Достучаться до небес

      После последней встречи с Старскримом дни стали тянуться. Медик все чаще задумывался о сикере, хоть и старался гнать эти мысли прочь. Ведь чем больше он думал о нем, тем сильнее хотел вернуться, отвлекался от работы, а этого он очень не любил.       Наконец настал день отъезда. Молодые медики неохотно отпустили Рэтчета, ведь теперь им придется работать самим в полную силу. А сам врач устал. Ему на замену прислали другого, менее опытного, но то же хорошего медбота. И снова он провел пять дней без перезарядки, а в самолете-перевозчике вместо отдыха перечитывал и заполнял отчеты. Немного нервничал, как примет его Старскрим. Но в любом случае, он возвращался домой и как-никогда ранее был этому несказанно рад.       Прибыв на базу, его тут же перехватили товарищи, занимая какими-то разговорами, но тот быстро отмахнулся ссылаясь на усталость, и те отстали, так как медик действительно выглядел вымотанным. Набирая код от своего отсека, он надеялся увидеть спящего там Старскрима, но его там не было. Рэтчет бегло посмотрел на время и подумал, что тот скорее всего на построении, ведь сейчас раннее утро. И чуть позже вспомнил, что даже не предупредил его о своем прибытии. В любом случае, наверное, это будет для сикера приятным сюрпризом. Медбот с усилием забрался на платформу, хотел дождаться крылатого, но сильно устал и почти моментально провалился в оффлайн.

***

      Весь оставшийся месяц Старскрим усиленно тренировался. После встречи с Мегатроном он заметно приуныл, ведь меха был уверен, что одержит верх над лидером десептиконов. Но всё оказалось совсем не так. Сикер много времени проводил в тренировочном зале, часто не приходя на обучение своих учеников, давая им задание на самостоятельное изучение, или оставлял за старшего кого посообразительней из подопечных. Однажды Скрим пришёл к солдатам и приказал им напасть на него всем вместе. Те конечно же упирались, дескать, так не принято в рядах автоботов, это не честный бой, но командующий им доступно объяснил с использованием нецензурных выражений, что так и они попробуют себя в командном бою, и офицер потренируется. В итоге, разобраться даже с восемью трансформерами оказалось легче, чем с одним гладиатором. Мегатрон был сильнее их вместе взятых в несколько раз, что крайне расстраивало Старскрима. Но именно это и копило в сикере стремление стать лучше, сильнее, выносливей. К тому же с этим стремлением время летело быстрее и о Рэтчете он вспоминал только к вечеру, ложась отдыхать.       О том, что именно сегодня медик возвращается, Старскрим забыл, а вернее он не знал конкретной даты. Но как же он был рад, когда он узнал о возвращении автобота! Меха даже своих солдат отпустил пораньше. Так уж он торопился в мед отсек. Бывший главком десептиконов зашёл в помещение и увидел спящего любимого бота. Он прошёл к нему и уселся на край платформы, рассматривая грязный корпус, хотя сам летун выглядел не лучше. Большим пальцем провел по щеке медика, а после ладонь погладила алый шлем. Вытаскивать в онлайн не хотелось, но и не прикоснуться к дорогому меха он не мог. Но как бы Старскрим не хотел помешать Рэтчету отдыхать, известно, что у медиков крайне чуткий оффлайн, и прикосновение изящной руки его разбудило. Он улыбнулся, не включая оптику.

— Я тоже скучал… — тихо произнес медбот и поймал пальчики сикера, прислоняя их к губам. А после он просто потянул летуна за манипулятор, вынуждая того в прямом смысле забраться на него сверху.

