Гейша. Секрет настоящего

Сильные капли дождя подобно барабанной дроби отстукивали чёткий громкий ритм по черепичной крыше. Ветер бушующим порывом проносился по узким улочкам и переулкам, стучась в окна и двери, пытаясь пробраться внутрь. Тонкие и совсем молодые ветви деревьев вынужденно тянулись вслед за ним. Погода совсем разошлась. Видимо близился сезон дождей. Лишь один смелый мужчина в сером длинном плаще и соломенной шляпе с закруглёнными краями, невзирая на погодные условия, быстрым шагом старательно пробирался по улочкам. Шелестящий шум рисовой бумаги привлёк внимание женщины, сидящей за рабочим столом и внимательно изучающей финансовые отчёты. Она, оторвав свой пристальный взгляд от многочисленных цифр и букв, подняла его в сторону открывшегося фусума*. - Симойё-сан, вам письмо, - в комнату вошла юная девушка. Держа себя в низком поклоне, она протянула небольшой тёмно-серый конверт. - В такой поздний час? - Бархатный, но властный голос женщины приятно раздался по комнате. Отложив рисовую бумагу, на которой был очередной отчёт о затратах одной из гейш, в сторону, она протянула раскрытую ладонь к девушке, желая получить это самое письмо. Потоки дождевой воды стремительно скатывались с крыш, создавая нелепую имитацию водопада. Ветер был холодным и совсем не приветливым. Высокие кроны деревьев метались в разные стороны, отчаянно пытаясь подстроиться под хаотичные наплывы беснующегося ветра. - Скорее бы погода утихомирилась. - Устало выдохнула Симойё, бросив утомлённый взгляд к окну. - Это порядком отвлекает… - Развязав тонкую голубую шёлковую ленту, скрепляющую письмо, она принялась читать. «Симойё-сан, вы очень добрая и справедливая женщина и лишь вас я могу попросить об этом. Думаю, вам уже известен мой недуг и боюсь, что в ближайшие сроки мне придётся покинуть этот славный мир. Поэтому умоляю, позаботьтесь о моём сыне. Он для меня «Всё». Он моя жизнь. ….» Подчерк был ровным и аккуратным, как и всегда в любых письмах от Мисако. Чувствовалась изящная рука гейши. «…Симойё-сан, если вы всё ещё также сильно любите меня, как и раньше, то прошу, не дайте моему сыну уйти вслед за мной» Читая эти строки, выведенные угольно чёрными чернилами и содержащие в себе столь трепетные слова, Симойё почувствовало горестное щемление в груди. - Последняя просьба Мисако… - В полголоса и слегка опечаленно произнесла Симойё, отложив письмо в сторону. - Сюсай, - она тут же обратилась к девушке, сидящей всё это время у дверей. - Мне нужен адрес Мисако. Разузнай его для меня и поскорей.

※※※※※

Стройная утончённая фигура в неприметном сером кимоно с накинутым поверх плащом, сшитым из чёрного керпа, капюшон которого можно было натянуть на лицо до самых глаз, чтобы скрыться от ненужного взора, твёрдым голосом приказала юноше-рикше** остановиться близ прилежащего дома. Место, которое ей нужно было, находилось на площади за небольшим мостиком. Но подобное неожиданное появление изящной гейши на пороге такого дома в столь ранний час могло показаться подозрительным, поэтому она решила оставить повозку и дойти до него пешком. Коснувшись деревянными сабо на высокой платформе сырой земли и слегка подобрав края кимоно, чтобы не испачкать его, она направилась к нужному месту. Солнце только начинало восходить над городом, озаряя первыми лучами пока лишь черепичные крыши домов. Узкие улочки были покрыты множеством луж, образовавшихся за дождливую ночь. Лёгкий прохладный ветерок по-хозяйски разгуливал по проулкам, слегка покачивая бумажные фонари, висящие на столбах и верёвках, переплетающих улочки, и лаская влажные листья на ветвях деревьев. - Извините, не подскажете ли, - не снимая капюшона с глаз, Симойё с уважительной интонацией обратилась к сидящей за деревянным прилавком старухе. - Какую комнату снимала женщина по имени Мисако? Старуха, не спеша давать нужного ответа, пристальным взглядом оглядывала стоящую перед ней гейшу, пытаясь понять, для чего той понадобилась эта информация. - Неужели вы за её отпрыском пришли? - Неприятный хриплый голос, словно бритва, резал слух. Симойё сюда пришла лишь по просьбе её дорогой Мисако. Но забирать в окия её сына она совсем не собиралась. У неё не было ни малейшего желания нарушать столетиями установленные правила и порядки ради какого-то мальчишки, который