Как эксперты в Хогвартс попали

Мало кто знает это, но в Федеральной экспертной службе работают самые настоящие волшебники. Они, правда, мантии не носят и палочками не размахивают, но вы не сомневайтесь: это – персонажи той же оперы, что и Гарри Поттер со своими дружками. Ну, а кто еще, по-вашему, может расследовать любое убийство при помощи центрифуги и микроволновки, в инвентарной книге значащихся под названиями: «универсальный анализатор следов преступления – УАСП - №1 и №2, а если этого не хватает – за пару часов написать нужную программу на компьютере. Некоторые при всем при этом еще умудряются думать, что все ФЭС’овцы поголовно бездари, которым не по силам преступления магического мира, но, к счастью, к этой службе они не имеют практически никакого отношения. Волшебными палочками сотрудники ФЭС пользуются исключительно в стенах служебного здания, в закрытых помещениях и при выключенных камерах наблюдения. Там, где камеры включены постоянно - в коридорах, в допросной, в кабинете Рогозиной – палочки доставать строжайше запрещено. Маглы, побывавшие в ФЭС или имеющие дело с ее сотрудниками и не догадываются, кто они на самом деле. У кого-то из ФЭС’овцев за плечами обучение в Колдовстворце, у кого – в Дурмcтранге, а Амелина так и вовсе окончила Махоутокоро в Японии – из ее сибирской глуши проще было добраться туда на волшебном «синкансене», чем в любую другую школу чародейства и волшебства, но всех их объединяет одно: они настоящие профессионалы своего дела, отдающие всех себя работе. Особенно, это касается Вани Тихонова: выпускник Дурмштранга, прошедший после дополнительный курс программирования в НИИЧаВо, работать мог сутками, обходясь почти без еды и сна, за что и получил прозвище «мальчик, который выжил» - при таком режиме работы, сам факт присутствия жизни в его тщедушном организме вызывал у местных матерых колдомедиков искреннее удивление. Именно из-за Вани и произошла вся эта история. Его пытливый ум и неуемная тяга к исследованию всех недокументированных функций казенного оборудования едва не стоили жизни всему личному составу ФЭС, находящемуся с ним в одном здании. Все началось, когда ФЭС, в начале 2015-о года, поручили расследование дела, как выразился куратор службы от МВД, генерал Султанов: «На стыке двух миров». Тогда сотрудники транспортной полиции задержали в поезде «Чита – Москва» курьера-магла с кучей контрабандных вещичек, напоминавших всевозможные безделушки из сувенирных ларьков, но сделанные из чистых драгоценных металлов и камней. Безделушки эти, правда, вскоре пропали из отделения полиции, и там о них даже никто не вспомнил. Оказались контрабандные вещи в центральном отделении ФЭС, где безошибочно определили их в магические артефакты самого разного предназначения. Так-то Тихонов и обзавелся полным набором деталей, необходимых ему для осуществления эксперимента, о котором он с детства мечтал. Ссылаясь на занятость по работе, Ваня заперся в лаборатории, показываясь оттуда лишь на планёрки и совещания у Рогозиной. Всем интересующимся, что там такое он собирает, он отвечал лишь, что проводит следственный эксперимент (что отчасти было правдой). Полностью в тайну его работы был посвящен лишь его коллега Холодов, прекрасно разбирающийся в артефактах и, по мере возможности, помогающий Ване в работе. Так продолжалось несколько недель. За это время Ваня еще больше похудел и осунулся, за что получал неоднократно выговоры от Рогозиной, сломал пару казенных волшебных палочек (нужные детали колдовской машины не всегда хотели сочетаться именно так, как того хотелось Тихонову, отчего тот весьма бесился) и выпил в буфете пару бочек крепчайшего кофе, разбавленного фирменным бодрящим зельем от Вали Антоновой. Дело, кстати, за это время с мертвой точки не сдвинулось. Ни материальных, ни магических следов преступления так и не было обнаружено. Партии артефактов еще попадались, но курьеры, везущие их, не могли сказать ничего внятного по поводу столь специфического груза, а все попытки через них выйти на какого-нибудь вышестоящего представителя преступной группировки провалились. Пытаясь вспомнить того, кто их нанял, курьеры то полностью теряли память, то сходили с ума. Волшебный аппарат был готов. Начищенный до блеска, он сверкал полированной сталью труб, хромом рычагов, золотом и серебром запрятанных в его хитрой конструкции волшебных предметов. Тихонов расхаживал рядом, с важным видом. Накануне он смог себе позволить, наконец, отъесться и отоспаться вволю, и теперь от его бледности и мешков под глазами не осталось и следа. «Этот аппарат, - гордо воскликнул Ваня, - поможет нам пронзить пространство, пройти сквозь время, прямо туда, где все эти артефакты были изготовлены». - Скажите, пожалуйста, а в магазине стенку этим вашим аппаратом можно приподнять? - раздался от входа в лабораторию голос Холодова. Да, все верно, Ваня Тихонов создавал машину времени, по типу той, что была у Шурика Тимофеева в легендарной советской кинокомедии, только, в отличие от той, настоящая и полностью рабочая, и начальнику компьютерного отдела ФЭС не терпелось проверить ее в действии. Оба программиста приступили к запуску. Ткнули кнопки, щелкнули тумблерами, привели в нужное положение рычаги. Охлаждающая жидкость побежала по трубам, запылали разноцветными огоньками лампочки на приборной панели, электрические разряды пробежались меж расставленными в стороны антеннами, от артефактов начало исходить серебристое свечение. Тихонов молча расплылся в улыбке – аппарат работал. Очертания лаборатории потихоньку расплывались, предметы теряли цвет и форму и, казалось, вот-вот уже артефакты выдадут место своего происхождения и своего создателя, как вдруг… Разумеется, по всем законам жанра, что-то пошло не так. Приборная панель задымилась и неприятно заискрила, раздался громкий хлопок, одна из труб лопнула, и из нее повалил едкий пар. Тихонов бросился к машине, чтоб ее отключить, но мощным ударом тока был отброшен назад. Очертания лаборатории так и не вернулись. Вместо них Тихонову и Холодову представился бескрайний лес со всех сторон. Они находились на обширной поляне, поросшей густой изумрудной травой, над их головами простирались густые серые тучи, из которых на землю сыпался мелкий снежок. В общем, на родной российский климат эти условия едва ли были похожи. Ну, а прямо перед их глазами находился весь личный состав ФЭС, чья смена должна была быть сегодня, и с весьма грозным видом на обоих компьютерных гениев надвигалась страшная в гневе полковник Рогозина, в сопровождении столь же недружелюбно настроенных майоров: Майского и Круглова.