— Как ты тут без меня? Мне неделя далась тяжело… Меня не хотели отпускать, но после того как ты там побывал, положение улучшилось, нападки стали редкими, и я смог уехать. Хотя рассчитывал, что скорее всего меня оставят на больший срок. Прости, что не сказал о своем прибытии, но теперь я здесь, и это совсем не важно, — он ещё раз прислонил манипулятор лежащего теперь уже сверху трансформера к губам и аккуратно поцеловал, потерся щекой о тыльную сторону ладони. Давно медик так сильно не скучал по кому-либо. Было так тепло и спокойно сейчас. Как будто все тревоги в раз оставили его. И он нашел наконец-то убежище для своей рваной искры. Кто бы мог подумать, что тем, кому он доверится, будет бывший главнокомандующий десептиконов. Левая рука Мегатрона… Старскрим же не ожидал, что медик проснется, так что даже немного дёрнул рукой, когда Рэтчет взялся за неё, но вовремя остановился, услышав тот самый голос, немного с хрипотцой. Сикер сразу как-то посветлел, заулыбался в ответ. Пальчики прошлись по губам бело-красного меха. Хоть медик и затащил летуна на платформу, предполагая, что тот ляжет на него, тот лишь навис сверху, упираясь коленями и локтем.

— Без тебя здесь было очень скучно и уныло, по крайней мере мне. Честно говоря, я совершенно забыл, что ты должен был вот-вот приехать, поэтому никак не смог подготовиться к твоему приезду. Шлак. Я даже тебя не встретил, — истребитель искренне сожалел о том, что сейчас озвучил. Он наклонился к фейсплейту медика и прошептал ему в губы:

— Прости, — в следующий миг офицер с жадностью стал целовать медбота, совершенно забывая о каком-то приличии.

— Мфх… — только и успел буркнуть тот, когда чужая глосса оказалось у него во рту. Не смотря на это, он быстро приспособился, одним манипулятором обхватывая лицевую сикера, а вторым обнимая его за корпус. И вновь этот сладкий поцелуй завладел разумом. Рэтчет целовал сикера как никого другого, страстно и горячо, заставляя лечь на себя, лишив опоры, желая соприкоснуться с горячим корпусом.

— Ничего, что ты меня не встретил, я даже рад, что ты не видел меня, когда я вернулся, — медбот вообще не любил, чтобы его видели уставшим. В его понимании это было признанием слабости, которую он не хотел выставлять на показ. Заткнуть этому автоботу рот, когда тот начинает ворчать? Да, это Скандалист любил делать. Сикер вновь целовал его, сплетал с ним свою глоссу, обволакивая её сверху, смешивая жидкости и периодически глотая. Манипуляторы поглаживали броню то на плечах бота, то на груди, а пару раз опускались и ниже, до уровня бёдер. Не хотелось казаться ненасытным.

— Я грязный, мне нужно в мойку, с дороги не дополз, — улыбнулся Рэтчет, кое-как прекращая сладкий поцелуй и все же… как приятно было ощущать на себе этот корпус стальной птицы. Теплый, гладкий, приятно пахнущий… Это все создавало ощущение уюта и того, что он на конец-то дома. С тем, с кем хочет быть рядом.

— Да, ты очень грязный, Рэтчет, — прошипел Скрим, ещё пару раз чмокнув медика в губы. Ему пришла неплохая идея.

— Знаешь, я тоже испачкался. Пойдём-ка в мойку вместе. Я помогу тебе, а ты почистишь мне крылья, а то за все твое отсутствие не один автобот не подходил для этого занятия, — наигранно хмыкнул летун, поднявшись с медика и помогая встать с платформы ему. Меха не сразу обработал, к чему это Старскрим повторил, что он грязный, да ещё и с такой ухмылочкой и соответствующей интонацией, и только когда тот уже потащил его в мойку, понял. Поэтому нахмурился, явно недовольный что тот имел ввиду. Когда они туда зашли, Скрим включил очиститель и взял щётку, налил на неё пенящуюся и приятно пахнущую жидкость. Встав позади трансформера и взяв того за манипулятор, он приподнял красно-белую руку и стал стирать с неё накопившуюся пыль и грязь. Делал Скрим это бережно и заботливо, сам удивляясь, когда приобрёл эти качества. Пока мыл дока, наклонился к его шлему сбоку и провёл по нему глоссой, тихо, но заметно урча мотором.

