Как эксперты в Хогвартс попали

Втащив Петтигрю в допросную, Николай и Сергей обступили его с двух сторон, а Константин остался караулить у двери. - Допрыгался, Петя. Теперь не сбежишь, – почти торжествуя, заявил Майский. - Серега, он тебя все равно не понимает, - осадил товарища Круглов. - Понимаю, начальник, прекрасно понимаю, - внезапно по-русски заговорил Хвост, - Долохов в свое время научил. - Вот и прекрасно, что понимаешь, - Майский уже в нетерпении потирал руки, - а что российские правоохранительные органы надо бояться он тебя не учил? - Тем более, - добавил Котов, - здесь мы не связаны нормами Конституции и Уголовно-процессуального кодекса, и можем с тобой сделать все, что хотим. Петтигрю затравленно озирался, боязливо косясь то на одного опера, то на другого. Долохов, еще с 50-х годов находящийся во всесоюзном розыске, действительно учил его и остальных Пожирателей, что российские (тогда еще советские) служители магического правопорядка опаснее английских мракоборцев. Неслучайно он именно в Англии скрывался от правосудия страны советов, а не наоборот. «Магадан, - он говорил, - не Азкабан, и дементоров там нет, но это только потому, что они там не выдерживают и сбегают». - Что вы от меня хотите? - наконец, спросил Питер. - Координаты дома Краучей, для аппарации, - ответил Круглов. - Я не могу, - заскулил Питер, - я обет давал. Непреложный. Я же и назвать не успею, как помру. - А не назовешь, так помрешь еще быстрее, - заорал Майский, стукнув, для пущей острастки, по столу кулаком. - Ну, непреложный так непреложный, - спокойнее отреагировал Круглов, - тогда сам нас туда приведи. - А что мне будет за сотрудничество со следствием? – осторожно поинтересовался Питер, но в ответ поймал на себе лишь тяжелые взгляды оперов, видя которые тут же замахал руками, будто пытаясь, натурально, вернуть обратно свои слова. - Что будет, говоришь? – сказал Круглов, - ты лучше подумай, что будет, если ты НЕ станешь с нами сотрудничать. Мы ведь тебя и Дамблдору можем сдать. - Или этой вашей, как ее там, Амелии Боунс, - добавил Майский. Его, как и всех ФЭСовцев, Тихонов просветил насчет нынешнего руководства Британского департамента магического правопорядка. - Скажем, что это ты Сириуса подставил, - вновь взял слово Круглов, - то-то она обрадуется. И справедливость восстановит, и Дамблдору нос утрет, и тебе по заслугам воздаст. Возможности свидеться с главой Департамента магического правопорядка Петтигрю испугался еще больше, чем возможной встречи с Дамблдором, и потому поспешил согласиться. Опера повели его на выход. На выходе из допросной, встретили Дамблдора. Он стоял в коридоре волшебной палатки и мирно беседовал с Ваней Тихоновым о том, как опасны могут быть всяческие фокусы со временем. Завидев Альбуса, Петтигрю попытался развернуться и скрыться в допросной, но уткнулся в мощную грудь Майского. Сергей, впрочем, тоже решил пока что укрыть Питера от глаз хогвартского директора и втащил того в допросную. Круглов и Котов прикрыли спереди, чтоб Дамблдор не обнаружил Петтигрю раньше времени. Однако Дамблдор обнаружил. Дверь допросной разлетелась в щепки от «редукто». Дамблдор вошел, грозно сверкая глазами поверх очков-полумесяцев и направив волшебную палочку прямо Питеру в живот. На стоящих подле оперов он совершенно не обращал внимания. «Что же ты, Питер, наделал, - разочарованно сказал директор, - Предал друзей, спутался с Пожирателями. А если бы не эти джентльмены из ФЭС, ты бы еще больше глупостей натворил». «Джентльмены» Круглов и Майский преградили Дамблдору путь, не давая близко подойти к Петтигрю – о том, что запрет на аппарацию в пределах Хогвартса не действует на директора, они были осведомлены. Котов, в своей анимагической форме, остался у проема двери караулить Питера, чтоб тот не надумал бежать. - В чем дело? – недоумевающе спросил Дамблдор, - Я собираюсь предать этого негодяя в наши органы правосудия немедленно. - Мы с ним еще не закончили, директор, - ответил Круглов, - он еще нам нужен. - Мне он нужен не меньше. Поверьте мне. - Что происходит? – раздался за спинами мужчин властный голос Рогозиной. Начальница ФЭС стояла у дверного проема, осматривая оставшиеся от двери щепки, а рядом с ней был запыхавшийся Тихонов. Он, едва директор Хогвартса вынес дверь, сбегал и позвал начальницу, чтоб та приструнила всех и развела по местам. Она всегда так делала, когда среди ее подчиненных возникали нестыковки. Выслушав все претензии как Дамблдора, так и своих подчиненных, она поручила отдать Петтигрю Дамблдору, а Круглову проследить, чтоб директор передал Питера лично в руки Министру магии или главе ДМП. На следующий день Дамблдор явился в палатку ФЭС, держа в руках свежий номер «Ежедневного Пророка», в котором на передовице красовалась колдография Питера Петтигрю в наручниках и за решеткой, с подписью: «Настоящий предатель пойман. Несправедливо обвиненный Сириус Блэк полностью оправдан». Директор сердечно поблагодарил весь персонал ФЭС за помощь, посетовал, что не знает, какую бы награду за такое дело подобрать, и ушел, сопровождаемый недоверчивыми взглядами фэсовских оперов. Вечером того же дня Галину Николаевну ждали две пренеприятнейшие новости. Сперва явился Тихонов, сказавший что аппарировал тайно в Хогсмид и там, среди читавших свежий «Ежедневный Пророк», не заметил ни одного, у которого была бы точно такая же передовая полоса. Ну, а сразу после Тихонова, в кабинет Рогозиной заявился профессор Снейп. «Помогите, прошу вас, - сказал он, - похоже, наш директор окончательно выжил из ума».