Пробуждение Зверя

Обратный путь до комнаты показался Эйприл невозможно долгим. Ей не терпелось проверить свою догадку, затмившую даже недавние тревоги. Если бы… сейчас девушка была готова отдать за исполнение мечты что угодно. Однако коридор был таким длинным и до безобразия скользким, Ирма — раздражающе медлительной, да еще и необходимость держать себя в руках, чтобы враги не догадались, не помешали… Последнее, пожалуй, самое главное. Никто не должен узнать, даже догадаться об ее открытии! Не заподозрившая неладного Ирма лишь порадовалась, что подруга так скоро пришла в себя. И тоже была рада поскорее убраться из комнаты, нагонявшей ужас и тоску. Куда угодно, лишь бы подальше от этого маньяка, а уж тем лучше — в выделенные Эйприл апартаменты. Там так уютно и красиво, так легко поверить в безопасность. Никуда бы не выходила оттуда!.. Хорошо, что и Эйприл поняла это, осознала, насколько опасно дразнить хищника в его логове. Задвинув за собой дверь, Ирма облегченно выдохнула. Наконец-то! Но не успела проследовать до софы, которой намеревалась вознаградить себя за храбрость, как едва не натолкнулась на Эйприл: та и не думала садиться. Сейчас, казалось, охватившее ее нетерпение достигло апогея — хотя причины Ирма не смогла бы понять, даже сильно постаравшись. Она недоумевающе моргнула, про себя потихоньку припоминая другие странности в поведении подруги. Нет, все-таки с ней что-то неладно. Но вот что? — Ты тоже слышала это, Ирма? — требовательно спросила Эйприл. — Слышала — что? — переспросила та, все еще надеясь прояснить ситуацию. — Про то, что наши войска собираются атаковать — да, детали можешь не спрашивать, я все равно ничего не поняла. А если… — Да нет же! — Эйприл даже нетерпеливо притопнула. Глаза сверкнули незнакомым жестким блеском, не понравившимся Ирме. — Про отряд специального назначения, в срочном порядке переброшенный к городу. Ты слышала, откуда он? — Вроде как из-под Флориды, — без эмоций отозвалась Ирма, по-прежнему не понимавшая, в чем, собственно, дело. Название южного городка звучало знакомо, но прошло, наверное, секунд семь, прежде чем девушка догадалась: — Так это оттуда ты только что приехала! И там встретила своего… как его там?.. — Ричарда, — Эйприл уже и не пыталась скрыть счастливой улыбки. — Да, именно оттуда. Так мне не послышалось? — Нет, нет, — поспешила успокоить ее Ирма, на самом деле не настолько в этом уверенная. Но что за беда, пусть уж подруга порадуется. — Все верно, хотя и странно немного. И откуда в этой глуши такая мощная техника? — осторожно обойдя Эйприл, она устроилась на софе, продолжая рассуждать: — С какой-нибудь секретной базы, не иначе. И наверняка там не обойдется без героев-спецназовцев, которые выручат нас, лишь доберутся сюда. И… — оживленно трещавшая Ирма только сейчас заметила странное молчание подруги, встревоженно оглянулась на нее. — Эйприл? Ты в порядке? Ты вообще меня слышишь? Та кивнула, глядя по-прежнему куда-то мимо, сквозь нее. А губы, помимо воли, растягивала счастливая улыбка. Флорида. Именно там, по словам Ричарда, остановилась в последний раз их часть. Так, значит, она не ошиблась! Он все же пришел за ней, как и обещал. Он спасет ее, спасет их обеих. Тем более, он там не один, наверняка целый отряд. Однако верилось Эйприл лишь в него. Ее герой не подведет ее, в очередной раз вовремя придя на помощь. Ирма с легким недоумением смотрела на нее какое-то время, затем, опомнившись, приглашающе похлопала по поверхности софы. Но и присев, Эйприл оставалась задумчиво-отстраненной, глядя куда-то поверх ее плеча. Улыбка пропала бесследно, как и не было. Ирма как можно незаметнее пододвинула к ней аккуратно сложенное платье — пусть хоть немного отвлечется, порадуется, — но тщетно. Эйприл не замечала не только одеяния, но и ее самой, полностью погруженная в свои мысли. А задуматься было о чем. Только сейчас Эйприл сообразила, что Ричард и вся техника, на которую она возлагала такие надежды, остались по ту сторону барьера. По ту! И никакое мужество и сила, никакое оружие не в состоянии исправить это. Он не сможет добраться до Шредера, не сможет вытащить их отсюда. Никаким образом. На глаза навернулись слезы злой обиды, Эйприл сердито смахнула их рукавом. Черт, ну вот как так? Что же делать? До тех пор, пока висит в небе эта проклятущая дымка, Технодром под надежной