Призрак-слэшер, или отымей моего парня.

Закрыв дверь амбара после того, как Саша и Максим зашли туда, чтобы занести последние мячи, Кирилл летящей походкой направился к домику, напевая странную песенку и периодически хихикая. Катя же, которая видела, что сделал Кирилл, не смогла сдержать смех, от которого Саша вздрогнул. — Что с тобой? — озадаченно спросил Максим, вглядываясь в темноту. Одним из минусов этого амбара был регулятор света, который находился снаружи, так что в этой лачужке с каждой минутой становилось все темнее и темнее. Катя радостно примостилась к самому высокому месту и начала тихо наблюдать за происходящим. +++ На вопрос Максима я просто покачал, головой, но только после понял, что из-за наступающей темноты меня практически не видно. — Не, ничего, — прошептал я. Воцарилась тишина. Такая глубокая, мрачная и давящая на мозг тишина. Но нарушать ее не хотелось совсем. Через несколько минут мне надоело стоять на одном месте, и я решил поискать, на что можно было бы опереться или присесть. Поэтому я медленно начал передвигаться по амбару, вытянув руки вперед, чтобы случайно на что-нибудь не наткнуться. Но, как всегда, по счастливой случайности, тихо найти опору для пятой точки мне не удалось. Теперь же тишину разорвали шаркающие звуки, исходящие после каждого моего шажка, а после и грохот от смачного падения на что-то неопределенное. — Ты как? — как-то встревожено послышалось со стороны, где стоял Поля. — Ммм, — еле-еле отодрал свое лицо с какой-то поверхности и уселся. — Вроде нормально. — И на что же ты приземлился? — спокойнее произнес Максим. — Эмм, — я аккуратно ощупал все, что находилось в радиусе моей вытянутой руки. — Оказывается, и у меня есть тетушка Удача! — тихо пролепетал, продолжая ощупывать мягкий матрас. — Иди сюда! Когда я устроился поудобнее на мягком, но все же немного грязном и пыльном, матрасе, я почувствовал движение под боком и повернул туда голову. Внезапно я почувствовал дыхание Максима возле своей шеи, по телу прошелся табун мурашек, а откуда-то сверху послышались непонятные хлюпающие звуки, но на них я почти не обращал внимание. Так как оно все собралось в одной точке обжигаемой дыханием парня. Но буквально через секунду ко мне вернулся рассудок, который заставил меня увеличить расстояние между мной и Полей. Опять в свои права вступила тишина, но на этот раз совсем не гнетущая, а волнительная. Мое сердце так стучало, что в ушах заложило, и, кажется, что дыхание ушло куда-то погулять, потому что я никак не мог вздохнуть. В голове что-то проскальзывало, но рассудок неистово это отвергал. Однако меня немного пугала реакция на всего лишь на дыхание возле шеи. Но обдумать все никак не получалось. Мысли кружились и вились, путаясь в клубок, который, кажется, невозможно распутать. — Ммм, все хорошо? — прошептал Максим. — Ага, — так же шепотом произнес я, утыкаясь в свои коленки. Но вдруг на меня что-то упало, отчего я чуть не вскочил. Пощупав, я понял, что это олимпийка Поли. — Зачем это? — пытался вглядеться в темноту и понять, что сейчас происходит с Максом. — Ну, — немного промолчал он, после чего тихо, нежно и как-то немного тоскливо и одновременно обеспокоено проговорил. — Ты только недавно переболел, а уже начинает холодать, так что…грейся. От такой заботы я немного смутился, тут же вспоминая сцену, когда ко мне пришла Кристина и начала расспрашивать о «Максимке», впоследствии убегая в слезах. — Поль, — хотел я уже задать вопрос, но тут же осекся. — Я же просил меня так не называть. — Но ты же называл меня Заепусей! — чуть обиженно воскликнул я. — Это другое. Оно тебе подходит, — все продолжал шептать парень. — И чем же? — Э, — если бы не темнота, я б подумал, что он смутился, но из-за чего? — Не скажу. Ты же вроде хотел задать вопрос? — немедленно перевел тему разговора. — А, это… Кто для тебя Кристина? — не зная, как сформулировать правильно вопрос, сказал, первое, что залезло в мою голову. — Ннн, одноклассница? — немного вопросительно ответил Максим. А через секунду — немного грустно. — А зачем спрашиваешь? — Ну, она вечно к тебе на шею вешается. — А что ревнуешь? — К ней? — удивился я. — Да ни в коем случае. — А к … — Максим вдруг оборвал фразу, замолкая. — Не важно. Она просто бывшая подруга Кати. — Кати? — еще больше удивился. — Приз… Ахотейкиной, что ли? — Ты откуда ее знаешь? — пришла очередь Поли удивляться. А я, кажется, ляпнул что-то лишнее. — Эмм, ну…слышал, как бы. — И что же ты слышал? — с подозрительной ноткой спросил Максим, приближаясь