Будь как дома

Мэтт всегда считал, что не нуждается в роскоши, что крутой отцовский особняк – всего лишь дом, к которому он привык с детства, и потому его так жалко покидать. Но теперь Мэтту дико не хватало и бассейна во дворе, и бара, и тренажеров в подвале, своей огромной спальни с кроватью, способной вместить четверых. Оставленный отцом домик казался неприспособленным для жизни сараем. И мысли о самодовольном Тайлере, заправляющем в особняке, не добавляли новому жилищу уюта. Как и мысли о Шерри. Из-за неё Мэтт даже начал думать, что брат был честнее. Просто брал, не пытаясь выставить их с Шерри отношения чем-то, чем они не являлись. В отличие от самого Мэтта. И даже верность отцу с его запретом сейчас стала казаться тупой отмазкой человека, не желавшего вмешиваться, принимать решения. Может, ещё не поздно… Странно было останавливаться перед закрытыми воротами родного дома. Всего несколько дней назад они бы распахнулись, едва передний бампер его автомобиля показался бы из-за поворота. А теперь охранник не соглашался впускать Мэтта даже после того, как он попросил. “Распоряжение мистера Купера”. Да мистер Купер в конец охуел. Мэтт сдержал нарастающую ярость. Вместо того, чтобы втереть лицо охранника в асфальт, он вышел из машины с дружелюбной улыбкой. – Можешь набрать моего брата с поста? Поговорю с ним. Звонить с личного сотового было бесполезно, Тайлер не ответит. Мэтт не стал даже пытаться. Уж точно не после того, как разбил ему ебальник. Охранник передал Мэтту трубку, и даже тишина в ней звучала напряжением и злобой. – Тайлер, давай поговорим. – Говори. – Не так, – Мэтт заставил голос звучать спокойно, почти мягко. – Прикажи меня впустить. – Дай трубку Сэму. Мэтт вернул её охраннику, гадая, какие распоряжения отдаёт брат: впустить или послать к хуям. Тайлер распорядился впустить. – Только… – охранник замялся, – он велел вас обыскать. Иначе нет, никак. – Валяй, если никак. Мэтт поднял руки, точно уже был в чём-то виновен. Даже в клубах Куперов не смели обыскивать, а чтобы дома… Мудак Тайлер. – А вот это я верну, когда будете уходить, – охранник добрался до бардачка машины и теперь взвешивал в руке пистолет Мэтта. Он и забыл про него. Уж точно не держал в мыслях застрелить Тайлера. Когда с унизительной процедурой было покончено, Мэтту позволили проехать к особняку. Дом показался совсем другим, хотя брат ровным счётом ничего не изменил. Будто, как в мультфильмах, присутствие злого духа сделало всё вокруг тяжёлым и мрачным. Тайлер ждал Мэтта в отцовском кабинете. То ли унаследованная “Купер и Купер” сделала его охуенно важным, то ли после побоев он ссал встречаться с братом наедине, но помимо его самого в кабинете толкались двое амбалов в костюмах. – Это лишнее, – поприветствовал Тайлера Мэтт, кивнув в сторону телохранителей. – Я так не думаю, – ответил тот, невольно прикоснувшись к лицу, ещё хранившему следы драки. Мэтт испытал что-то вроде гордости. Вот бы сделать эти следы заметней, а не играть в покаяние. – Слушай, мне жаль и… – он поджал губы, бросил короткий взгляд на одного амбала, потом на другого, будто их присутствие дико смущало. – Тайлер, пожалуйста, не вынуждай меня унижаться ещё и перед этими двумя. Брат дёрнул уголком губ, видимо всеми силами стараясь спрятать улыбку самодовольства. Когда это он успел обрасти таким тщеславием? Мэтт и не рассчитывал, что будет так легко. – Ладно, оставьте нас, – по-королевски широким жестом Тайлер выпроводил телохранителей. Мэтт, оказался рядом с братом через секунду, и ещё через секунду его кулак врезался в челюсть Тайлера. Тот даже не успел охнуть. Мэтт удержал его за шиворот, чтобы он с грохотом не свалился на пол. Снова впечатал костяшки пальцев в лицо брата. – Спасибо, что согласился поговорить, – громко отчеканил в сторону дверей. Массивых дубовых дверей, которые старательно выбирал отец с тем умыслом, чтобы его приватные разговоры в кабинете оставались приватными. Вряд ли он предполагал, что эти самые двери позволят его сыну беспрепятственно отмудохать его другого сына. Тайлер висел в хватке Мэтта, точно тощий задушенный цыплёнок. Его вырубил ещё первый удар. Мэтт приложил его лицом об колено и бесшумно свалил на пол. Он не осторожничал и не сожалел, хуяря Тайлера мысками ботинок. По рёбрам, почкам, по лицу. Особенно по лицу. Пока с него не стёрлись малейшие знакомые черты, не превратились в отбитый кровавый шмат мяса. Только тогда Мэтт успокоился, но не ужаснулся тому, что сделал. Он этого хотел. Именно этого. И похуй на полицию, похуй на всех. Пусть он сядет за убийство, похуй. Пачкая пол кровавыми отпечатками подошв, Мэтт добрался до ящика стола, в котором отец хранил заряженную беретту “на случай сложных переговоров”, и снял пистолет с предохранителя. Может полиция до него и доберётся, но точно не сразу. По крайней мере не раньше, чем он заберёт Шерри. Первый амбал рухнул с простреленной башкой сразу, второй успел схватиться за кобуру, но не успел достать оружие. Вот и всё. Мэтт ринулся к комнате Шерри и высадил дверь плечом. – Идём, – коротко бросил ей. Шерри ничего не спросила. А даже если и хотела, пушка в руке и кровь на ботинках ответили на любые её вопросы. Они быстро пересекли похожие на лабиринт коридоры особняка и сели в машину. Мэтт вдавил педаль газа. Охранник на воротах не успел сказать, что мисс Коул запрещено покидать территорию – Мэтт просто вынес ворота, на скорости протаранив их бампером. – Брось в бардачок, – он сунул беретту в руки Шерри и улыбнулся, глядя на залитую солнцем дорогу впереди. Наконец-то ему было хорошо. Даже не так. Ему было охуительно. Настолько, насколько это бывает, когда сделал всё правильно. – Куда тебя отвезти?