Любовь мангак

Акито забрался под футболку уже не особо-то сопротивляющегося художника и принялся чертить одному ему известные узоры, не подвластные даже мастерству Моритаки, по груди любимого. Соприкосновение с теплой нежной кожей пьянило, а стон из уст упрямца еще больше подстегнул к дальнейшим действиям. Акито, растягивая удовольствие, соблазнительно облизнул мочку уха любимого, не прекращая ласкать его грудь. -Пожалуйста….остановись! Я же сейчас… - тяжело дыша, едва слышно произнес не то моля, не то предупреждая, Моритака. Акито прекрасно понял, что не договорил его любимый упрямец. Такаги любил именно его за то, что он вот такой застенчивый, что он каждый раз пытается оказать сопротивление, что он не может ничего поделать с тем, что он для Акито словно открытая книга, что каждая частичка тела художника ищет ласк писателя вопреки воле самого парня. Акито улыбнулся, увидев, насколько раскраснелось личико Маширо, ставшее от этого еще милее. -Милашка ты. А если я хочу чтобы ты как раз это и сделал, - сказал полушепотом парень и не смог удержаться от смеха, когда Моритака на него недовольно посмотрел и попытался закрыть лицо руками. Писатель хмыкнул и принялся расстегивать брюки любимого, а затем и стащил белье. Акито не смог сдержать жадного взгляда при виде возбужденного члена художника. -Акито, ты придурок. Я стесняюсь, когда ты так смотришь, - жалобно произнес Моритака и попытался подальше отползти от Такаги, но потерпел фиаско, буквально застряв под весом тела любимого, которое нагло держало не до конца снятые брюки. Писатель показал язык художнику и с невозмутимым видом наклонился к возбужденному органу. Маширо прикрыл глаза, стараясь полностью отдаться чувствам и перестать так смущаться. Но все было тщетно. То удовольствие, что приносили ласки Акито , еще больше вгоняло в краску и Моритака просто не знал что с этим всем делать. Восемнадцатилетний парень стеснялся пуще любой малолетней девушки, случайно увидевшей голого парня. Чувствуя губы любимого на самом сокровенном, художник не смог ничего ответить кроме какого-то утробного мычания. По телу бегали мурашки, а сердце стучало так сильно, что вот вот вырвется из груди и упадет прямо к писателю. Хотя Моритака был не против этого. Ведь уже давно его сердцем завладел этот лучший ученик, лучший писатель, его личный лучший. Руки Маширо сами собой оказались на затылке писателя, и он принялся перебирать мягкие волосы Акито и полностью растворяться в ощущениях. Парень понял, что разрядка уже близка и как всегда ощутил отстранение его страстного писателя. Моритака знал, с чем это связано и от этого ему было еще хуже. -Покажи, как тебе хорошо, - хрипло произнес Такаги и выжидающе посмотрел на Маширо. Парень не хотел открывать глаза, чтобы не видеть лица. Он прекрасно знал, как выглядит сам и как выглядит Акито в такие моменты. -Может, хватит. Я иду в ванную! Слезай с меня, - недовольно произнес художник, но Такаги не то чтобы сдвинулся, он даже и не почесался. -Ну, ты такой красивый, когда кончаешь. Не могу насмотреться. Пожалуйста, сделай это ради меня, - произнес Такаги с мольбой в голосе и Маширо просто не смог ему отказать. Несколько минут после наступившей разрядки парочка молчала, а затем произошло то, чего не ожидал даже просчитывающий все писатель. Моритака коварно улыбнулся и как то слишком стал спешно убирать следы преступления, благо в беспорядке, царившем вокруг, случайно он отыскал салфетки, а затем натягивать обратно белье. Закончив с нормами приличий, художник буквально спихнул с себя немного не понимающего его действия Акито и вернул брюки на место. -Знаешь, как я тебя ненавижу за это все. Сейчас ты у меня получишь, - прошипел Моритака и уселся на на растерянного