И целая жизнь из фальши и страха

      Звонок от Мэддисона был для Данилы весьма неожиданным. Сказать, что они не общаются — значит сильно приуменьшить. Знакомство не задалось с самого начала. Поперечный сильно ревновал. Его бесило то, что Руслан с Ильей что-то мутят совместно, что-то делают. Вся эта шумиха ради пиара, все эти взгляды, все улыбки... бесили. А эти откровенные заигрывания? Даня просто терял контроль в такие моменты.       Очень сильно повлиял на его жизнь один опрометчивый поступок. Даня подошел и сказал Илье фразу, которая в дальнейшем изменила все. — Зачем он тебе нужен? — Спуну казалось, что в тот момент выглядел очень сурово. — Оставь Руслана в покое. Ты ему не компания.       Именно после этого в жизни Данилы Поперечного начался ад.       Уже сейчас, находясь в поезде, Даня анализировал произошедшее и понимал, что как раз все изменения с Русланом стали происходить именно в то время. Непонятный раскол между весьма дружными Усачевым и Мэддисоном был для всех полной неожиданностью, ведь пиар — пиаром, а разорвать все контакты в один момент — это уже серьезно. Руслан так никому ничего и не рассказал. Эта тема была под запретом, а любое упоминание Мэда вводило молодого блоггера в депрессию. А потом он начал меняться.       Сейчас Спун был в замешательстве. То, что происходило последние несколько лет — казалось самой ужасной картиной, какую только можно представить. Это получается, что он сам, собственноручно разрушил жизнь дорогого ему человека, разрушил свою жизнь, так еще и станцевал на руинах.       Что могло понадобиться Мэду — Даня не знал, но воспользовался этим предложением, как поводом поехать в Москву. Может быть, удастся встретиться с Русланом, что намного важнее Мэддисона с его проектами.       Выйдя из вагона, Даня остановился и осмотрелся по сторонам. Раньше он любил этот город. Раньше ему тут было легко. Раньше он мог без лишних вопросов приехать в гости к Мише или Руслану, а сейчас приходилось цепляться за малейшую возможность, только бы попасть в этот город.       До дома, где живет Илья, Спун добрался быстро. Уже поднявшись на нужный этаж, он замер перед дверью. Элементарное действие — нажать на звонок, вызывало невероятное затруднение. Какое-то странное предчувствие сдавило грудь. Только он поднес палец к дверному звонку, как дверь открылась, а на пороге стоял Руслан. Даня от неожиданности, сделал шаг назад. — Ты? — выдохнул он. Усачев стоял неподвижно. — Что ты тут делаешь? — Усачев, ты опять дверь не закрыл? — послышалось из квартиры. Руслан вздрогнул — Сколько бы лет не прошло, ничего не меняется, — В дверном проеме появился Илья. — О, здрасте, — усмехнулся он. — Ну, проходите, голубки, обедать будем.       Руслан проследовал за Мэдом. Вняв настойчивой просьбе хозяина квартиры, он шёл выносить мусор, и не был готов увидеть Данилу. Даня вообще не знал, что говорить. Он не представлял, что Руслан вообще делает тут.       Им троим было тесно на кухне. Вихлянцев тут же занял облюбованный им табурет у окна и потянулся к пачке сигарет, как получил по рукам от Ильи. Даня смотрел на это все с недоумением, пытаясь понять, что тут вообще происходит. — Итак, сегодня мы здесь собрались, — начал Мэд. — Чтобы раз и навсегда разобраться с той хуйней, что между вами происходит. — Эксперт, — попытался высказаться Руслан. — Заткнись, — не дал ему этого сделать Илья. — Говорить будете тогда, когда я разрешу. Так вот, о чем это я? — он сделал вид, что задумался. — Ага, о том, что совершенно случайно я был втянут в эту малоприятную историю. А поскольку я человек добрый, то не могу все бросить так, как есть. Не знаю, правда, почему, но не суть. Я вас сейчас оставлю. Постарайтесь не поубивать тут друг друга. Если вы не придете к хоть какому-нибудь соглашению, буду вмешиваться я.       