Будь как дома

Райан боялся возвращаться домой. И вовсе не потому, что ему предстояло убеждать Сиршу в своей невиновности. Какая глупость, неужели он мог сменять её на какую-нибудь шалаву? Даже просто на кого-то другого… В любом случае это не было причиной. Он боялся привести домой людей Купера. Ведь вроде бы сделал всё правильно: велел Тайлеру Куперу приходить одному, выбрал людное место, приврал, что в месте содержания Шерилин сидит сообщник, который перепрячет заложницу, если Райан ему не отзвонится после сделки. И всё равно, когда он проталкивался через толпу народа в торговом центре, затылком почувствовал слежку. А когда побежал, увидел двоих, рванувших следом. На ходу скидывая куртку, кепку и тёмные очки, он спрыгнул с середины эскалатора и, работая локтями, пробился в женский сортир. Сиганул через окно и оказался на переполненной парковке. Прячась за машинами Райан смог сбежать. По крайней мере надеялся, что смог. Поздним вечером, окончательно уверившись, что никто его не убил, Райан вернулся домой. Немного постоял перед дверью, приводя себя в порядок, и порадовался что куртку пришлось бросить – она наверняка насквозь провоняла дорогими духами Шерилин. Открывая дверь, Райан едва не сшиб с ног Сиршу. Одетую по-уличному, с ключами и небольшой сумкой в руках. – Куда ты? – спросил он потерянным голосом. – Куда-нибудь, – ответила она. – Я там суп приготовила и жаркое. Когда закончится – звони в доставку, номер их телефона на холодильнике оставила. Не ешь лапшу из пакетов. – Сирша, – Райан выронил спортивную сумку, до отказа набитую баблом, – я правда был не один, но она не шлюха и между нами ничего не было. Господи, да между нами и быть ничего не могло, клянусь. Послушай… Она попала в неприятности, и меня попросили помочь. За деньги. Райан кивнул в сторону валявшейся на полу сумки. Он понадеялся, что сестра не полезет в неё сразу. Пока они не помирились, сложно будет объяснить, что за услуга стоит таких бабок. По крайней мере, шлюхи точно не платят своим клиентам. Сирша сдвинула брови, потёрла мочку уха указательным и большим пальцем. – То есть ты спас её? – Не совсем… Но она точно не хотела быть там, откуда я её забрал. Помог я скорее не ей, а её парню, у них какие-то сложные отношения, я не вникал. Заплатили и ладно. – Всё равно не очень правдоподобно звучит, – натужно улыбнулась Сирша. Она была бледной, с припухшими от плача веками. Вжалась в угол прихожей, комкая ремень сумки, и не смотрела на Райана. – Это правда дурацкая история. Но я не настолько крут, чтобы за поллня успеть заработать денег и ещё успеть с девочкой поразвлечься. У меня есть ты, Сирша, зачем мне кто-то другой? Райан шагнул к сестре и протянул руку. – Но ты же всё равно мне врёшь, да? Эти твои денежные дела… Чем ты занимаешься? Это того не стоит. Я до сих пор помню, как ты убил человека. Это из-за меня. Из-за меня ты стал плохим. Раньше тебе ничего такого не было нужно, и ты был хорошим. Тебе и в голову не приходило навредить кому-то, да ещё и так, чтобы потом хотели навредить тебе. Тебя это не пугает? – Теперь всё, теперь честно всё. Здесь, – он пнул носком ботинка сумку, – хватит на новое здоровье для тебя. Если у тебя всё будет хорошо, я буду просто работать. Так, чтобы никому не вредить, и чтобы никто не вредил мне. Сирша недоверчиво покосилась на сумку. – Тогда там очень много, – осторожно сказала она. – Много. – То есть я перестану болеть? Буду чувствовать себя как раньше? До неё, казалось, давным-давно дошло, что значила эта сумка. Но сестра боялась порадоваться. – Я надеюсь, – Райан улыбнулся и уже без прежней опаски приблизился и заключил Сиршу в объятия. – Я очень этого хочу. Очень. Она уткнулась лицом в его грудь, помотала головой. – Ты это сделал. Ты сделал это для меня. Давай уедем, как только… Уедем из города. Куда угодно. Будем всем говорить, что мы муж и жена. Будем свободными и счастливыми. Ещё ничего не свершилось, а Райан уже чувствовал себя таким: свободным и совершенно счастливым. Он был согласен на всё. На всё, что исходило от его сестры, его любимой, его Сирши. А потому просто сказал: – Давай.