Будь как дома

Шерри задремала перед ужином. Она торчала у Куперов уже больше недели, и никаких развлечений кроме сна и еды ей здесь не предоставляли. Поэтому гул вечеринки, донёсшийся с первого этажа, показался чем-то нереальным. Шерри выбралась из-под одеяла, выглянула в окно и увидела, что у бассейна собралась целая компания. Кажется, там даже диджейский пульт виднелся. Шерри привела себя в порядок, ни секунды не сомневаясь, выбрала обтягивающую кожаную юбку и топ с глубоким декольте и спустилась вниз. Веселье было в полном разгаре. У бассейна Шерри не осталась, так как успевшие набухаться ребята брызгали в него шампанским, а из него – водой. Это было мокро и могло испортить причёску. В доме больше всего народа тусовало в бильярдной. Там Шерри и осталась. Она взяла маргариту и прошлась вдоль столов. Остановиться, разумеется, решила у того, за которым играли братья Куперы. Рядом с Тайлером отиралась какая-то белобрысая гламурная бабёнка с силиконовыми сиськами. Шерри подошла к нему с другой стороны, когда он склонился над столом, и шепнула: – Если не промажешь, я тебя поцелую. Тайлер ухмыльнулся. На его злобную раздражительность у бассейна, после которой они так и не разговаривали, не осталось и намёка. То ли он в принципе не умел сердиться подолгу, то ли действовало зелье, от которого так блестели его глаза. Совершенно непонятного цвета: то ли серые, то ли зелёные. – Куда? – спрашивая, Тайлер притянул к себе за талию белобрысую подружку. Та довольно взвизгнула, точно получившая лакомство болонка. – С такой лисой, как ты, лучше уточнить. Без чмока в щёчку я обойдусь. – Что ты, всё по-взрослому. Лишь бы твоя сучечка не возражала. Шерри обольстительно улыбнулась белобрысой. Бабёнка, в общем-то, не особо напрягала, но пока она рядом, Тайлер будет трясти ею перед носом. Белобрысая состроила недовольную мину и капризно протянула: “Та-а-ай!” Тот шлёпнул девицу по заднице и снова повернулся к Шерри. – Почему-то я тебе не верю, – засмеялся он, – но договорились. Тайлер выпустил из объятий белобрысую, жестом велел ей отодвинуться, дать ему пространство. До “8”-ки ему оставалось забить два полосатых шара, он выбрал тот, что посложнее. Выпендрёжник. Долго примеривался, чуть покачивая кий. Ударил. Шар дважды стукнулся о бортики и медленно покатился к лузе. Так медленно, что должен был остановиться у самого её края. Но он не остановился, и Тайлер победно оскалился своей акульей улыбкой. Шерри положила ладонь на его затылок и тихо сказала, глядя в глаза: – Пусть уйдёт. Не люблю, когда пялятся. – Тут ещё половина комнаты пялится. Действительно, увлечённые игрой гости будто почуяли запах сплетни и теперь кто прямо, кто исподтишка поглядывали за ними. Белобрысая не стала дожидаться, пока Тайлер её позорно спровадит, и злобно глянув на Шерри, ушагала к противоположному краю стола. Как раз туда, где Мэтт выцеливал шар. Шерри хотелось исполнить своё обещание. За неделю заточения она одичала без мужиков. Но не менее заманчивым было бы выбесить Тайлера, обманув его. Она набрала в грудь воздуха, приоткрыла губы, чтобы сообщить об отказе, но вместо этого потянулась к нему. Похер, пусть побесится, когда не получит ничего, кроме поцелуя. Тайлер сильно прижал её задницей к бильярдному столу так, что их бёдра соприкоснулись. Подушечкой большого пальца провёл по её нижней губе, смазав помаду, а потом слизал с пальца. Целовать он не спешил, стоял, горячо дыша на лоб Шерри, и нагло разглядывал её лицо. – Забавно, – протянула она, – я ведь тебе нравлюсь. Не как та сучечка, а по-настоящему. Тайлер неопределённо хмыкнул и поцеловал, прикусывая её нижнюю губу. Одной рукой он придерживал Шерри за талию, а другую положил на её бедро, задрав край кожаной юбки так, что его ладонь легла на резинку чулков. Шерри почувствовала, как влажно стало между ног. Этот ублюдок целовал напористо, грубо, толкаясь языком в её рот, будто