даже элементарно прислуживать не сможет из-за своего пола. Так как ни один мужчина не имеет права находиться в окия, если, конечно, он не одевальщик или парикмахер. - Будьте так добры, - растянув губы в лёгкой улыбке, заговорила Симойё. - Скажите мне номер её комнаты, а там мы уже решим, для чего я сюда пришла. - …37. - Окинув Симойё надменным взглядом, она протянула ей ключ. Поднимаясь по хриплым и изредка поскрипывающим лестницам, Симойё окончательно решила, что сейчас она просто взглянет на мальчишку, и после наймёт для него няню или сиделку, которая, собственно, и будет заниматься воспитанием мальчика. А она, в свою очередь, лишь изредка будет интересоваться его состоянием. Преодолев узкий коридор, в котором эхом раздавался чей-то храп, женщина достигла нужной комнаты. На деревянной двери, сверху, черными чернилами была нарисована цифра «37». Отперев дверной замок длинным и слегка заржавевшим ключом, что она получила, Симойё попала в небольшую комнатку. На удивление, всё здесь было довольно чисто и аккуратно. А тёплые утренние лучи солнца, что проникали в помещение через деревянное окно, мягко оседали на полу и стенах. Письмо запоздало на три дня, а это значило, что мальчишка всё это время находился один. Пройдя вглубь комнаты, за деревянной ширмой на футоне Симойё обнаружила его. Мальчишка лежал спиной к ней, мирно посапывая и изредка ёрзая. Тёмно-пепельные локоны его волос были сальными и спутанными, а тёмно-синяя шёлковая рубаха, видимо сшитая из ткани одного из кимоно Мисако, выглядела довольно большой на тоненьких ручонках мальчишки. «…Его имя – Бэкхён. Он ещё мал, но думаю, я смогла обучить его основам поведения. Симойё-сан, на вас лишь одна надежда» - Бэкхён. - Мягкий бархатистый голос разлился по комнате подобно сладкой мелодии, - Бэкхён-кун, - женщина опустилась на корточки, и, коснувшись худенького плеча ребёнка, слегка качнула его. Мальчишка тут же пробудился ото сна. Открыв свои глазки, он медленно повернулся в её сторону. Как только пара янтарных глазок столкнулась с раскосыми глазами напротив, сердце надменной гейши тут же замерло в восхищении. Симойё ещё никогда не доводилось встречать столь очаровательного взгляда. - Извините, - мальчишка, смотря на сидящую перед ним женщину ничего не понимающим взглядом, медленно принял полусидячую позу на футоне, - Как вы попали в мой дом?.. – Мягкий детский голосок, сдержанный слегка сонный взгляд и уважительная интонация, медленно покоряли сердце взрослой гейши. Оглядывая лицо мальчишки: его спутанные цвета серебра волосы, чистые янтарные, словно восходящее солнце, глазки, слегка впалые щёчки, крошечную родинку над верхней губой справа и маленькие пухлые губки, она приняла для себя решение. Он, за столь короткий срок, настолько запал в душу Симойё, что она, невзирая на веками сложенные правила и традиции, приняла решение забрать мальчишку в свой чайный дом. - Я пришла по просьбе твоей матери, - ласковый голос женщины и мягкая улыбка вызвали неподдельное удивление на лице мальчишки. - Моей мамы? – Тот вмиг встрепенулся, и, не сводя глаз с сидящей напротив гейши, быстренько принял уважительную позу сидя. -… Вы Симойё-сан? – Неуверенно предположил Бэкхён, с огромной надеждой смотря на женщину перед ним. Осмотрев ещё раз худенького мальчишку, его тонкие запястья и изящные ручки, что так правильно и красиво лежали на его тощих ножках. Его прямую осанку, которую он так старательно держал. И его глубокие глазки, в которых, подобно водной глади ручья блистали солнечные зайчики-лучи, заблистала надежда, она поняла, что Мисако обучила своего сына прекрасным начальным техникам поведения гейш. - Да. - Медленно моргнув в согласии, ответила Симойё. - И… - Бэкхён, напрягшись всем телом и набрав побольше воздуха в лёгкие, продолжил на одном выдохе. - Вы пришли за мной? - Ты прав, - нежно улыбнувшись, ответила гейша, поднявшись на ноги. – И нам нужно поторопиться, - протянув мальчишке руку, она по-доброму улыбнулась. Взглянув на ухоженную и очень красивую кисть женщины, а после на свою, совсем противоположную её, Бэки смущённо опустил глазки. - Ну же, протяни мне свою руку. - Мягко потребовала она, продолжая одаривать дитя лёгкой ласковой улыбкой. Взглянув ещё раз на тонкую изящную ладонь перед собой, мальчик всё-таки