Thinking outside the box

– Япония, надо, чтобы ты за ними последил. Когда услышишь, что они пришли к соглашению, выпускай, хорошо? – попросил Германия, протягивая мужчине лом. – Конечно же, Людвиг-сан, я вас не подведу, – согласился Япония с поставленной задачей и взял инструмент. – Спасибо, Кику, знаю, что не подведешь. Вот наушники, мы положили внутрь микрофон, так что ты сможешь слышать их разговоры и будешь знать, когда пора выпускать. Ты можешь слушать из коридора, и не пострадаешь, если они смогут выбраться, – проинструктировал Германия, протягивая и аппаратуру тоже. После этого немец оставил Кику сидеть на подготовленном для того стуле. Свой маленький эксперимент страны решили провести в зале собраний, чтобы освобожденные потом не разнесли чей-нибудь дом в приступе гнева… «…Кстати, об этом, что мне делать, если они не уладят разногласия до того, как здание закроют на ночь?» Он решил решать проблемы по мере их поступления. Первые несколько минут в наушниках не было ничего слышно, поскольку снотворное ещё не прекратило действовать, но вскоре Япония услышал стон. «О, кто-то просыпается!» – подумал он и весь обратился в слух. Затем снова послышался шум, возможно, этот кто-то попытался шевелиться, но быстро прекратил. Больше никакой возни не последовало, а затем Кику снова услышал чей-то стон. – Угх… моя голова… – О, это ты, Америка? – услышал он щебет России. «Они очнулись» – подумал Япония и стал внимательно вслушиваться. После гораздо более продолжительной возни и извинений, Кику услышал нечто, что заставило его похолодеть. – Ты же не Америка, так ведь? – Что? О, н-нет, я Канада. Они похитили не ту страну. Как только Япония это услышал, он собирался войти в комнату и открыть ящик, чтобы извиниться, но услышав нечто ужасно заманчивое, он остановился. – Погоди, мои руки расположены по внешней стороне твоих бедер. Я у тебя на груди сижу? Может быть, я смогу передвинуться, чтобы тебе было удобнее. Япония рисовал людей достаточно часто, чтобы представить, как именно они там сидят. Он понимал, что поступает неправильно, но это было блестящей возможностью, такую грех упускать. Поколебавшись и вернувшись на своё место, Кику был как никогда счастлив, что воздержался от разговора, поскольку происходящее становилось всё интереснее и интереснее. «Ох! Могу поспорить, с этими его заиканиями у Канады-сана такое укешное моэ-лицо! Но застенчивый флирт России-сана тоже очень мил! Ах! Спорю, если возникнет такая возможность, из Канады-сана может получиться впечатляющий семе!» – Ты говоришь, что хочешь сидеть на мне? – Ну, я уверен, твои колени гораздо удобнее тех паршивых стульев. – Почему, как ты думаешь, я продолжаю на тебя садиться? Лицо Японии стало ярко-красного цвета, когда его разум наводнили разнообразнейшие идеи для додзинси; он определенно должен послать Венгрии копию. – Мои внутренности готовы меня убить за столь долгое просиживание здесь, несомненно, у тебя не лучше и… В этот момент Кику сидел на самом краешке стула, это было словно он смотрел на них в конце аниме, когда два героя наконец собирались быть вместе после сезонов очевидности испытываемого друг к другу влечения, и тех почти-поцелуев, которые кем-то или чем-то прерывались, и!.. – Кику! – окрик Германии с другого конца коридора заставил Японию очнуться от его мыслей. Проклятье! Он пропустил сцену признания! Почему у реальности нет кнопки обратной перемотки?! Тряхнув головой, Япония заметил бегущую вслед за Германией толпу. – Что такое, Людвиг-сан? – Кику, нам надо открыть ящик! Мы схватили его bruder Канаду, а не Америку! – распорядился Германия, пока все скользили, тормозя перед дверьми и врываясь внутрь. – Лом! – потребовал Людвиг протягивая руку. Как только Япония предоставил требуемое, Германия поддел им крышку и нажал, немного её приподнимая. После ещё одного мощного нажатия, верх слетел, демонстрируя всем две страны с покрасневшими лицами. – Мэтти! – Америка заорал второй раз, спасая брата из коробки. Япония пронаблюдал, как Альфред суетится вокруг канадца и уносится с ним прочь. – Восемь часов, da! – удивил присутствующих крик России вдогонку исчезающим из виду североамериканским странам. Видя, что всё закончилось, народ начал покидать зал. – Почему вы двое покраснели? Что произойдет в восемь, хм? – спросил Франция с хитрой улыбкой, заставив страны подтянуться ближе, чтобы услышать ответ. – Наши лица покраснели, потому там было трудно дышать, – честно ответил Россия. – Потому что у вас перехватило друг от друга дыхание? – Франция задвигал бровью, улыбаясь во все тридцать два. – Нет, потому что кто-то забыл сделать отверстия для воздуха, – заявил Иван без колебаний и начал распространять угрожающую ауру. Это сразу очистило комнату от оставшихся стран. Спешно эвакуируясь прежде, чем он начнет кол-колкать, все забыли, что Россия так и не ответил на второй вопрос. Все кроме Японии. – Элизабет?.. Ты сегодня в восемь вечера свободна?.. Скажу лишь, чтобы ты взяла свою яойную камеру. Не стоит и говорить, что не только у России с Канадой на этот вечер были планы.