Призрак-слэшер, или отымей моего парня.

Закрыв дверь амбара после того, как Саша и Максим зашли туда, чтобы занести последние мячи, Кирилл летящей походкой направился к домику, напевая странную песенку и периодически хихикая. Катя же, которая видела, что сделал Кирилл, не смогла сдержать смех, от которого Саша вздрогнул. – Что с тобой? – озадаченно спросил Максим, вглядываясь в темноту. Одним из минусов этого амбара был регулятор света, который находился снаружи, так что в этой лачужке с каждой минутой становилось все темнее и темнее. Катя радостно примостилась к самому высокому месту и начала тихо наблюдать за происходящим. +++ На вопрос Максима я просто покачал, головой, но только после понял, что из-за наступающей темноты меня практически не видно. – Не, ничего, – прошептал я. Воцарилась тишина. Такая глубокая, мрачная и давящая на мозг тишина. Но нарушать ее не хотелось совсем. Через несколько минут мне надоело стоять на одном месте, и я решил поискать, на что можно было бы опереться или присесть. Поэтому я медленно начал передвигаться по амбару, вытянув руки вперед, чтобы случайно на что-нибудь не наткнуться. Но, как всегда, по счастливой случайности, тихо найти опору для пятой точки мне не удалось. Теперь же тишину разорвали шаркающие звуки, исходящие после каждого моего шажка, а после и грохот от смачного падения на что-то неопределенное. – Ты как? – как-то встревожено послышалось со стороны, где стоял Поля. – Ммм, – еле-еле отодрал свое лицо с какой-то поверхности и уселся. – Вроде нормально. – И на что же ты приземлился? – спокойнее произнес Максим. – Эмм, – я аккуратно ощупал все, что находилось в радиусе моей вытянутой руки. – Оказывается, и у меня есть тетушка Удача! – тихо пролепетал, продолжая ощупывать мягкий матрас. – Иди сюда! Когда я устроился поудобнее на мягком, но все же немного грязном и пыльном, матрасе, я почувствовал движение под боком и повернул туда голову. Внезапно я почувствовал дыхание Максима возле своей шеи, по телу прошелся табун мурашек, а откуда-то сверху послышались непонятные хлюпающие звуки, но на них я почти не обращал внимание. Так как оно все собралось в одной точке обжигаемой дыханием парня. Но буквально через секунду ко мне вернулся рассудок, который заставил меня увеличить расстояние между мной и Полей. Опять в свои права вступила тишина, но на этот раз совсем не гнетущая, а волнительная. Мое сердце так стучало, что в ушах заложило, и, кажется, что дыхание ушло куда-то погулять, потому что я никак не мог вздохнуть. В голове что-то проскальзывало, но рассудок неистово это отвергал. Однако меня немного пугала реакция на всего лишь на дыхание возле шеи. Но обдумать все никак не получалось. Мысли кружились и вились, путаясь в клубок, который, кажется, невозможно распутать. – Ммм, все хорошо? – прошептал Максим. – Ага, – так же шепотом произнес я, утыкаясь в свои коленки. Но вдруг на меня что-то упало, отчего я чуть не вскочил. Пощупав, я понял, что это олимпийка Поли. – Зачем это? – пытался вглядеться в темноту и понять, что сейчас происходит с Максом. – Ну, – немного промолчал он, после чего тихо, нежно и как-то немного тоскливо и одновременно обеспокоено проговорил. – Ты только недавно переболел, а уже начинает холодать, так что…грейся. От такой заботы я немного смутился, тут же вспоминая сцену, когда ко мне пришла Кристина и начала расспрашивать о «Максимке», впоследствии убегая в слезах. – Поль, – хотел я уже задать вопрос, но тут же осекся. – Я же просил меня так не называть. – Но ты же называл меня Заепусей! – чуть обиженно воскликнул я. – Это другое. Оно тебе подходит, – все продолжал шептать парень. – И чем же? – Э, – если бы не темнота, я б подумал, что он смутился, но из-за чего? – Не скажу. Ты же вроде хотел задать вопрос? – немедленно перевел тему разговора. – А, это…Кто для тебя Кристина? – не зная, как сформулировать правильно вопрос, сказал, первое, что залезло в мою голову. – Ннн, одноклассница? – немного вопросительно ответил Максим. А через секунду – немного грустно. – А зачем спрашиваешь? – Ну, она вечно к тебе на шею вешается. – А что ревнуешь? – К ней? – удивился я. – Да ни в коем случае. – А к … - Максим вдруг оборвал фразу, замолкая. – Не важно. Она просто бывшая подруга Кати. – Кати? – еще больше удивился. – Приз…Ахотейкиной, что ли? – Ты откуда ее знаешь? – пришла очередь Поли удивляться. А я, кажется, ляпнул что-то лишнее. – Эмм, ну…слышал, как бы. – И что же ты слышал? – с подозрительной ноткой спросил Максим, приближаясь