приучая к тому, как будет толкаться членом. И это было охуенно. Какого хера она отшила его на бассейне? А, да, чтобы он позлился. Шерри столкнула его руку со своего бедра, отклонилась назад, едва не коснувшись лопатками зелёного сукна. – На такое мы не договаривались. – А что, ты против? Тайлер продвинул ногу вперёд так, что она оказалась между коленями Шерри. Юбка натянулась туже некуда. – Против. Отвали. Шерри следила за тем, чтобы губы оставались сомкнутыми, чтобы глубокое дыхание не выдало возбуждения. Тайлер, похоже, привык, что тёлки от него текут. Нет, Шерри и сама текла, прямо сейчас, но пусть обломится. – Каждый раз дразнить, а потом отшивать не выйдет. Я терпеливый, но не осёл, – он убирал ногу медленно, и своим движением заставлял Шерри ещё сильнее раздвигать свои. – Предлагаю последний раз. Тебе понравится. – Ты ещё не понял? – усмехнулась Шерри. – Я под тебя никогда не лягу. Она очень сомневалась в правдивости своих слов. Но так ждала признаков того, что Тайлер выходит из себя, что не могла скрыть жадного внимания, с которым рассматривала его лицо. А он всё не бесился. – Я от всей души хочу тебя трахнуть, – сообщил он отстраняясь, – но ты не единственная. – Единственная. Ты и сам это понимаешь. – Шерри привстала на цыпочки, сказала ему так, чтобы никто не слышал: – Всё, что тебе можно – посмотреть, как меня имеет кто-то другой. Или поласкать меня, а самому остаться один на один со своим стояком. Что поделать, жизнь несправедлива. – Жизнь непредсказуема, – ответил Тайлер, не понизив голоса, – а ты просто сучка. Чуть более самоуверенная, чем другие, но сучка. Шерри прижала указательный и средний пальцы к своим губам, потом – к губам Тайлера и улыбнулась. – Ты настоящий философ. Надо было выбрать тебя на том званом вечере. – У тебя была возможность это исправить. Сказал бы, что не поздно ещё и сейчас, но тебе уже, должно быть, наскучило пытаться меня унизить. Тайлер вскользь улыбнулся ей, а потом перевёл взгляд на игроков за столом. – Мэтт, ещё не всё без меня проиграл? Шерри ощутила что-то вроде уважения по отношению к Тайлеру. Она взяла его за руку, прижалась щекой к плечу и с нежностью посмотрела в лицо. – Теперь мир? Тайлер пожал плечами: – Как скажешь. Подвинься, стола не вижу. Шерри отпустила его руку и нырнула в толпу. Кто-то приобнял её и поволок танцевать к бассейну. Если разобраться, то ничего такого и не случилось, обычная перепалка. Но ей не хотелось разбираться. Шерри казалось, что впервые после возвращения из университета нашёлся кто-то, способный её понять. Хорошее настроение закончилось сразу после того, как в ладони завибрировал мобильник. Шерри ушла туда, где было потише, и ответила: – Да, пап? – Готовься к худшему, – без обиняков заговорил отец. – Помнишь мистера Барроу? – Ну да. Тот чувак, который вместе с Брюсом занимается нашей безопасностью, только старый и отталкивающий. – Этого человека купили наши конкуренты. – Шерри онемела. Все в ближайшем окружении отца подвергались миллиарду психологических тестов, в них Коулы были уверены на все сто. Она ощутила, как кровь отлила от щёк, а отец продолжал бесцветным голосом: – Брюс предпринял некоторые меры для того, чтобы мистер Барроу не успел открыть рта. Но если что-то пойдёт не так… – Пап! – Если что-то пойдёт не так, меня не станет. И они примутся за тебя. Это не игры, Шерри. Заручись поддержкой Куперов. Как угодно. Поняла? – Да. Но ведь это не понадобится? Брюс со всем разберётся? – Не знаю. Я уже не знаю, кому можно верить. И ты доверяй только себе. Обещаешь? – Да. – Не возвращайся домой, если меня убьют. – Пап, я… – Мне пора, – отрезал отец и бросил трубку. Шерри постояла, глядя в угасший дисплей. В груди нарастало давящее ощущение страха. И ещё – злобы на Куперов. Хреновы партнёры. Чтоб им всем. Выругавшись, она пошла прочь с вечеринки. Лучшее, что сейчас могла сделать Шерри Коул, это выспаться.