защитой, пробить которую не сможет ничто. Ничто… А отключить ее можно только с этой стороны… Ирма даже дернулась: так резко Эйприл вскочила со своего места. Глаза снова воодушевленно заблестели, но этот блеск Ирме решительно не понравился. Слишком уж часто он означал новые неприятности для них обеих. — Ты куда это собралась? — с самым решительным видом поднялась она, загораживая Эйприл путь к выходу. — Давно не падала, что ли? Давай-ка лучше этот наряд ты здесь померишь, а я за дверью послежу. Эйприл непонимающе моргнула, а затем улыбнулась, еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться в голос. Нет, ну правда, насколько они все-таки разные и думают о совершенно различном. Впрочем, Ирма не может не хотеть выбраться отсюда, а значит… — Ирма, слушай, — она понизила голос, настороженно оглянулась на дверь, мазнула взглядом по стенам — в поисках скрытой камеры — и продолжила громким шепотом. — Пока тебя вели сюда, ты не запомнила, в какой стороне рубка управления? Ирма насторожилась еще больше. — Нет, — она с досадой махнула рукой, — я ж отключилась сразу же, как только этот бугай надо мной навис — думала, щас как есть порешит. А очнулась уже в камере. А тебе это зачем? — Ну… — начала было Эйприл, но Ирма смотрела на нее так пристально и испытующе, что она неожиданно для себя самой смутилась и пробормотала: — Шредер ведь постоянно там ошивается, не хотелось бы снова с ним встретиться. — А ты сиди спокойненько здесь — и не встретишься, — предложила Ирма. Тяжело вздохнула, плечи ее устало опустились, и она взглянула на подругу с безмолвным укором. — Эйприл, ну вот правда — зачем снова лезть на рожон? Зачем совать голову в пасть тигра? Отхватит же и не заметит, и тебе, и мне вместе с тобой. Что тогда с нами будет? — Ирма, — Эйприл порывисто схватила ее за руки, — как ты не понимаешь — я не могу, просто не могу сидеть спокойно, зная, что творится в городе. Наши коллеги погибли — и погибли по вине этих негодяев. И каждый день, каждый час может умереть еще кто-нибудь, не говоря о наших друзьях. Я боюсь даже подумать, что с ними случилось. Неспроста же они не выходят на связь. Может, их уже покалечили или… — Эйприл запнулась, голос предательски дрогнул, и закончить мысль она не решилась. — И ты предлагаешь спокойно ждать, ничего не делая? Просто ждать, кто окажется сильнее? Да я с ума сойду от одних мыслей обо всем этом! — Если еще не сошла, — проворчала Ирма. Перехватила ладони Эйприл и с неожиданной силой сжала в своих. — Ну вот чем ты им поможешь, если снова разозлишь этого маньяка? — она нервно поежилась, покосилась на дверь. — Мы не сможем сбежать, не сможем отбиться, даже просто дверь забаррикадировать — и то не в силах. А он может сделать с нами что угодно, — голос упал до трагического шепота, Ирма наклонилась ближе к Эйприл. — Мы не можем ничего, слышишь? Ничего. Только добавить еще проблем — и себе, и черепашкам, если они все же появятся. — Когда появятся, — поправила ее Эйприл. — Ладно, пускай когда, — согласилась Ирма без особого энтузиазма. — В любом случае, им будет труднее вытащить тебя из камеры, чем отсюда. Пожалуйста, прошу тебя, давай не будем делать еще хуже — ни себе, ни им. Пусть твой… Ричард и другие герои покажут класс, а мы не будем им мешать. Ладно? — Но… — хотела было возразить Эйприл, но Ирма неожиданно сурово ее перебила: — В твоих авантюрах я не участвую, так и знай. А на твоем месте пошла бы лучше переоделась — прежде, чем твой герой явится тебя спасать. Сама же потом пожалеешь, если не успеешь. Эйприл с досадой махнула рукой, но не стала ничего говорить. Подхватила с софы злополучное платье и вышла в коридор, не желая продолжать спор. Потирая ноющий висок, она осторожно шла по коридору в сторону, где заприметила умывальник — если повезет, там окажется и душевая кабинка, где можно уединиться, — продолжая размышлять о своем. Разумеется, она и не думала сдаваться, отказываться от своей идеи — вот только действовать, похоже, придется одной. Ирма смирилась с пленом и совершенно запугана, может даже при случае выдать ее Шредеру, надеясь хоть немного смягчить их участь. Значит, знать ей ничего не следует — до поры до времени. А самой Эйприл надо особо тщательно обдумать свой план, раз не с кем даже посоветоваться. По плечам пробежал холодок, и, зябко поежившись, Эйприл впервые задумалась: а стоит