— Старскрим! Я ещё не такая развалина, что бы меня всего намывать! Спину да, потри, промой, а вот остальное я и сам в состоянии, — забубнил Рэтчет, явно недовольный всем этим. Это уже было слишком, он вполне мог помыться и сам. Хотя потом он немного успокоился, медленно понимая, почему сикер делает это для него и смутился, что стал возмущаться не по делу.

— Дай же мне в коем-то ворне за тобой поухаживать, старый ты ворчун, — всё так же ухмыляясь, продолжал свои действия Старскрим. Бывший десептикон бережно промывал каждый сантиметр ало-белого корпуса, ставшего уже родным. Сам же он впервые за кем-то ухаживал, испытывая столь сильные чувства.

— Прости мою грубость. Я совсем отвык от такого отношения к себе. Я привык быть один, — было видно, что бот извиняется. Даже не смотря на то, что он понимал, что Скрим за ним ухаживает, было немного не по себе… Но он больше не ворчал, только наслаждался приятным обществом и мягкими, почти ласкающими движениями щетки.

— Я знаю твой характер и за него извиняться не стоит. Мне тоже приходилось большое количество времени быть в одиночестве, но теперь… — тут жёлтая оптика опустилась на Рэтчета, он явно задумался о чём-то важном, только промолчал. Медик это заметил, но не произнес не слова. Чуть позже они поменялись ролями.

— Тебе придется сесть на пол, что бы я сделал все хорошо, — бот мягко улыбнулся, потерев крыло сикера у основания и немного потянув вниз, что бы тот сел, как было сказано.

— А? Да, конечно, — летун опустил свой бампер на пол, а крылья расставил в стороны, чтобы было удобнее их мыть и полировать. Довольно долгое время они просто молчали. Док был занят делом, это понятно, а вот сикер… Медик продолжал мыть крылья. Очень бережно, каждый стык, каждую впадинку он обводил по два раза. С заботой и теплом, касаясь иногда пальцами, чтобы ощутить металл. Но ничего этого сикеру было не видно, особенно довольную лицевую, которую можно было увидеть у медика крайне редко.

— Рэтчет. Мы же… теперь вместе, да? — набравшись смелости, спросил экс-десептикон. Честно говоря, он не думал, что будет от чего-то робеть, полагая, что ничего не боится. Но этот медик… Он пробудил в нём бурю новых и неиспытанных эмоций. Медбот плавно провел по плечам стальной птицы, задевая пальцами воздухозаборники и скрестил манипуляторы на груди у Старскрима. Тем самым прижав себя к нему максимально близко и имея возможность наклониться к аудосенсору. В момент после заданного наиважнейшего вопроса была тишина. И не важно, что во всю шумела вода. Посторонние звуки ушли на задний план. Было слышно, как голос сикера дрожал, в отличии от голоса медбота. Тот был по прежнему хриплый и уверенный.

— Вместе… — тихо прошептал тот, лишь немного повысив голос, чтобы перебить шум воды. Тёплое, красиво слово… как же нравилось ему его произносить. Так невероятно приятно было осознавать, что ты чей-то. И что у тебя есть кто-то. Он ещё крепче обнял Старскрима и аккуратно поцеловал его в щеку.

— Я ещё очень мало знаю о тебе. С каждым циклом ты меня удивляешь все больше. Своими поступками… Но я готов рискнуть и принадлежать тебе, — да, именно это слово было подходящим. Отдаться полностью, без остатка. Он и сам не понял, почему произнес именно его. Возможно, давно, в глубине искры, он хотел быть кому-то нужным просто, как меха. Но он так же надеялся, что сикер разделяет его желание и отдастся ему, будет доверять, уважать и просто любить, безвозмездно. Без какой бы то ни было выгоды. «Вместе». Это было как камень с искры. Ладонь легла на манипулятор Рэтчета, гладя его, а сам сикер внимательно слушал волшебный голос позади.

