Конец игре.

Я не знаю, что заставило меня проснуться. Ночью дом Ханны был для меня совершенно незнакомым местом. Механические часы тикали где-то возле головы, а огромная тень от книжного шкафа, стоящего перед моими глазами, падала на диван, на котором я лежала. Я долго молча вслушивалась в ночные звуки, пытаясь распознать то, что разбудило меня. Я не знаю, как много времени прошло с тех пор, как я выпустила Ханну из своих объятий, которые длились почти час и закончились только потому, что она заснула в них. Когда я занесла ее в спальню, она проснулась, одарила меня смущенной улыбкой и ласковыми прощальными объятиями в дверях. Я расположилась на ее диване, потому что у меня не было сил ехать домой. Этот наш разговор вытянул из меня все силы. Тихий звук нарушил тишину ночи, и я приподнялась на локтях, чтобы прислушаться. Шум был необычным, я должна была разобраться в этом. Склонив голову, я прислушалась к дому. Через мгновение звук повторился. В моем животе появилось мерзкое чувство страха, и я вскочила на ноги. Когда я была ребенком и оставалась на ночь в доме своей бабушки, мне нравилось тайком выбираться из постели после того, как она засыпала. У бабушки в доме было невыносимо скучно, с ней у меня никогда ничего не было общего, к тому же мне просто нравилось сбегать из гостевой спальни. Но самым интересным в этом было - тайком пробираться по коридорам. И сейчас, пробираясь через дом Ханны, я чувствовала себя немного ребенком, которым когда-то была, за исключением того, что в данный момент мне было совсем не весело от всего этого. Я слегка задыхалась, когда шла, прислушиваясь к источнику приглушенных звуков, которые потревожили мой сон, и была в ужасе от того, что могу напугать Ханну, если она увидит меня спросонья, но я не могла игнорировать ощущения внутри себя. Дверь в ее спальню была приоткрыта, слабые звуки доносились из-за нее. Ханне снился сон. Она что-то бормотала во сне и всхлипывала. У меня перехватило дыхание - ей снился кошмар. Я не знала, что мне делать. Если я войду, то могу до чертиков напугать ее. Если же не войду, она останется наедине со своими демонами, которые будут терзать ее всю ночь. Приглушенное рыдание решило все за меня. Глубоко вздохнув, я толкнула дверь в ее спальню и тихонько прокралась внутрь. Первое, что я заметила, был ночник. Он был большой и яркий, и красиво освещал всю ее комнату. Спальня Ханны была относительно небольшой и просто обставленной. Большой деревянный комод стоял возле одной из стен, а кровать и тумбочка занимали место в центре комнаты. Рядом с комодом в ногах у кровати стоял телевизор. Стопка видеодисков лежала на нем как попало. Ханна была запутана в одеяле и лежала на боку в центре кровати, свернувшись калачиком, ее ноги были близко подтянуты к животу, а руки сжимали в кулаках простынь, постеленную на кровати. Я смогла увидеть легкий блеск пота у нее на лбу, и она беспокойно ворочалась на матрасе. Я опустилась возле постели на колени. Последнее, что мне хотелось бы для нее, чтобы она проснулась и увидела меня, нависшую над ней. Я понаблюдала за ее сном. Она была очень красива, и мне редко доводилось вот так свободно изучать ее лицо. Сейчас ее лоб был нахмурен, а лицо исказила гримаса волнения. "Нет", - всхлипнула она, испустив тихий причитающий стон, еще более плотно прижав ноги к своему телу. Я не могла больше слушать это. "Ханна", - прошептала я, не решаясь протянуть руку и прикоснуться к ней. Мне хотелось разбудить ее, но я боялась, разбудив, напугать ее еще больше, чем тот кошмар, который снился ей. "Ханна, проснись. С тобой все в порядке". Я увидела, как от звука моего голоса ее