Взмах кисти

Сакура встретила рассвет, сидя в уютном кресле-качалке у окна своей маленькой квартирки. Ее не радовал отрывающийся пейзаж, взвинченные до предела нервы давали о себе знать пульсацией в висках. Девушка уже больше года снимает эти двадцать восемь квадратных метров, на шестнадцатом этаже одного из многочисленных небоскребов, в районе Синагава. Квартирка тесновата даже для нее одной, но грех жаловаться, ведь эту меблированную квартиру со свежим ремонтом сдают всего за пятьдесят тысяч йен. И в стоимость оплаты входят коммунальные услуги тоже. Конечно, на жилье тратится чуть больше половины ее зарплаты, но дешевле она найдет только захудалый сарай. А жить с родителями Харуно больше не могла и с удовольствием переселилась в собственное жилище. Уж лучше питаться мясом не чаще раза в две недели и ходить пешком до станции, экономя деньги, чем каждый день слушать упреки матери по поводу ее неумения вести хозяйство и глупые шуточки отца. Они никак не хотят увидеть, что девочка уже выросла! Ее больше не интересуют мультфильмы и ее депрессию не развеять конфеткой, пусть даже шоколадной. Спасением для Сакуры стала Куренай-сан — очень добрая и красивая женщина, которая привела как-то дочку на осмотр к педиатру, в то время как Харуно проходила практику в детской поликлинике. Болтливость Сакуры наконец сыграла ей на руку, и девушка узнала, что брюнетка как раз сдает квартиру и думает в какое же агентство обратиться. Так Харуно и поселилась здесь. Разумеется были и свои недостатки. Порой девушка люто ненавидела эту квартиру, особенно, когда возвращалась после ночной смены, объезжая не один специальный район города, с кучей пересадок и проходя огромный путь от станции до дома пешком. Она, не включая свет, снимала обувь и тяжелым шагом шла прямиком в кровать. Унылый дизайн — один из минусов данной квартиры, порой не казался таким уж скучным, он вполне гармонировал с унылой серостью ее жизни, и девушка чувствовала страх, когда подобные мысли лезли ей в голову. Она не хочет этой жизни! Но она ничего не может в ней изменить. Вот и сейчас, со вздохом допивая свой давно остывший кофе, Сакура подошла к платяному шкафу, чтобы одеться и пойти на работу. Одевшись за десять минут, девушка собрала длинные розовые волосы в строгий пучок, но придирчиво оглядев себя в зеркале и вспомнив вчерашнее поведение Кабуто, быстро заколола шпильками несколько прядей, что обычно всегда красиво обрамляли лицо. Почему-то в памяти воскресло ее детство и то как прятала свой широкий лоб за длинной челкой. Ребенком она так стеснялась этого изъяна и была изгоем среди детей до тех пор пока ее не спасла Ино… Интересно, как поживает теперь Яманака? Черт! Мысли о когда-то лучшей подруге сейчас были очень некстати, нужно спешить на работу, хотя сегодня ей особенно не хочется туда идти. Трясущимися руками девушка надела солнечные очки, желая спрятать страх в изумрудных глазах, и быстро выбежала, захлопнув дверь. А на стареньком комоде в прихожей одиноко блестел маленький хрусталик дорогой ее сердцу сережки, купленной на ярмарке за полцены…

***

Сакура ненавидела метро, но автобусы слишком дорогое удовольствие, не говоря уже о такси. Запыхавшаяся от получасового бега, чередующегося с быстрой ходьбой, девушка буквально ввалилась в вагон и была беспощадно прижата к стеклу наплывающей толпой. Дышать становилось все труднее, а люди по-прежнему забивались в транспорт, как селедки в банку. Притянув потрепанную сумку к груди, она начала украдкой рассматривать людей вокруг, пытаясь отвлечься от тревожных мыслей. Благо темные очки позволяли ей делать это незаметно. Вот мужчина в строгом костюме и папкой в руке обливается потом и отчаянно размахивает этой самой папкой, желая охладиться. Рядом с ним сидит девочка, лет тринадцати, которая пытается скрыть маленького щенка за воротом рубашки, но безуспешно, ведь на нее уже озлобленно косится толстая дама в безвкусном фиолетовом платье с вульгарными алыми губами. Скорее всего сейчас эта статная женщина начнет возмущаться, и щенка выпрут на следующей станции, возможно вместе с подростком, грубо, конечно, но всем фиолетово. Дольше всего Харуно разглядывала компанию из четырех девушек, примерно ее возраста, одетых очень стильно и постоянно смеющихся. Это девушки из района Сибуя, весь смысл жизни которых в развлечениях. Ей трудно представить кого-то из них за работой, и это раздражает, но если быть до конца честной с собой, то Сакура просто завидует им. Ведь они так веселы и беззаботны. С тяжелым вздохом она отвернулась от шумной компании и тут же зарделась красками, увидев как метре от нее парень бесстыдно сжимает ягодицы впереди стоящей девушки через ткань юбки. К сожалению подобные приставания нередкое явление в Японии, но в данном случае девушка вовсе и не была против. Харуно просто опустила голову, чувствуя как горят щеки. У нее было немного опыта в таких вещах. Точнее сексуального опыта не было вообще, если не брать в счет пару поцелуев с крепкими объятьями и приставания Кабуто. Размышляя о своем единственном и уже пять лет как бывшем парне, Сакура едва не расплакалась.

***

Войдя в светлый кабинет, Харуно с удовольствием обнаружила, что он пуст. Значит у нее еще есть время подготовиться к встрече с Кабуто. Сев, девушка открыла личные дела пациентов и, приняв как можно более непринужденный вид, начала заполнять их. Если первые полчаса она и вздрагивала, услышав шаги за дверью, то вскоре действительно немного расслабилась. И когда в кабинет вошел Орочимару ей удалось сделать вид, что, увлеченная работой, она вообще не сразу заметила его. — Харуно, мне нужен Кабуто, он не появлялся? — как всегда спокойный, но твердый голос заставил все внутри нее перевернуться, однако внешне Сакура не выдала себя. — Нет, Орочимару-сама, я не видела его с утра, — к счастью девушка, как большая часть персонала, всегда побаивалась хирурга, и поэтому он не заподозрит ничего в легкой дрожи ее голоса. — Тогда, пусть зайдет ко мне как только явится. Передай, будь добра! — от нее не ускользнуло раздражение начальника, и она поспешила кивнуть, с облегчением увидев, как тот разворачивается. Вот только в зажатой в кулак за спиной руке проскользнуло что-то знакомое. Сакура едва не грохнулась со стула, разглядев между пальцами мужчины очертания любимой безделушки. Так вот, где она ее потеряла! Когда за Орочимару закрылась дверь, девушка со стоном прислонилась к спинке стула, вытирая капли холодного пота со лба. Внутренний голос успокаивал ее, просил не паниковать. В конце концов, как они поймут, что это именно ее сережка? Но девушка отчаянно хотела бежать отсюда и никогда больше не видеть этих лиц. Ну кто просил ее подслушивать за дверью? Она сама вырыла себе яму!