— Я никогда никому этого не говорил, но, похоже, пришло время, — он повернулся к медику передом, вставая перед ним на колени, и взяв его ладони в свои.

— Я… Я люблю тебя, — снова в начале чуть заробел Старскрим, но взял всю свою волю в кулак и признался медботу в своих чувствах. Для медика это было даже неожиданно. Нет, он думал о том, что если их отношения будут развиваться, то однажды кто-то из них первым это скажет. Но не думал, что этот день будет сегодня. Да, сам он уже говорил эти слова когда-то. И тяжелее всего было произносить их вновь. Но, смотря в янтарные линзы, он не мог не ответить взаимностью.

— Я тоже, Старскрим. Я люблю тебя, — робости и смущения не было. Он точно знал, что эти слова сказаны не в пустую, что Старскриму они нужны не меньше, чем и ему самому. Медик притянул лицевую сикера, что уже успел обхватить ладонями, к себе, заключая сладкие губы в поцелуй. Скриму были до безумия нужны эти три слова. Он всё ждал, когда тот их произнесёт. Это уже не просто признание в любви, а клятва в верности. Тиран небес был впервые настолько сильно влюблён в кого-то. Удивительно, что побудителем таких сильных, полностью обволакивающих чувств, стал старый врач. Самая странная пара, которую было можно представить. Никто на базе даже не догадывался об их отношениях, считая Рэтчета старым брюзгой, а Скрима слишком самовлюбленным. Но, жизнь и любовь такие непредсказуемые… И вот они оба на коленях перед друг другом, под струями очистителя, неотрывно смотрят в оптику. Рэтчет разглядывал черты фейсплейта сикера. Такие утонченные, красивые… на мгновение вспомнил, каким оплавком раньше считал Старскрима, но всегда внутри себя отмечал, что создатели наделили его превосходными данными. И вот, сейчас он стоял перед ним. И он был его. Абсолютно весь. Совсем другой.

— Теперь я боюсь тебя потерять. Обещай мне, что ты выживешь при любых обстоятельствах, ради меня. Иначе, я отомщу за тебя и совершу путь в один конец, — заговорил истребитель странными для него самого словами. Он сам не особо понимал, что говорит, зато чётко осознавал, что будет делать.

— Я никуда не денусь, Старскрим. Только ржа и время сможет меня забрать… — он как-то печально улыбнулся, понимая, что его время придет раньше, чем сикера и ему рано или поздно придется оставить его одного. Но это ещё такое далекое будущее, что он быстро отогнал эти мысли. Поглаживания и притирания корпусов не прекращались, они были словно два юнлинга, впервые дорвавшиеся до друг друга. Правда медик осознавал, что на платформе могут возникнуть проблемы. Все же он совсем не молод и довольно давно не пользовался как принимающей системой, так и передающей. Поэтому перспектива их использования для него была безрадужной. Но в любом случае, Старскрим пока не требовал от него ничего подобного, и это устраивало Рэтчета. Он не хотел спешить. Офицер наконец-то оторвался от губ медбота и прислонился к его шлему своим, с улыбкой заглядывая в голубую оптику. Вроде бы, просто оптика, но для сикера она много значила, в ней он мог прочитать чувства теперь уже партнера.

— Давай домоемся и выйдем отсюда, — предложил Старскрим и, поднявшись с колен, помог подняться Рэтчету. Всё-таки бывший десептикон понимал, что медик не молод, поэтому было необходимо всячески помогать ему. Сикер пропустил его вперёд. Дальше железная птица прижался к желанному корпусу со спины, обняв обоими манипуляторами на уровне грудной пластины. Свою голову он уместил на его плече, упершись в него подбородком.