ли, и вправду, так рисковать? Она ведь совершенно ничего не понимает в панели управления, даже если каким-то чудом сумеет к ней попасть. Вдруг она сделает только хуже? Девушка решительно мотнула головой, отгоняя сомнения. Пораженчество Ирмы, похоже, заразно. Еще ничего не случилось, а она уже готова отступить, хотя сама поклялась себе постараться хоть чем-то помочь Ричарду. Всего-то навсего — отключить этот проклятый барьер, не более чем на несколько минут. Этого будет достаточно, чтобы передовые отряды пробились за эту границу, а там… очень может быть, Шредеру будет уже не до того, чтобы его восстанавливать. Только бы все получилось… Она зашла за ширму, включила холодную воду и подставила руки, опустив пока что принесенное на пол. Помедлив немного, прижала к горячим щекам холодные пальцы — и только сейчас ощутила, как они дрожат. От холода? Вряд ли. Эйприл энергично потерла лицо, вгляделась в зеркало — собственные глаза казались горящими, как у кошки. Нет, будь что будет, она обязана попробовать. Хотя бы просто попытаться. А пока что… может, и правда ополоснуться немного, чтобы хоть чуть-чуть освежиться и взбодриться. Опять же, Ричард не должен видеть ее потной и измазанной черте чем. Хотя бы в этом Ирма права. Эйприл слабо улыбнулась и, подняв с пола платье, закрутила кран и прошла вглубь комнаты.

***

Вопреки ожиданиям, принятие душа нимало не успокоило ее, скорее наоборот. Даже закрыв дверь на щеколду, Эйприл поминутно нервно оглядывалась на нее, прислушиваясь к малейшему шороху, дергано прикрываясь ладонями или полотенцем. Из головы не выходило сказанное Ирмой, и она подсознательно ожидала, что вот сейчас, в любой момент, Шредер может вломиться сюда и… Выдохнуть спокойно Эйприл смогла, только наконец одевшись. Странное дело: похититель никогда прежде не вызывал у нее подобных мыслей, хотя в плен она к нему попадала явно не единожды и практически каждый раз ощущала себя беспомощной в его руках. Но чтобы хотя бы заподозрить в подобном непотребстве… Все Ирма со своими фантазиями! Эйприл вполголоса ругнулась, но неожиданно поймала себя на мысли, что немного жалеет о том, прежнем Ороку Саки. Он вызывал раздражение, его порой хотелось ударить, лишь бы угомонить и хоть мало привести в сознание… но все же он не был таким отвратительным бездушным монстром, не был беспощадным убийцей. Находясь рядом с ним, Эйприл всерьез не опасалась за свою жизнь, да даже за своих друзей и — если уж честно — была даже рада, когда очередная схватка заканчивалась лишь ничьей и легкими ранениями. Она не желала гибели ни одной стороне, потихоньку надеясь, что очередное поражение образумит Шредера. Пробовала и сама, но тот, похоже, не воспринимал ее всерьез. Так же, как и она его. И все же… все же она надеялась. И не могла понять, что же произошло, отчего на его месте поселилось нынешнее безжалостное чудовище? Эйприл сердито мотнула головой. О чем это она? Жалеть? Надеяться? Похоже, она начинает сходить с ума вслед за Ирмой. Неужели она и вправду хоть на минуту могла в это поверить? Девушка машинально разгладила оборку на подоле, пропустила меж пальцев тонкое кружево. Такое нежное, почти невесомое… Как может такому монстру нравиться подобное? Вкус, конечно, у него есть, не поспоришь — но она ни за что в жизни не надела бы это платье, будь у нее хоть что-то иное. Девушка попыталась неумело застирать свой комбинезон мылом, найденным тут же, в душевой, но получилось плохо. Мысленно махнув рукой, она развесила костюм на полотенцесушителе, белье же забрала с собой, чтобы просушить в комнате, хотя в видимости уединения. Что бы там ни было и ни казалось ей раньше — оно в прошлом. Настоящее — бронированная крепость, вторгшаяся в родной город, и те, кто могут ей помешать. Лишь об этом стоит думать. А точнее сказать — как пробраться в рубку управления, оставаясь незамеченной. Не спеша возвращаться в комнату, она спрятала мокрое белье под лиф платья, поморщившись от неприятных ощущений, и бесшумно выскользнула из душевой. Фруктов в вазе на сей раз не нашлось, о чем Эйприл немного жалела: аппетит вернулся, и желудок громко напомнил о себе. Что-то вроде бы было у Ирмы, но, вернувшись, придется снова слушать ее трескотню. Девушка скривилась. Нет уж, она лучше подождет немного, а заодно и обследует коридор. Не может быть, чтобы из него не было другого выхода.

