Скажи мне

В ушах стоял странный шум, будто кто-то в них оживлённо вел громкие и яростные переговоры. Он попытался открыть глаза, но веки словно были налиты свинцом. Голоса становились всё оглушительнее, и голова от них трещала по швам. — Чёрт… — прохрипел он. Разговор тут же прервался, принеся ему странное удовлетворение. — Он просыпается!..— Женский голос говорил на каком угодно языке, но точно не том, на котором он мог бы разговаривать. Эцио открывал глаза мучительно медленно, но даже так первые секунды он не мог разглядеть ничего, кроме расплывчатых пятен. Постепенно всё прояснилось, однако тупая боль в голове никуда не ушла. Теперь он ощутил, что лежит на чём-то мягком. Потолок над ним был высоким и темным. Вокруг было некое странное голубоватое свечение, и Эцио на миг подумал, что уже где-то видел такое. Откуда-то слева послышался тихий шёпот, и воспоминания резко ударили в голову ассасина. Последнее, что было в памяти, это то, как во время битвы с солдатами он ни с того ни с сего потерял сознание, и… другой Эцио. Он резко соскочил с, судя по всему, кровати и огляделся. Голова от такого маневра закружилась, но Аудиторе старался не обращать на это внимания. На него растерянно смотрели четыре пары глаз. Первая была темноволосой девушкой. Её зелёные глаза смотрели на него выжидательно и с некоторой опаской. Рядом с ней, скрестив руки на груди, стоял парень с рыжими волосами и очками на носу. Третий был немолодым мужчиной, волосы которого уже тронула седина. А четвёртый… Возможно, из-за плохого освещения, но Эцио почему-то показалось, будто бы этот человек был подозрительно на него похож. Все они впятером сейчас находились в загадочном месте, которое своими каменными сооружениями и мягким голубым светом напоминало Хранилище Ватикана. — Кто вы? — немедля спросил Аудиторе, стараясь придать голосу больше твёрдости. — Люди Борджиа? Куда вы меня принесли? Неизвестные переглянулись, и он подумал, что у них крайне причудливая одежда и мог поклясться, что в жизни не видел таких нарядов. Чужаки? Никто не решался заговорить, пока один из них в белом балахоне, похожий на него, не вышел вперёд. Эцио, глядя, как он что-то громко изъясняет, размахивая руками и указывая то на себя, то на других, понял, что тот хотел что-то сказать, но не понял абсолютно ничего из того, что человек хотел донести, кроме одного слова. «Ассасин». Это не простые люди… Хотя о каких простых людях может идти речь в данной ситуации? В голову незаметно прокралась мысль о том, что они каким-то образом связаны с той богиней. Или… или он умер? Кажется, парень в очках после манипуляций своего приятеля приложил ладонь к лицу. Остальные что-то недовольно сказали ему, на что парень в белом балахоне закатил глаза. Эцио использовал орлиное зрение. Что ж, по крайней мере, они ему не враги, хотя всё оружие с него сняли. Рыжий с издёвкой о чём-то поинтересовался у того, кто пытался всё объяснить, и тот в ответ возмущённо фыркнул. Вот только было в словах первого кое-что, зацепившее Эцио. Он сказал «Дезмонд». — Дезмонд? — вопросительно повторил Эцио, посмотрев на рыжего. Люди его язык явно не понимали, так что пришлось делать по старинке и ткнуть в его сторону. Парень в очках изумлённо застыл на пару мгновений, после чего помотал головой и указал в сторону того, с кем разговаривал до этого. Человек, что, как казалось Эцио, был так похож на него в молодости, сглотнул, видимо, соображая, что делать. — Дезмонд? — ещё раз повторил Эцио, на этот раз уже указав на него. Незнакомец стал осторожно подходить к нему, и Аудиторе напрягся всем телом, ожидая любого нападения. Однако, когда он встал к нему на расстоянии вытянутой руки, то сам чуть приподнял руку. — Дезмонд, — согласился тот и указал на себя другой рукой. — Дезмонд Майлс. Итальянец недоверчиво посмотрел на него, взвешивая все за и против. — Эцио Аудиторе, — пожал он руку. Отчего-то ему