожиданному собутыльнику, понял, что не стОит.