***

Как оказалось, все-таки может. Либо был этот выход настолько тайным, что ничем не выделялся в панелях стен, сколь девушка их ни простукивала и не ощупывала. Пол также везде выглядел одинаковым, вентиляционных люков тоже нигде не наблюдалось (странно, конечно, но с фактом не поспоришь). Эйприл не поленилась проверить все двери по обе стороны коридора, и на сей раз ей повезло с несколькими по правую руку. Повезло относительно: выход не обнаружился ни в одной из них, но в самой первой Эйприл нашла незнакомое блюдо из риса и овощей в стоявшей на низеньком столике маленькой мисочке под прозрачной крышкой. Было ли в комнате что-то еще, Эйприл не запомнила. Голод все сильнее давал о себе знать, и она уплела угощение в два счета, не смутившись даже отсутствием столовых приборов. И лишь потом, запоздало, сообразила, чьим оно могло оказаться, и побыстрее ушла, сколь можно скрыв следы своего здесь присутствия. В другой комнате обнаружилась низкая софа, больше напоминающая очень большой матрац. Эйприл покинула это помещение как можно скорее, прихватила лишь с нее плед, накинув на плечи, и стакан с водой с низкого столика. Поначалу девушка сомневалась, стоит ли брать: мало ли что могло оказаться в том стакане. Но пустая облатка от какого-то лекарства странным образом успокоила ее. И навела на идею. Обойдя еще раз коридор, Эйприл на цыпочках вернулась в комнату, что уже про себя называла «своей». На ее счастье, Ирма задремала, и девушка не стала ее тревожить. Должно быть, в городе уже вечер, а может быть, даже уже и ночь. Не самое удобное время для ее затеи, но с другой стороны — никто не ждет от нее подобного прямо сейчас. И этим надо воспользоваться. Развесив белье на краешке софы, Эйприл поставила на столик пустой стакан и так же неслышно выскользнула из комнаты. Не оглядываясь на дверные проемы справа и слева, она направилась к самой последней двери, через которую, насколько девушка помнила, она и попала сюда. Как и ожидалось, заперто. Эйприл зло ударила по металлическому корпусу. И как нарочно, никого. Где черти носят Бибопа и Рокстеди, когда они так нужны? — пусть и в кои-то веки раз. Может… неожиданная мысль сдавила горло холодной петлей… может, мутантов и вовсе не пускают в эту часть крепости? Тогда она пропала. Но кто-то же должен тут быть. Хоть кто-нибудь! Не сам же Шредер убирает свои покои и готовит еду. Значит, должен кто-то появиться, рано или поздно. Надо только подождать. Девушка опустилась на низенький диванчик, сжала пальцы свободной ладонью, подавляя волнение, еще плотнее закуталась в плед. Кто знает, сколько придется ждать. Может, и вовсе до завтра или послезавтра. Нет, тогда ее уже хватятся, и все пропало тем более. Не в силах сдержаться, Эйприл сделала еще один круг по комнате и ударила по двери. Та ответила ей гулким звяканьем… и медленно приоткрылась. Эйприл невольно отступила, пропуская в комнату двоих воинов в черном, но те, не обратив на нее внимания, проследовали дальше по коридору. Сопровождавший же их мутант, Рокстеди, задержался, закрывая дверь. — Погоди, — пересилив себя, Эйприл схватила его за руку, просяще заглянула в глаза. — Мне… очень нужно туда, — она кивнула в полуоткрытый проем. — На минутку. — Не положено, — как-то непривычно сухо и безэмоционально отозвался мутант, продолжая возиться с замком. Не похоже на прежнего Рокстеди. Но задумываться над этим Эйприл было некогда. — Голова болит очень, — она правдоподобно сморщилась, потерла пальцами висок и еще раз заглянула в глаза носорога. — А там аптечка есть, я видела. Пожалуйста… — Не положено, — как автомат, повторил Рокстеди. — Бо… повелитель приказал никого туда не пускать, а то он шкуру с меня спустит, — не отрываясь от своего занятия, он ловко перехватил за руку попытавшуюся