Как эксперты в Хогвартс попали

Рогозина приближалась стремительно, молча, но - с видом разъяренной валькирии, готовой разодрать на куски любого, кто попадется на пути. Ваня даже без сверхъестественного чутья догадывался, что сейчас его будут бить, возможно, даже ногами. Круглов и Майский шли следом за начальницей, и вскоре им пришлось вмешаться: когда начальственный кулак Галины Николаевны уже был занесен над повинной головой программиста, Сергей крепко ухватил начальницу за руки, а Николай Петрович – за талию, и оба дружно воскликнули: «Галя, успокойся!» Впрочем, их усилия оказались тщетны: Ваня сперва спрятался за широкую спину Холодова, а после, когда понял, что это не поможет, бросился бежать от разозлившейся начальницы, бросившейся вдогонку, таща за собой повисших на ней двух подчиненных. «Майский! У тебя табельное при себе? - обрела, наконец, дар речи Рогозина, - Тихонов! Тебя расстрелять мало за такое! Угробить нас всех решил? Вот, где мы сейчас находимся?! Ты можешь сказать?» Пока Рогозина пыталась отхватить у Майского его табельный пистолет, с которым майор никогда не расставался, Тихонов вынул из кармана смартфон, чтобы запустить навигатор, но – гаджет работать отказывался. На экране была лишь рябь из черно-белых полосок. То же самое было и со смартфоном Холодова. Это значило лишь одно: магическое поле в этом месте столь сильно, что даже специальное экранирование, которое было на всем электронном оборудовании ФЭС, не спасает. Он осмотрелся снова: лес окружал поляну плотной стеной, не было видно ни просвета меж высокими, до неба, мрачными и темными стволами деревьев. Остальные сотрудники ФЭС молча наблюдали за попытками Рогозиной совершить самосуд (Майский уворачивался как мог, не позволяя начальнице отнять у него оружие) и Тихонова – избежать печальной участи. Невдалеке, будто бы не замечая никаких перемен вокруг, полсотни бойцов ОМОНа, в полном боевом облачении, завершали утреннее построение, и лишь когда их командир заметил, что они, вообще-то, не на плацу, а на лесной поляне, и дал команду рассредоточиться по периметру, разбежались, заняв каждый свою позицию, напряженно всматриваясь в чащу леса. Чаща отреагировала шелестом травы и хрустом ломающихся веток, и вскоре на поляну, под любопытные и испуганные взгляды, раздвинув мощные деревья, как пару каминных спичек, вышел мужик. Нет, даже так: МУЖИК. Здоровенный, выше любого из немаленьких бойцов ОМОНа, широкоплечий, с могучими ручищами и ножищами, с косматой гривой и длинной, клочковатой бородой, закутанный в грязное, потрепанное, украшенное разноцветными заплатами пальто, и с огромным арбалетом за спиной, на толстом кожаном наплечном ремне. На непрошенного гостя тут же был направлен десяток стволов, автоматных и пистолетных. Великан мигом поднял руки вверх, что смотрелось весьма комично. Рогозина тут же забыла, что собиралась сделать с Тихоновым и направилась прямиком к великану. Круглов и Майский уже не держали ее, и просто шагали следом. «Вот те на! – удивленно выдохнул гигант, - Это ж моя секретная полянка была. Кто все эти люди?», но говорил он по-английски, так что мало кто из ФЭС’овцев его понял. Ваня же, едва завидел великана, едва не запрыгал по поляне от радости и, уже не боясь расправы, пошел в том же направлении, что и начальница ФЭС. «Да это ж Хагрид!» - обрадованно воскликнул он. - Кто? – обернулась на голос Вани Рогозина. - Хагрид. Ну, лесник этот, - ответил сбивчиво от волнения Тихонов, - Галина Николаевна, я знаю, где мы находимся. - Ну и где же? – недоверчиво спросила она. - В Хогвартсе. – последовал