казалось, что Дезмонду можно доверять. Мужчина с сединой бросил какие-то слова, как вдруг девушка громко воскликнула что-то. Дезмонд и все остальные повернулись к ней, и та начала воодушевлённо рассказывать. Но в отличие от остальных, Эцио не понял ни единого слова, кроме упоминания его имени и Дезмонда. После её слов Майлс даже посветлел и вновь повернулся к Эцио. Дезмонд жестом указал идти за ним, и Эцио, не видя иного выхода, пошёл следом. Их шаги эхом отдавались от далёких холодных стен. Зал, где они находились, был просто огромным. Потолок, наверное, находился над ними в двадцати-тридцати метрах. По бокам от маленькой каменной дорожки была лишь зияющая пустота. Там, в конце дорожки, стояли некие странного вида механизмы, которые Эцио и во сне представить не мог. Такие технологии не могли создать люди. Может, он действительно умер и попал в какой-то высший мир? Они остановились около чего-то наподобие кресла красного цвета, и Аудиторе осмотрелся. В паре метров от него светились белым светом плоские экраны, которые окончательно убедили его в своих предыдущих догадках. Но… умер?.. Он не хотел умирать. Эцио рывком схватил Дезмонда за воротник и притянул к себе, глядя прямо в испуганные глаза. Оставшиеся трое встрепенулись и напряглись. Эцио Аудиторе не собирается умирать, его время пока не пришло. Так он считал, поэтому так и сказал. Но Майлс, хоть ничего и не понял, скорее всего, примерно догадался, что Эцио сейчас растерян и зол, потому что не знает, что с ним случилось и как дальше быть. Дезмонд, судорожно вздохнув, спокойно убрал его руки. Он опять что-то сказал на своем языке, указал на свой рот, потом на рот Эцио и повертел пальцем около виска, после чего показал на кресло. Кажется, до Эцио дошло. Язык. Они хотят убрать языковой барьер. Ассасин недоверчиво покосился на указанное место, но всё же сел под выжидательными взглядами. Девушка подошла к нему и попыталась надеть ему какое-то устройство на голову. Эцио дернулся, не давая это сделать, и хмуро посмотрел на Дезмонда, который устало покачал головой. И он смирился. Она недовольно глянула на него и завершила начатое, а потом отошла к ярким экранам. Сердце замерло в ожидании. Через этот странный шлем ничего не было видно, и Эцио решил прикрыть глаза. Через пару мгновений ассасин оказался в белом пространстве, и вокруг не было ничего. — ДНК совпадает, — женский голос на иностранном языке будто слышался отовсюду, и итальянец оглянулся — никого. — Он… настоящий. — Кто это? — громко крикнул Эцио. — Невозможно… — послышался более приглушённый мужской голос. — Как?.. — Запускаю автоперевод анимуса, — прозвучал тот же женский голос. — Эй, вы там! — вновь крикнул он. — Кто вы такие?! — Готово, — сказала она, и Аудиторе с удивлением понял, она стала говорить на итальянском. — Эцио, слышишь меня? — Этот голос… — Дезмонд? — Эцио посмотрел наверх — пустота, как и всё вокруг. — Где ты? — Послушай меня, Эцио, — серьезно проговорил парень, — ты сейчас находишься в анимусе. Это специальное устройство, которое помогает нам переводить слова друг для друга. — Хорошо, раз уж мы теперь понимаем друг друга, то, может, объяснишь, какого чёрта тут происходит? — нарочито спокойно поинтересовался Эцио. На некоторое время настала тишина, и Эцио уже подумал, что что-то там случилось, как снова услышал знакомый голос. — Мы… сами не знаем. — Что значит «не знаем»? — недоумённо переспросил итальянец. Ему это не нравилось. — Слушай… — Дезмонд сделал небольшую паузу, после чего опять продолжил, — нам точно неизвестно почему и как ты оказался здесь. Тебя тут вообще не должно быть. Точнее, я не знаю, как это сказать. — Просто скажи, как есть. — Ладно. Хорошо. В общем, вчера я… — он замолк, подбирая слова, — скажем так, пока держал Яблоко, кажется, что-то сделал. И, богом клянусь, понятия не имею, что именно! Серьёзно, перестаньте спрашивать меня об этом. Просто внезапно оно