проскользнуть мимо него Эйприл и сильно сжал. — Ты мне сейчас руку сломаешь, бестолочь! — взвизгнула возмущенно та. И в отчаянии, кое-что вспомнив, решила пойти ва-банк. — А если со мной что-то случится, твой босс не только шкуру, но и голову тебе снимет. Испуганный Рокстеди поспешно отдернул руку, попятился, забыв о двери. Но он все еще стоял в проходе, загораживая его. Мельком глянув на него, Эйприл скорчилась, одну руку прижимая к голове, другую — к животу. — Ох-х… невыносимая боль, — всхлипнула она, шатнулась в сторону софы и с видимым трудом сохранила равновесие. — Позови тогда хоть кого-нибудь, раз больше ничем не хочешь помочь. Я не хочу умереть тут… прямо сейчас… Изрядно струхнувший Рокстеди попятился еще дальше. Он четко помнил приказ Шредера: никто в его отсутствие не должен входить в зал, из которого он управлял Технодромом, и даже приближаться к нему. Но с другой стороны — сам же чуть не пришиб в тот раз за эту цыпочку. А если с ней и правда что случится? Черт, где же эта гребаная аптечка? Взгляд заполошно метнулся по стенам, вновь остановился на согнутой почти пополам фигурке Эйприл и тут же отпрянул, словно обжегшись. — Лады, давай, только скорее, — он рывком растворил металлические створки и втолкнул Эйприл внутрь. Шагнул было следом, но остановился на пороге. А ну как ее снова стошнит? Или расшибется обо что? Лучше, если его даже близко в этот момент не будет. Когда гулкие шаги мутанта затихли в глуби коридора, Эйприл сначала даже не поверила своему везению. Но, тут же спохватившись, метнулась к соседней двери, напротив той, в которую вошла. Именно там, если журналистка правильно запомнила, и располагалась командная рубка. Сжав кулачки так, что ногти больно впились в ладони, она изо всех сил пожелала, чтобы Шредера в этот момент там не оказалось. Обмануть его так же, как и простодушного мутанта, не получится. Бог миловал… Эйприл на мгновение замерла перед обширной панелью. Ну же, она уже на месте, какая из бесчисленных кнопок и рычажков нужная? Девушка наклонилась ближе, в приглушенном свете всматриваясь в символы возле них. Ни один из них ничего не говорил ей. Эйприл протянула было руку к одному, но застыла в нерешительности. А вдруг она сейчас по незнанию включит какое-нибудь оружие? Или откроет люк под своими же ногами — она с опаской покосилась на похожий на поделенный ломтиками яблочный пирог пол в центре помещения. Взгляд мимолетно мазнул по маленькому обзорному экрану. Нет, все же еще пока не ночь. Небо окрашено в закатные краски, на его фоне не рассмотришь, какая именно техника на переднем крае. А и неважно. Ну же, прямо сейчас… В отдалении послышались шаги. Эйприл в испуге ударила по кнопке. И… ничего. Совсем ничего, даже не погас свет, лишь стало, кажется, немного прохладнее. Ну, прекрасно, только кондиционера ей сейчас и не хватало. — Что здесь происходит?! — Эйприл вжала голову в плечи, услышав разгневанный рык Шредера. И замолотила по панели уже без всякой системы и смысла — на авось. Что-то же должно сработать. Хоть что-нибудь… Шаги грохотали уже за самой спиной, кажется, били прямо по мозгам. Не оборачиваясь, Эйприл потянула за рычаг, сильнее, чем, наверное, стоило. Он жалобно хрустнул в ее руках, однако выдержал. Хрюканье и фырканье поодаль сменилось громким взвизгом. Эйприл отважилась скосить глаза: в «пироге» пола недоставало одного «ломтя», в который, наверное, и провалился мутант. Губы девушки тронула нервная улыбка. Мутант, но не Шредер. Он в несколько шагов поравнялся с ней, грубо схватил за локоть, дернув на себя. Уже теряя равновесие, Эйприл вцепилась свободной рукой в рычаг. И, выгадав миг, с силой вдарила ладонью по вытянутой продолговатой кнопке. Пол дрогнул под ногами. Не удержавшись, Эйприл таки шатнулась и рухнула