appleseed

 — Правда? — Тэхён заглядывает в глаза и сжимает кожу на руке сильнее. — Правда ничего не чувствуешь? Чонгук качает головой, равнодушно наблюдая, как на запястье начинает наливаться синяк. Тэхён резко втягивает в себя воздух, разжимает пальцы и придвигается ещё ближе, восторженно блестя глазами. — Круто! Это так круто — не знать, что такое боль! У Чонгука всё тело в шрамах и нет кусочка языка — откусил в детстве, ему это не кажется таким уж крутым. Но Тэхён продолжает мелко щипать его за руки и треплется без остановки. — А как ты таким стал? Прямо сверхчеловек! А до какой степени тебе может быть не больно? Чонгук невольно усмехается. Вряд ли у сверхчеловека к десяти годам больничная карта была бы в четырёх томах. — Наследственное, — отвечает он скупо, не заморачиваясь рассказами про редкую мутацию генов, названия которых сам запомнил далеко не с первого раза. На второй вопрос только пожимает плечами — как измерить то, что для тебя не существует? Тэхён смотрит задумчиво и жуёт губу, а Чонгук большим усилием воли не тянется шлёпнуть по ним. Доктор как-то рассказывал, что люди с таким недугом нередко сгрызают себе губы подчистую и посоветовал следить за этим делом. Чонгук следит и делает это хорошо, поэтому на губах у него всего пара шрамов. Тэхён перестаёт терзать распухшую уже губу, склоняет голову набок и начинает выстреливать вопросами. — Удар? Порез? Ожог? Перелом? А если открытый? Чонгук мотает головой, как китайский болванчик, и думает — разве всё это не одно и то же? А Тэхён смотрит на него, как пятилетний ребёнок на актёра в костюме Бэтмена, и разве что не попискивает от восторга. — То есть, об тебя можно даже окурки тушить! Чонгук кивает. В принципе, да, можно, но лучше не надо. Он сам лет в пять сунул руку в открытый огонь, мама тогда очень часто плакала, пока всё заживало. — Ты крутой, я хочу с тобой дружить. Тэхён, — нисколько не смущаясь, что с этого, вообще-то, надо было начинать, он протягивает руку и улыбается кривовато, но широко. Чонгук может ответить на это "я знаю", и в каком ты классе, и даже где стоит твоя парта. Чонгук знает, потому что ошибся, приняв Тэхёна за своего. Но, как оказалось, не сходящие синяки и ссадины, вывихи и ушибы бывают и у тех, кто чувствует боль. Чонгук хочет знать об этом больше, поэтому уверенно пожимает чужую ладонь.