засветилось, от него пошли какие-то лучи, и вот ты появился прямо передо мной, лежащий на полу и без сознания. — И… что это должно значить? — не понимал ассасин. Его напрягала вся эта ситуация. Внезапный двойник, перемещение в пространстве, наконец объявившийся Дезмонд, который претендовал своей внешностью на роль второго двойника, огромный храм, непонятные механизмы — всё это не способствовало тому, чтобы спокойно и здраво мыслить. — Как я понял, — решительно продолжил собеседник, — ты тоже ничего не знаешь. В любом случае мы тебе не враги. Мы тоже ассасины. — Допустим. Но с чего это я должен вам верить? — Ты ведь уже проверил нас своим орлиным зрением, так? — Как ты… — То, что я сейчас скажу, будет сказано на полном серьёзе, — предупредил Майлс. — Ты можешь нам не поверить, да и я на твоем месте, честно говоря, наверно, не поверил бы, но ты должен знать. — Он вновь замолчал. — Знать что? — не выдержал Эцио. —…Ты попал в будущее, — эти слова больно ударили по голове. — По всей видимости, из-за Яблока. И я… «Яблоко». Точно. Как же он сразу не спохватился, когда тот упомянул его в первый раз? — Как же ты думаешь, я должен тебе поверить, Дезмонд? Даже если вы не хотите причинять мне вреда… — Аудиторе вновь повернул голову, но как и прежде ничего не увидел. — Яблоко. Куда вы спрятали Яблоко? — Спрятали?.. — По-твоему, у меня совсем память плохая? Я помню, как сжимал в руках Яблоко перед тем, как попасть сюда. Куда вы его дели? Снова наступило молчание, которое начало понемногу нервировать ассасина. — Мы не нашли рядом с тобой Яблоко, — наконец дал ответ кто-то. Как понял Эцио, тот старик. — Ты лежал на полу без сознания, и мы просто перенесли тебя. Ничего, кроме холодного оружия, с тобой не было. Эцио не ответил. Если эти люди не врали, то судьба, должно быть, сыграла с ним злую шутку. Одно он знал точно: они не желали ему зла. — Да, я понимаю, тебе сложно поверить нам, но это так. Ты попал в будущее, а мы — ассасины этого времени, — вновь послышался голос Дезмонда, — так что мы тебе не враги и не причиним вреда. «Да и больно много у вас было упущено шансов, чтобы сделать это», — криво усмехнулся Аудиторе и вздохнул. Реалистична ли была происходящая ситуация с точки зрения логики? Нет, абсолютно. Но он не мог сказать, что видит иллюзию, ведь люди, что стояли тогда перед ним, определённо были настоящими. Не враги ли ему? Нет, не враги. Более того, как видел Эцио, — союзники. И если те говорили, что являются ассасинами, то у Аудиторе были причины верить им. Однако ответов оставалось больше, чем ответов. Как он оказался здесь? Куда делось Яблоко? Что именно произошло тогда? Кто этот двойник? Почему его словно бы никто не видел? — Хорошо… — после некоторой паузы сказал он. Что-то подсказывало ему, что им можно доверять, а чутьё Эцио никогда не подводило. — Я верю вам. — И раз уж ты упомянул Ябло… — он замолчал на полуслове. — Стоп… Правда? — даже как-то неверяще уточнил Дезмонд. Чересчур быстро уж согласился. — Да, — кивнул Эцио, хоть и не знал, видят ли они это. — И… раз уж мы разобрались с доверием, то, может, вытащите меня отсюда? — Он окинул взглядом пустое белое пространство. — Это странное место мне не нравится. — Дело в том, что, как только ты выйдешь отсюда, мы вновь перестанем понимать друг друга, — он услышал другой голос, принадлежавший, как он понял, тому рыжему. — А это мало чем нам поможет, если мы хотим помочь вернуть тебя обратно. — И ничего нельзя сделать? — Я думаю, можно, хотя пока не знаю, выйдет или нет, — вмешался женский голос. — Мы можем попробовать синхронизировать с тобой определённый участок мозга Дезмонда, сохранившийся в анимусе. Таким образом ты сможешь быстро научиться говорить на нашем языке. — Погодите… неужели технологии людей смогли дойти до такого? — изумился Эцио. — И не только до такого, — хмыкнула девушка. — Ладно, Шон, садись за другой ноутбук, — приказала