навзничь, больно ударившись локтем. Но тут же забыла о боли и, приподнявшись, завороженно уставилась на экран. Еле заметная в гаснущем свете дня, дымка барьера ярко вспыхнула электрическими отблесками, больно режущими глаза — в тот самый миг, когда откуда-то со стороны Технодрома вылетел голубой луч и разнес установленный на крыше небоскреба передатчик. Ну, то есть, что это был именно передатчик, Эйприл поняла значительно позже — а пока видела лишь, как кровля небоскреба разлетелась на куски, и в мерцающем поле барьера появился разрыв. Небольшой, всего лишь в ширину улицы. Но и его хватило. От колонны техники отделились несколько машин и устремились в прорыв, тут же на ходу открывая огонь. Спустя пару мгновений за ними последовали и несколько летательных аппаратов. — Ура! — сорвалось с губ Эйприл прежде, чем она поняла, что произошло. А в следующее мгновение ее, уже поднявшуюся на колени, грубо оттолкнули в сторону. Девушка проехалась на спине по полу, до крови расцарапав голую руку (плед с ее плеч давно слетел), прикусила губу. Шредер не оборачивался. Кажется, он и вовсе не замечал ее присутствия. Пальцы с лихорадочной скоростью бегали по клавишам, должно быть, пытаясь восстановить целостность барьера. Впустую. Эйприл могла сказать это, и не видя наверняка. А вскоре у ее похитителя появятся иные проблемы. Еще один выстрел. Пол содрогнулся под ногами. Эйприл торжествующе засмеялась. Да! Вот теперь поглядим, кто есть настоящий герой, кто чего стоит в реальной схватке, без брони и защитных барьеров. Шредер медленно повернулся в ее сторону, и смех угас. Глотку словно сжала чужая беспощадная рука. Эйприл чувствовала ее беспощадную хватку, хотя ниндзя не коснулся ее и пальцем. И когда он подался вперед, она инстинктивно отпрянула. — Я надеялся обойтись малой кровью… — тихим, но от этого не менее угрожающим голосом проговорил Шредер, пристально глядя на Эйприл. И она ощущала этот взгляд всем телом, как тяжелую руку, медленно, неумолимо вдавливающую в пол. — Их вполне бы удержал мой энергетический барьер — до того момента, когда я нашел бы способ быстро обезоружить их. Девушка хотела было возразить, но… не решилась. Потому что в глазах Шредера понемногу разгорался тот безумный, ожесточенный огонь, напугавший ее при первой встрече. На этот раз медленно, но неотвратимо. Она попятилась, медленно, по дюйму отползая в сторону — но замерла, обнаружив, что замечена. — Вы пожелали вмешаться — и сами решили их судьбу, — Шредер издевательски усмехнулся, надавил на рукоять одного из рубильников на панели. Эйприл не знала, что это означало, но явно — ничего хорошего. — Да будет так! Они погибнут — во имя вашего желания! — Нет! — Эйприл попыталась было подняться, но сведенные спазмом ноги подвели ее, и она вновь растянулась на полу, больно ударившись локтем. Шредер на нее не оборачивался, не сделал ни единого лишнего движения. Лишь отблески лезвий наладонников отмечали быстрые точные движения, задававшие программу смерти. Одиночный выстрел опрокинул замыкающую колонну машину, дымясь, она несколько раз перевернулась и, ударившись о столб, остановилась, перекрыв разрыв в барьере. Но несколько все же успели прорваться и, даже не достигнув Технодрома, поливали его огнем. Почти сразу же к ним присоединились и самолеты, кружа вокруг инопланетной махины, словно рассерженные осы. Но существенного ущерба нанести пока так и не удалось: мощная титановая броня не поддавалась ни ракетам, ни лазеру. Больше всего досталось и так пострадавшим, чудом уцелевшим на пути Технодрома кварталам. Воздух вновь заполнил дым и крошево разнесенных залпом зданий, видимость сократилась до сотни-другой метров, но и без нее нетрудно было догадаться о происходящем. До крови прикусив ладонь, Эйприл следила за