чуточку ближе, так как разговаривать на расстоянии почти в два метра не очень комфортно. — Ну, она твоя девушка, — совсем тихо произнес я, вспоминая, что эта самая девушка от нас хочет, и невольно краснея. Я был уверен на все сосательные конфеты в мире, что это особа сейчас где-то поблизости. — Это не так! — твердо проговорил Максим, прожигая меня взглядом. Интересно, как это у него в темноте получается? — Она была мне другом. Люблю я… — опять оборвал фразу он. — Кого? — не переставал любопытничать я. Давно же мы так долго не разговаривали. А Максим все молчал, мне начинало уже казаться, что он растворился в воздухе. Поэтому я приблизился немного к нему, чтобы понять, чем он там занят и почему же он молчит, да и глаза уже почти адаптировались к темноте. Коснувшись руки Максима, чтобы он обратил на меня внимание, я почувствовал холод кожи. — Тебе холодно? — озадаченно ощупал руку Максима. — Нет, — спокойно ответил, немного вздрагивая. Ощупывая, свободные от одежды, участки кожи на предмет мерзлости, я тыкнул пальцем в нос Поле, от чего он вскочил. — Ты чего делаешь? — Ты врешь! — уверенно сказал я. — Ты замерз! — Не правда, — все еще настаивал он на своем. — Да ну тебя, — я взял его за руку и неосознанно потянул. Ну, и кто же тут придурок? Конечно, я, ведь теперь из-за меня мы валяемся одной половиной на грязном матрасе, другой — на полу. Сжимая ладонь Максима, которая была все же холодной, придерживая его то ли за талию, то ли за попу, я носом зарылся в его шевелюру. Он же уткнулся мне в шею, снова обдавая ее горячим дыханием, и опять по телу молнией прошлась стая мурашек, заставляя меня немного вздрогнуть. Когда он поднял голову и повернул ее, то она была на одном уровне с моей. Теперь же наши вдохи и выдохи сливались в одно горячее, сжигающее дыхание. В ушах звенело, такое чувство, будто мир остановился, уменьшился до точки. Голова чуть ли не кружилась. Все путалось, казалось незначительным, разум все что-то шептал. В углу кто-то хихикал, но все это так и не доходило до центра сознания. И только промежуток становился все меньше, а губы все ближе, как включился свет. Свет. До нас не сразу дошло, что произошло, но даже так двинуться не было сил, и только когда дверь внезапно открылась, мы все же попытались отдалиться, но не успели. — И что же вы делаете? — с интересом поглядывая на данную ситуацию, произнес тренер. — Ммм, истребляем термитов? — разъединяя тела, сказал я. — Хм, не думал, что их можно травить обнимашками, — иронично поглядывал на нас он. А на его лице пребывала жуткая улыбка, которая бывает тогда, когда кого-то запалили, и теперь обдумывают условия не разглашения увиденного. — Пойдемте, девочки мои, а то ваша еда стынет, если, конечно, ее уже не съели, — и как это бывает обычно в аниме, как назло, у меня и Максима заурчали животы. Всю дорогу к домику мы с Полей сохраняли дистанцию не меньше двух метров, отчего тренер странно на нас поглядывал и хитро улыбался, заставляя чувствовать себя не в своей тарелке. Зайдя в дом, мы сначала направились в душ. На этот раз по отдельности. Только вот мне же не везет, поэтому со мной была Катя, которая, как всегда, неожиданно появилась перед глазами. Сказав «Поздравляю!» (с чем, я так и не понял), она уселась на раковину и загадочно смотрела на меня, как-то мечтательно, а улыбка у нее была похуже тренера. Только от одного вида хотелось в нее чем-то швырнуть, но, увы, толку от этого будет мало. Приняв душ, мы с Максимом остались наедине поглощать оставшуюся пищу, молча сидя на кухне. Все это время мы пытались даже не смотреть друг на друга, что немного бесило, но голову поднять и взглянуть на него я так и не смог — лицо непроизвольно окрашивалось в цвет спелого помидора, а в голове возникали разного рода сцены из памяти. В кровати мы тоже лежали как можно дальше друг от друга, однако одно единственное одеяло не давало нам слишком отдалиться. Мозг же не давал уснуть, в голову вечно лезли разного рода мысли, которые даже озвучивать не хочется. Сердце стучало как бешеное, как будто я никуда и не уходил из амбара. Кажется, будто я все еще чувствую этот жар его дыхания. Жар. Дыхание. Он. Как мы оказались так близко, я так и не понял, но я чувствую, что уснуть у меня почему-то сегодня не получится. Мне очень стыдно, что не могла выкроить для писанины время раньше (поступление, универ, домашка) и что получилось так мало. А еще кажется, что слишком все стремительно, но по-другому никак не выходит. Ну, не буду писать целую тираду. Приятного чтения