решился коснуться её. Поднявшись с футона, Бэки покорно последовал за этой прекрасной женщиной. Мама его предупреждала, что как только Симойё-сан, управляющая домом гейш, где раньше она жила, получит её письмо, то она тот час придёт за ним. Лишь только в тот миг, когда Бэки коснулся пальчиками порога, он вспомнил про очень важную вещь, оставшуюся после смерти матери. Извинившись перед Симойё-сан, мальчишка отпустил прекрасную руку гейши. Продолжая смотреть в завораживающие раскосые глаза напротив, он сделал пару неуверенных шагов назад, а после, развернувшись, стремительно подбежал к футону, на котором до сего момента, прикрыв крепко глаза, блуждал по просторам таинственного сна. Заглянув под местами уже сбитый светло-серый футон, Бэки быстренько отыскал заветную длинную бумажную бледно-розовую коробочку, хранившую в себе воспоминание о горячо любимой маме, после чего тут же вернулся к очаровательной женщине, ожидавшей его у входа, и, смело взяв её за руку, уверенно покинул эту комнату. Деревянная дверь с тонким скрипом медленно закрылась, запирая в этой комнате старую и совсем уже не нужную жизнь Бэкхёна и его мамы. Шаги мальчишки и таинственной гейши глухим эхом разносились по узкому коридору, теряясь в многочисленных других звуках, исходящих из также расположенных на этом этаже комнат. Помещение же теперь казалось совсем пустым, будто бы жизнь, что до этого наполняла её до верхов, в образе улыбок и звонкого смеха Бэки и его мамы, их совместных вечеров, сладких сказок на ночь и многого другого, здесь остановилась, иссякла. Только лишь тёплый рассветный лучик солнца остался до последнего согревать её, по-хозяйски распластавшись на светло-сером футоне. Утро всё ещё было ранее, на деревьях только-только начали появляться птицы, а утренняя роса до сих пор покрывала сочно-зелёную луговую траву, пока ещё не торопясь становиться паром и следовать за вездесущим ветром. Ночной дождь, что так обильно окропил всё вокруг, и значительно наполнил русло необъятной реки, расстилавшейся неподалёку от окия, внёс в жизнь мальчишки новые воды судьбы, сменив поток его реки-жизни в новую необычайно таинственную сторону. Вокруг повозки не было ни единого звука. Лишь только стук деревянных колёс о сбитую гальку, эхом разносился по одиноким улочкам, окрашивая утреннюю тишину в неяркий, но новый цвет. Стук деревянных колёс совпадал со стуком маленького сердечка, заточённого в живую клетку его груди. Бэки хоть и показал себя смело и уверенно, но всё равно чувствовал огромное волнение, накатившее на него, словно безжалостная волна на прибережную рыбацкую деревушку, снося за собой всё спокойствие, от чего его детские глазки то и дело бегали от одной стороны повозки к другой. Мальчишка старался разглядеть всё как можно лучше, и его заинтересованность не прошла мимо внимательных глаз Симойё. - Ты знаешь, что это за район? – Мягко поинтересовалась она, легонько коснувшись маленькой ручки. - Понто-Чо?.. – Неуверенно предположил Бэкхён, тут же опустив свои глазки на руку женщины. Из рассказов матери Бэкхён смог предположить, что это за район, но быть уверенным на все сто процентов, что это он – нет. - Верно, - улыбнувшись, она положительно кивнула. - Понто-Чо близ Гиона, а именно квартал гейш на реке Камо. - Мягко проговорила Симойё, оглядевшись вокруг. Юноша-рикша, дотащив повозку и получив свою оплату, оставил женщину и ребёнка у ворот одного из самых больших домов, стремительно скрывшись в многочисленных проулках, опутывающих данный район, словно нити шёлковой паутины. Необъятная высокая Ива, словно таинственный страж, росла у входа в окию. По обе стороны от массивных деревянных ворот висели сиреневые бумажные фонари. За высокой оградой кроме второго этажа дома и слегка изогнутой черепичной крыши ничего не было видно. Малыш Бэки будто завороженный разглядывал место, в которое его привезли. Его сердечко ни на секунду не затихало. Он словно находился в предвкушении предстоящего, от чего не сразу заметил протянутую к нему ладонь. - Теперь это твой дом, Бэкхён. - С лёгкой улыбкой на бледно-розовых губах произнесла Симойё, протягивая одну руку ребёнку, а другой указывая на массивные ворота. *фусума - раздвижные стены. ** Юноша-рикша – извозчик, который тянет за собой повозку (чаще всего двухколёсную).