побоищем. Нет, не так, совершенно не так все должно было происходить. Конечно, «необходимые жертвы» и «меньшее зло» были не пустыми словами (она со злостью оглянулась на Шредера, не так давно их произнесшего), и мирные жители наверняка давным-давно попрятались по бомбоубежищам и прочим укрытиям… Хоть бы в этих развалинах никого не оказалось… хоть бы… Вперед вырвались две машины неизвестной Эйприл конструкции. Должно быть, те самые части особого назначения, о которых говорила Ирма. А это значит… Ричард? Эйприл затаила дыхание; взгляд не отрывался от экрана. Ближе, все ближе… Незнакомая техника приблизилась уже на расстояние выстрела, а Шредер почему-то медлил, отвлекшись на дальние машины. Залп — и мощная махина Технодрома вздрогнула от попадания. Еще один… Эйприл не могла сдержать торжествующей улыбки. Теперь сомнения оставили ее. Так уверенно и решительно, стремительно и бескомпромиссно мог действовать только ее возлюбленный. Дымка от выстрелов и металлической крошки заволокла воздух густой пеленой, да и расстояние не давало рассмотреть наверняка, вкупе с защитным экраном — но ей казалось, она видела воочию горящие праведным гневом голубые глаза, руку, уверенно лежащую на панели запуска. Он не даст воли эмоциям, не промахнется, не отступит. Он пришел за ней — как и обещал. Все будет хорошо. Резкий разворот — и очередной залп лучевых орудий обратил первую из машин в груду дымящихся обломков. Никто не успел не то что выстрелить, увернуться — даже чуть подкорректировать курс машины. Еще один — и взлетела на воздух следующая. Еще… — Нет, — побелевшими губами прошептала Эйприл, глядя на то, что осталось от некогда мощной техники. От боевого отряда, укрытого под броней. Кажется, даже сердце после неровного удара замерло в груди, а кислород в воздухе сменился кипящим свинцом. — Нет… О Боже! Еще одно точное, уже неспешное касание рубильника, окутавшее сеткой разрядов и воздух вокруг Технодрома, и самолеты в нем — и весь проникший под невидимый купол боевой отряд был уничтожен. Устало выдохнув, Шредер опустил ладони на панель, оглянулся на Эйприл. Та не замечала его. Не видела никого и ничего. Расширенными глазами она смотрела перед собой, в пустоту. Из-под ногтей текла кровь, как и из прокушенной губы, но девушка не чувствовала боли. До крика, до безумия хотелось верить, что Ричард остался там, по ту сторону купола… что его не постигла судьба быть сожженным заживо, даже не добравшись до цели. Хотелось… но зрелище полного, окончательного разгрома стояло перед глазами, словно вытравленное кислотой. Эйприл воочию видела дымящиеся развалины, оставшиеся от боевых машин, от бывших там людей. От него… — Боже милосердный… — простонала она, обессиленно осела на пол, сжав голову руками. Стены комнаты пьяно качались перед глазами, словно привидевшиеся в кошмарном бреду. Эйприл вытянула перед собой руку, уставилась на нее безумным взглядом, словно не узнавая. Потом не выдержала — обернулась снова. Увиденное не исчезало, не спешило сгинуть. Густой дым все еще заволакивал недавнее поле боя, милосердно заслоняя от взора последствия ее безрассудства. Эйприл согнулась, словно подстреленная, снова застонала, жалобно, бессвязно, ни к кому конкретно не обращаясь. Все пропало, и она, она всему виной! Зачем, какого черта она сунулась? Пусть она оставалась бы в плену, как и весь город, пускай — рано или поздно все бы закончилось. Как-нибудь… Но он… он был бы жив. Она ничком опустилась на холодный пол, прижалась к нему лбом. «Все пропало», — снова и снова, словно заевшая пленка, крутилось в сознании, но у Эйприл не было сил ее остановить. Не было желания. Мир перестал существовать, а она… она как никогда яростно и страстно желала исчезнуть вместе с ним. Но почему-то, для чего-то осталась.