ответ. «В Хогвартсе?!» - хором воскликнули едва ли не все, кто слышал Ваню Тихонова. Это известие привело всех в шок. Представители силовой структуры Российской Федерации находились там, где пребывать не имели никакого права. Назревал настоящий международный скандал. С какой стороны ни посмотри, а иначе, как диверсией, их появление в шотландских землях не назвать. На Ваню начали косо посматривать уже все, включая омоновцев, и он снова начал понимать, что его будут бить, а затем поспешил забраться на могучие плечи хогвартского лесничего, надеясь, что хотя бы там его не достанут. Рогозина достала, наконец, свою волшебную палочку и попыталась стащить Ваню с помощью заклинаний, но Тихонов держался крепко. - Хагрид, спаси, пожалуйста! – заверещал Ваня, уцепившись за поднятую руку гиганта, - отведи к начальству! Скажи, что мы с миром пришли! Говорить по-английски Ваня умел вполне сносно. Кроме него этим похвастаться могли из всех присутствующих только Рогозина, Котов и Круглов. По-русски же с хогвартским лесничим говорить было, очевидно, бессмысленно. - Эта-а-а… - задумчиво протянул Хагрид, почесывая косматую гриву той же рукой, на которой висел Ваня Тихонов, - к Дамблдору, что ли? - Как – к Дамблдору?! – Ваня был настолько удивлен, что даже забыл держаться за руку лесничего, отчего тут же плюхнулся на траву, больно ударившись копчиком, - Дамблдор же мертв! - Типун тебе на язык, парень! – Хагрид погрозил Ване огромным кулачищем, - Живой наш директор! Живее всех живых! - Как – жив? – Тихонов непонимающе уставился на великана (точнее, конечно, полувеликана) – его же Снейп прибил еще в 97-м… Лесничий ухватил Ваню за грудки, отчего ткань его лабораторного халата угрожающе затрещала, и одним рывком приподнял на пару метров над землей. - А вот на Севушку клеветать не смей. – угрожающе зашипел Хагрид, - он хоть тип и скользкий, но – свой, надежный. Дамблдор за кого попало ручаться не станет. Ладно, пошли, отведу вас к нему. Он решит, что с вами всеми делать. Не отставайте, давайте, если жить хотите. - Точно-точно! – закивал Тихонов, по-прежнему висящий в воздухе, - Запретный лес темен и полон опасностей, так что лучше делайте так, как он велит. Хагрид ломанулся обратно в лес, все так же держа Ваню поднятым над землей. Ему это было нетрудно. Вслед за ними шли остальные фэсовцы: Рогозина, Круглов, Майский, Котов, Аристов, Данилов, Шустов, вместе с женой, патологоанатом Селиванов, секретарша Аллочка – все волшебники. Еще была пара десятков человек вспомогательного состава ФЭС – те сплошь маглы – лаборанты, охранники, курьеры и прочая подобная шушера. Ну, и, наконец, омоновцы, выстроившись в колонну по двое. - Ведь это ж моя секретная поляна была, - вещал Хагрид по пути, - даже кентавры не знали. Летом загорать туда прихожу. А тут – ну, сердцем чую, - что-то не так, и кто-то на мое местечко позарился. Прихожу, а там – эти. Откуда только взялись? И еще всякое про Дамблдора говорят. На опушке Запретного леса, у самой своей хижины, Хагрид остановился и поставил Ваню на землю. «Скажи своим, чтоб не разбредались никуда, здесь стояли, - предостерег он его, - а я пока за директором схожу». И Ваня Тихонов, и все остальные, замерли в ожидании, смотря вслед полувеликану, направившемуся к воротам замка, каменной громадой возвышавшегося неподалеку. Магловская часть толпы, правда, замок не видела, ей он представлялся античными развалинами, со всех сторон утыканными табличками: «Не подходить! Опасно для жизни!», ну а волшебники-эксперты и безо всяких табличек понимали, в какую опасную ситуацию угодили.