— Теперь я всегда буду с тобой. Где бы ты ни был, я буду рядом, чтобы с тобой ничего не случилось, чтобы я мог тебя защитить. Меня-то ты починить можешь, но не самого себя. Такого же прекрасного и опытного специалиста больше нигде нет. Рэтчет по доброму хохотнул.

— Было пару раз, когда я сам себя чинил, правда не серьезные повреждения. Но… спасибо тебе… Меня бы здесь уже не было, если бы не ты… — После этих слов он направился на платформу и, когда сел, как-то неуверенно и смущенно поинтересовался.

— Может, стоит сдвинуть платформы и спать теперь вместе? — пока это говорил, поглаживал от волнения собственные пальцы, что за одно и разглядывал. Давно он никому подобного не предлагал. Да и не знал, как понравится Старскриму, что он нарушит его личное пространство. Любовь любовью, а вздорный характер никто не отменял. С другой стороны он знал, что сикер ему не откажет, ведь слова были наполнены искренностью. Рэтчет ещё какое-то время мялся, разглядывая и разминая заедающие фаланги, но потом все же поднял свой взгляд на летуна в ожидании его ответа. Впервые за долгое время суровый медик чувствовал себя слишком неопытным… Это предложение было таким неожиданным, что Старскрим даже на мгновенье застопорился. Его процессор обработал информацию и выдал ответ с учётом характера сравнительно молодого меха.

— Мне даже не верится, что ты сам это предлагаешь! Я только «за»! — ухмыльнулся бывший десептикон, с веселым удивлением и неотъемлемой саркастичностью, стоя уже рядом с нервничающим медботом. Его идея была явно по искре летуну.

— Тогда я притащу сюда свою платформу! — и с этими словами Скандалист отправился за ней в ремблок. Оказывается, она такая тяжёлая. Ни тащить на себе, ни тем более поднять офицер её не смог. Тогда он начал просто толкать платформу или приподнимать и перетаскивать на короткое расстояние. Старскрим не жалел сил, осознавая, насколько будет сладок итог. Рэтчет было спохватился помогать, но его осаживал партнер. Дважды. Стоило медику коснуться платформы, как в его сторону сикер грубо рявкнул:

— Не смей! Я сам всё сделаю. Иди, я скоро. Только док не отходил от него, наблюдая и явно переживая, что Скрим надрывается в одиночку. Наверное, старому автоботу прошивка не позволяла стоять в стороне, поэтому тот снова ухватился за платформу, чтобы помочь, только вместо того, чтобы вместе дотащить до нужного места, Старскрим ещё больше вспылил, совсем не по-доброму взглянув на медика. Гордый летун ни за что не даст возлюбленному тягать такие тяжести. Ничего не приходилось, как стоять и наблюдать, как сикер передвигал тяжеленный металл. В конце концов Старскрим дотащил тяжесть и выровнять её Рэтчет все же помог.

— Я буду с боку, чтобы можно было быстрее встать, если вызовут, — все для пользы дела. Хотя сам привык спать у стены. Было уже довольно поздно, поэтому он пропустил лечь Скрима, после чего лег сам сначала раздумывая, как же им вместе лежать, ведь хотелось прижаться к теплому сикеру. Какое-то время меха размышлял над этим, но потом внаглую просунул сервопривод Старскрима себе между ног, зажимая его и притягивая весь остальной корпус, обнимая манипуляторами. Второй серво сикера закинул себе на бедро.

— Пожалуй, так будет удобно и достаточно близко, — улыбнулся он, чувствуя ту неподдельную, теплую близость того, кого ты любишь. На это бывший командующий ВВС молча улыбнулся и обнял одним манипулятором за спину, притянув к себе вплотную.

— Я люблю тебя, — шепнул напоследок бывший фиолетовозначный и стал уходить в оффлайн. Рэтчет ответил взаимностью, прошептав те же самые три слова, и проваливаясь в блаженный офф.