чуточку ближе, так как разговаривать на расстоянии почти в два метра не очень комфортно. – Ну, она твоя девушка, – совсем тихо произнес я, вспоминая, что эта самая девушка от нас хочет, и невольно краснея. Я был уверен на все сосательные конфеты в мире, что это особа сейчас где-то поблизости. – Это не так! – твердо проговорил Максим, прожигая меня взглядом. Интересно, как это у него в темноте получается? – Она была мне другом. Люблю я… – опять оборвал фразу он. – Кого? – не переставал любопытничать я. Давно же мы так долго не разговаривали. А Максим все молчал, мне начинало уже казаться, что он растворился в воздухе. Поэтому я приблизился немного к нему, чтобы понять, чем он там занят и почему же он молчит, да и глаза уже почти адаптировались к темноте. Коснувшись руки Максима, чтобы он обратил на меня внимание, я почувствовал холод кожи. – Тебе холодно? – озадаченно ощупал руку Максима. – Нет, – спокойно ответил, немного вздрагивая. Ощупывая, свободные от одежды, участки кожи на предмет мерзлости, я тыкнул пальцем в нос Поле, от чего он вскочил. – Ты чего делаешь? – Ты врешь! – уверенно сказал я. – Ты замерз! – Не правда, – все еще настаивал он на своем. – Да ну тебя, – я взял его за руку и неосознанно потянул. Ну, и кто же тут придурок? Конечно, я, ведь теперь из-за меня мы валяемся одной половиной на грязном матрасе, другой – на полу. Сжимая ладонь Максима, которая была все же холодной, придерживая его то ли за талию, то ли за попу, я носом зарылся в его шевелюру. Он же уткнулся мне в шею, снова обдавая ее горячим дыханием, и опять по телу молнией прошлась стая мурашек, заставляя меня немного вздрогнуть. Когда он поднял голову и повернул ее, то она была на одном уровне с моей. Теперь же наши вдохи и выдохи сливались в одно горячее, сжигающее дыхание. В ушах звенело, такое чувство, будто мир остановился, уменьшился до точки. Голова чуть ли не кружилась. Все путалось, казалось незначительным, разум все что-то шептал. В углу кто-то хихикал, но все это так и не доходило до центра сознания. И только промежуток становился все меньше, а губы все ближе, как включился свет. Свет. До нас не сразу дошло, что произошло, но даже так двинуться не было сил, и только когда дверь внезапно открылась, мы все же попытались отдалиться, но не успели. – И что же вы делаете? – с интересом поглядывая на данную ситуацию, произнес тренер. – Ммм, истребляем термитов? – разъединяя тела, сказал я. – Хм, не думал, что их можно травить обнимашками, – иронично поглядывал на нас он. А на его лице пребывала жуткая улыбка, которая бывает тогда, когда кого-то запалили, и теперь обдумывают условия не разглашения увиденного. – Пойдемте, девочки мои, а то ваша еда стынет, если, конечно, ее уже не съели, – и как это бывает обычно в аниме, как назло, у меня и Максима заурчали животы. Всю дорогу к домику мы с Полей сохраняли дистанцию не меньше двух метров, отчего тренер странно на нас поглядывал и хитро улыбался, заставляя чувствовать себя не в своей тарелке. Зайдя в дом, мы сначала направились в душ. На этот раз по отдельности. Только вот мне же не везет, поэтому со мной была Катя, которая, как всегда, неожиданно появилась перед глазами. Сказав «Поздравляю!» (с чем, я так и не понял), она уселась на раковину и загадочно смотрела на меня, как-то мечтательно, а улыбка у нее была похуже тренера. Только от одного вида хотелось в нее чем-то швырнуть, но, увы, толку от этого будет мало. Приняв душ, мы с Максимом остались наедине поглощать оставшуюся пищу, молча сидя на кухне. Все это время мы пытались даже не смотреть друг на друга, что немного бесило, но голову поднять и взглянуть на него я так и не смог - лицо непроизвольно окрашивалось в цвет спелого помидора, а в голове возникали разного рода сцены из памяти. В кровати мы тоже лежали как можно дальше друг от друга, однако одно единственное одеяло не давало нам слишком отдалиться. Мозг же не давал уснуть, в голову вечно лезли разного рода мысли, которые даже озвучивать не хочется. Сердце стучало как бешеное, как будто я никуда и не уходил из амбара. Кажется, будто я все еще чувствую этот жар его дыхания. Жар. Дыхание. Он. Как мы оказались так близко, я так и не понял, но я чувствую, что уснуть у меня почему-то сегодня не получится. Мне очень стыдно, что не могла выкроить для писанины время раньше(поступление, универ, домашка) и что получилось так мало. А еще кажется, что слишком все стремительно, но по-другому никак не выходит. Ну, не буду писать целую тираду. Приятного чтения