она. — Может, тебе ещё чашечку чая подать? — голос рыжего стал приглушённым, словно он был уже далеко. Эцио несколько минут простоял в ожидании, одновременно стараясь переварить всё, что узнал за последние десять минут. — Признаться, я до сих пор не могу поверить, что ты тут, — вдруг сказал Дезмонд. — А мне-то как сложно проверить, что я тут, — пробормотал Аудиторе. — Загружаю, — известила их девушка. — Сейчас ты увидишь перед собой проекцию Дезмонда. Просто коснись его, и синхронизация будет завершена. — Ладно. Ассасин посмотрел вперёд, ожидая в скором времени увидеть нового знакомого. Перед ним медленно словно соткали человека из световых нитей. Он сделал шаг вперёд, чтобы коснуться, но замер, когда силуэт прояснился. — Чёрт, не то, — выругалась она. — Похоже, мы по ошибке загрузили не тот файл… Эцио будто не слышал её. Он смотрел в янтарные глаза стоящего напротив человека и не мог до конца убедить себя в том, что это лишь жалкое подобие того настоящего Альтаира, не он сам. Альтаир, не прерывая зрительного контакта, протянул ему левую руку, на которой отсутствовал безымянный палец. И он потянулся в ответ. — Эцио, просто не тро… — Она не успела договорить. Альтаир рассеялся, как только они коснулись друг друга, и превратился обратно в световые нити, которые пронзили тело Эцио, оставив за собой мелкую дрожь. — Что?.. — Эцио поражено смотрел перед собой в недоумении. — О боже, — простонал женский голос, — зачем?.. Поздравляю, теперь ты знаешь арабский, и у тебя в арсенале будет парочка воспоминаний Альтаира. Эцио всё ещё смотрел на руку, до которой недавно коснулся Альтаир. Как тогда. В этот раз, правда, Аудиторе всё-таки смог дотянуться, но это не то, не то, что он ждал. А что он, собственно, ждал? — Да ладно тебе, Ребекка, какая разница? — хмыкнул Дезмонд. — Для саморазвития сойдёт. — Ты знаешь, сколько энергии жрёт эта синхронизация? — недовольно отозвалась девушка. — Теперь повторно придётся это делать… Куда только грабли тянул… — Последнее предложение она добавила совсем тихо. Однако Эцио отчётливо услышал это и согласился. Действительно, зачем? В тот момент он просто хотел дотянуться до него, коснуться хоть пальцем… — Загружаю. В этот раз и вправду появился Дезмонд. Тот приветливо улыбнулся и подал руку. И Эцио пожал её, ощущая, как нити пронизывают тело. — Так, теперь можно и отсоединять. Он смог открыть глаза только тогда, когда с него сняли шлем. Картина прояснилась не сразу, но он ясно слышал чьи-то голоса. Опять же, говорили на иностранном языке, однако… он, к своему удивлению, всё понял. Аудиторе присел и скользнул взглядом по всем ассасинам. — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась девушка, которая и сняла шлем. — Могло быть и лучше, — признался Эцио. Голова слегка кружилась и болела от резкого наплыва информации. — Это… так странно… говорить на этом языке так, словно я использовал его всю жизнь. — Привыкай, никто из нас не умеет говорить по-итальянски, — она беззлобно хлопнула его по плечу, на что тот глупо моргнул. — Ребекка!.. — Мужчина с сединой укоризненно посмотрел на неё. — Что? — пожала Ребекка плечами. — Ловлю момент. Не каждый день хлопнешь по плечу ассасина из Эпохи Возрождения. — Хм, я не думаю, что кто-то предсказывал моё появление, особенно я сам, так что ничего страшного, — с неожиданно весёлыми нотками произнёс Эцио. — К тому же, — Аудиторе встал на ноги и поцеловал руку удивившейся девушки, — разве я могу злиться на такое прекрасное создание? Кажется, Дезмонд закатил глаза. «Ну началось, ничего не меняется», — буркнул он. Мужчина рядом с ним деликатно прокашлялся. — Меня зовут Уильям Майлс, — представился он, — и я отец Дезмонда. Это, — он указал на парня в очках, — Шон Гастингс, — парень слегка кивнул, — а девушка рядом с тобой — Ребекка Крэйн. — Что ж… — Эцио был серьёзен как никогда, — думаю, нам предстоит очень долгий разговор, ассасины будущего.