Сумрак дня

      Он уже не мог вспомнить, когда это началось. Просто в один момент он начал видеть то, чего нет. Было ли страшно в такие моменты? Скорее да, чем нет.       Кастро Бронесс был обычным человеком с обыденной жизнью, которой живет большая часть населения Японии. Однако сам Кастро японцем не являлся, чем яро выделялся из толпы. Высокий светловолосый юноша с большими голубыми глазами явно не вписывался в общество маленьких и черноволосых японцев, что шло на руку самому Кастро.       Он был весьма замкнутым человеком и не любил новые знакомства. Типичный интроверт. После окончания школы он стремительно покинул родную Швецию в поисках «новой» жизни. Отношения с родителями всегда были напряженными, но на момент окончания школы случился пик разногласий. Тогда он связался с кучкой начинающих наркоманов и сам чуть было не подсел на такой образ жизни.       Решение уехать в Японию было спонтанным и до конца необдуманным. Скорее всего на это решение повлияла мать, любившая сына больше всего на свете. Отец яро не поддержал эту идею, однако внутри был рад, что сын покинет эту страну и этих наркоманов. Прощание не было таким уж эмоциональным, наверное, потому, что Кастро не был расстроен переезду и скучать, по сути, было не по кому.       По прибытию в страну высоких технологий юноша набрал номер матери, но ее голос он так и не услышал. Какой-либо тревоги он тогда не испытал, однако какое-то странное чувство слегка сдавливало сердце. Кастро быстро отогнал от себя нехорошие мысли и отправился к любимой бабушке, живущей недалеко от аэропорта. Хотя, как оказалось, жила она примерно в пяти или шести километрах, что по меркам небольшой Японии было весьма большим расстоянием.       Когда встреча с бабушкой состоялась, Кастро ясно ощутил, что что-то произошло. Старушка безудержно рыдала и не могла толком ничего объяснить. Только кивнула в сторону телевизора и ушла на кухню, видимо, в поисках успокоительного. Уже из цифрового ящика юноша узнал, что в аэропорту Стокгольма произошел захват заложников как раз в тот момент, когда Кастро вылетел в Японию. Затем произошел взрыв. Сердце ёкнуло в тот момент, когда показали список погибших. Нет, боли не было, была пустота и какая-то недосказанность. Больше Кастро не видел родителей до того странного момента в токийском метро при переезде со станции Токио до станции Митака...       С появлением фотоаппарата его жизнь раскололась на «до» и «после». С одной стороны парень стал фотографировать всю свою жизнь, вплоть до того, что он употреблял в пищу. Друзья подшучивали над ним, но не отрицали факта, что профессионализм Кастро рос, и он мог создавать великолепные фотографии. Но с другой стороны на фотографиях стали появляться те, кто явно уже не жив.