писателя, который в свою очередь сразу же попытался взять инициативу в свои руки. -Звучит интересно. А я тебя ненавижу сильнее. Хочешь, покажу как? - соблазнительно произнес парень и положил свои руки на бедра художника. -Сначала я покажу, - без лишних слов Моритака страстно поцеловал любимого в губы, демонстрируя, что он тоже много что умеет и хочет подарить такое удовольствие любимому. Неожиданная смена ролей даже еще больше заводила Такаги. Ласки становились все более требовательными. От соприкосновения языков по телам обоих прошел электрический разряд, но это еще больше подстегнуло художника к завоеванию позиций. Тяжело дыша Моритака, отстранился, но лишь для того чтобы перебраться к новым территориям. Акито прикрыл глаза и полностью отдался во власть осмелевшего любимого. Ему нравилось, как каждая клеточка его тела остается не забытой, как его упрямец покрывает поцелуями всего его, как буквально срывает с него рубашку и начинает ласкать его, так как он и не мечтал в самых своих вольных фантазиях. Маширо не знал что это с ним, но именно сейчас он забыл о всяческом стеснении. Может быть, в этом виновато воздержание или близость того, к кому тянет вопреки всему. Парень не знал ответа. Ему просто так хотелось. Художник пьянел от одного запаха тела писателя, и все его существо хотело напиться до потери пульса, попробовать на вкус счастье. Маширо принялся неспешно целовать мужественную грудь любимого, доводя того до истомы, наслаждаться стонами и невербальным требованием большего. Художник не меньше писателя хотел большего, но сейчас предпочитал еще немного помучить Акито. Наказание есть наказание, даже если вместо плети используешь руки и губы. Моритака принялся медленно посасывать сосок, наслаждаясь этим моментом, стонами и тем, как под ним изгибается тот, кто привык быть всегда хозяином положения. Побыть на месте друг друга всегда полезно и художник сейчас понимал что это не пустой звук. Пальчики осмелевшего Маширо добрались до ремня брюк, а затем и белья и не без труда справившись с такой нелегкой миссией, принялись ласкать возбужденный орган. От прикосновения к своему члену и посасывания сосков Такаги выгнулся и еще громче простонал. Он не мог себе и представить, что заведется с пол оборота, но факт был на лицо. Не прошло и минуты, как Акито достиг своего предела. Маширо отстранился и, наконец, встретился глазами с писателем, от чего сразу вся его уверенность исчезла и лицо снова раскраснелось. Он попытался капитулировать и поспешно слезть с не на шутку разгоряченного любимого, но его план был раскрыт и парень оказался заключен в объятия. -Ты моя помидорка, -ласково произнес Такаги и чмокнул Маширо в щеку. - Ты у меня такой умелый… -Акито, ты дурак ! Не говори ничего! -смущенно ответил Моритака. -А если я хочу сказать еще кое - что. Обещаю, это не про то, что только что было, - тихо прошептал на ушко писатель. -Если не про это, то говори, - все еще дико смущаясь, произнес Маширо и посмотрел на Такаги. -Моритака, я люблю тебя, - не стал тянуть с фразой Акито и сильнее обнял своего художника, который тот час вспыхнул. -И я тебя, Акито… - с трудом пролепетал Маширо, совсем забыв о том, как говорить. -Нет уж, говори полностью, - недовольно произнес Акито и внимательно стал смотреть на реакцию любимого. Моритака отвернулся и стал похож на обиженного ребенка, чем позабавил Такаги. -Не могу! Я стесняюсь. Делай со мной, что угодно - все равно не скажу, -пролепетал парень и уткнулся в плечо своего мужчины. Такаги хмыкнул и поймал любимого на слове. -Что угодно? Тогда я знаю что… - ответил Такаги и Моритака понял, что попал по полной с этими словами. Хотя кто будет спорить, что они были воплощением того, что тайно желает художник.