С этими словами он ушел, оставив парней одних. Руслан все же взял сигарету и прикурил. Даня смотрел на это и не верил своим глазам. В кухне повисло неловкое молчание. Парни понимали, что им нужно поговорить, но не знали с чего начать. Первым тишину нарушил Даня. — Не знал, что ты куришь, — сказал он как-то тихо. — Я тоже, — Руслан на него даже не посмотрел, предпочитая рассматривать маленькую дырочку на носках в районе большого пальца. — А... — Поперечный запнулся, не зная, как построить правильно предложение. — Почему здесь? — Тебя это действительно волнует? — Я же спросил, — вся эта ситуация сильно напрягала. Полное безразличие со стороны Руслана, то, что они сейчас находились на кухне у Мэддисона, то, что тот все знал, то, что эта встреча наверняка была подстроена, то, что Руслан снова общается с Ильей. Раздражение снова дало о себе знать. Спун закусил губу и постарался успокоиться. Он понимал, что если сейчас испортит все еще больше — второго шанса судьба может ему и не предоставить. — Спрашиваешь, значит, — Руслан поднял голову и пристально посмотрел на Даню. — А что же ты тогда меня ни о чем не спросил? Просто взять то, что хочется и все — вот так ты спрашиваешь, — говорил он тихо, почти шепотом. Недокуренная сигарета оказалась в пепельнице. — А знаешь, мне было больно. Да почему было? Мне и сейчас больно. Больно от того, что так поступил человек, которого я считал другом. Больно от того, что доверял тебе, как себе, а ты растоптал это доверие и выкинул. Казалось бы, друзья — это те, кто помогут, те, кто поймут. А у меня, оказывается, нет друзей. Дань, вот скажи, зачем ты так? Почему ты это сделал, я понял из твоего рассказа, но я не понимаю, зачем. Неужели тебе стало легче? А может быть, это помогло тебе выбраться из того дерьма, в которое ты себя загнал? Хотя можешь не отвечать, я сам. Ты предпочел уйти еще глубже, так еще и других тянешь за собой, — Тут Руслан изменился в лице: в глазах мелькнула злость, а губы исказились в кривой ухмылке. — Как у тебя с девушкой? Счастлив ли ты? Каково ложиться с ней в постель? С ней ты тоже настолько груб? И как? Ей нравится? — слова парня буквально сочились ядом. Сейчас он меньше всего походил на испуганного и потерянного парня, который не мог совладать со своим страхом полгода назад. Сейчас он сам хотел сделать больно и это у него прекрасно получалось.       Поперечный закрыл глаза и сделал глубокий вздох. Руслан всегда умел подбирать правильные слова, о чем прекрасно знал, и умело пользовался этим умением. — Прости, — выдохнул Спун. — Прощение тебе следует просить не у меня, — ответил Руслан. Взгляд его стал непроницаемым, а голос холодным. — Прости меня, — Даня опустился на колени перед парнем. — Я совершил самый отвратительный и ужасный поступок, который только мог. Я невероятно сожалею о том, что сделал, — на его глазах выступили слезы. — Я не представляю, как могу искупить свою вину. Случившегося не отменить, я понимаю, но Руслан, пожалуйста, дай мне шанс. Просто не выбрасывай меня из своей жизни. Пожалуйста. — Удивительно, как все может измениться, — Руслан протянул руку и стер слезу с щеки Спуна. — То я плакал и просил тебя не делать этого, а теперь ты стоишь тут и просишь меня не выбрасывать из своей жизни. Иронично, не находишь? — рука скользнула в короткие светлые волосы. — Что же ты хочешь услышать? — Руслан... — прозвучало очень жалобно. — Что? — холодно и отстранено. — Пожалуйста, — Данила выглядел в этот момент невероятно жалко. — Что пожалуйста? — Прошептал Руслан, приблизив свое лицо к лицу Спуна. Теперь между ними было всего несколько миллиметров. Дыхание друг друга обжигало. В одно мгновение стало невыносимо душно. — Не мучь меня, — практически неслышно. — Уйди, — также тихо. — Просто уйди. Из этой кухни, из этой квартиры, из этого города, из моей жизни. Просто уйди.       Теперь уже Поперечный не мог пошевелиться. Эти слова убили все, на что он когда-то надеялся. Руслан был слишком близко. Одно быстрое движение и можно было бы коснуться этих пухлых, манящих губ. Но он просто закрыл глаза и попытался выровнять сбившееся дыхание. — Зачем ты так? — Затем же, зачем и ты, — Усачев не спешил отстраняться и убирать руку, которая сжимала волосы. — Уйди. — Я уйду, — как-то совсем отчаянно ответил Даня. — Но позволь мне сделать кое-что. Пожалуйста, — и, не дожидаясь ответа, он поддался вперед и легко коснулся своими губами самых желанных губ в этом безумном мире. Невесомо, совсем невинно. Руслан дернулся и резко отпрянул. Глаза его были широко раскрыты в удивлении. Мгновение, и он уже отвернулся к окну.       Данила посмотрел на него, и какое-то внутренне чутье подсказало, что сейчас лучше уйти молча. Все, что он скажет, может только усугубить и без того непростую ситуацию. Он просто встал и ушел, постаравшись бесшумно прикрыть за собой дверь.       Руслан продолжал смотреть в окно, надеясь, что Даня не увидел его трясущихся рук и не почувствовал его предательски быстро стучащего сердца.