тело напряглось, и она заплакала во сне. Мне ненавистно было смотреть на ее боль, я чувствовала, как мое сердце бьется у меня в горле. "Ханна, проснись, - я все-таки протянула ладонь и коснулась ее руки. - Пожалуйста, очнись. Ты в порядке. Ты в безопасности". Ханна проснулась, судорожно вздохнув, и отпрянула от меня с тихим криком. Она смотрела прямо, ничего не видя вокруг, ее глаза были наполнены ужасом. Я так быстро отдернула руку, как будто обожглась. "Ханна, детка, все в порядке. Это я... это Делани". Несколько мгновений она смотрела на меня, не говоря ни слова. Единственным звуком в комнате было ее резкое дыхание. Я уже начала серьезно сомневаться в целесообразности того, что разбудила ее, когда она моргнула один раз, другой, а потом сосредоточила на мне взгляд своих красных глаз. "Делани?" – спросила Ханна. Я кивнула, кусая губу, и все еще оставалась на коленях возле кровати, не смея двигаться. "Прости, я не хотела напугать тебя. Я... Я услышала, что ты плачешь во сне. Это звучало так, как будто тебе снился кошмар". Глаза Ханны закрылись, она долго и мучительно выдохнула. "Он и приснился мне". Я оставалась на месте, не зная, что мне делать сейчас, когда я разбудила ее. "Ты в порядке?" - прошептала я. Ханна открыла глаза и кивнула головой. Она потянулась вверх и тыльной стороной ладони вытерла слезы, которые катились по ее щекам. "Я сейчас приду в себя, спасибо. Спасибо за то, что разбудила меня". Я кивнула. "Я боялась, что, разбудив тебя, напугаю еще больше". Ханна улыбнулась мне лишенной веселья улыбкой. "Не напугаешь, нет. Сон был очень... яркий" "Могу я... могу я предложить тебе выпить что-то? Тебе что-нибудь нужно?" Ханна на мгновение задумалась, а затем потянулась ко мне со своей стороны кровати. "Ты останешься со мной? - попросила она. - Просто на какое-то время, пока я не засну?" Нервное возбуждение внутри меня, которое заметно успокоилось после того, как Ханна проснулась, вновь взволновало мое тело, горло пересохло, и я не спеша прочистила его. "Ладно", - прошептала я и осторожно заползла на кровать. Я легла рядом с ней, мои руки и ноги казались мне неуклюжими, и я постаралась держаться от нее на безопасном расстоянии. Я никогда не лежала в постели с женщиной просто так - не для занятий сексом. "Ты можешь... можешь обнять меня?" Ее тихий призыв заставил меня забыть о чувстве неловкости. Я протянула руку и обняла Ханну, притягивая ее к себе поближе и согревая в объятиях. Она снова почувствовала себя так же хорошо, как в начале вечера, а когда ее голова легла на мое плечо, я вздохнула от удовольствия. "Я так хорошо чувствую себя рядом с тобой", - пробормотала Ханна. Она положила свою ногу поверх моей и прижалась бедрами к моим ногам. Тяжело вздохнув, она зарылась в мои объятия еще глубже. "Я тоже". Я провела ладонью вверх и вниз по всей ее спине. Под футболкой, которая была на ней, ее кожа была теплой и мягкой. Остановившись, я крепко прижала ее ближе к своему сердцу, оставив нежный поцелуй у нее на лбу. "С тобой действительно все в порядке?" - прошептала я. Она молчала так долго, что я начала задаваться вопросом - а не уснула ли она. Я продолжила прижимать ее к себе, закрыв глаза и наслаждаясь устойчивым мурлыкающим ритмом ее сердцебиения прямо напротив моего сердца. Наконец, она заговорила: "Делани?" "Да?" - ответила я. "Ты... правда считаешь меня красивой?" Я удивилась этому вопросу. В ее голосе звучала все та же уязвимость. Что-то в нем на мгновение заставило позабыть о своих страхах, и правда без колебаний покинула меня. "Я думаю, что ты молодец, - ответила я. - Я думаю, что ты самая красивая женщина, которую я когда-либо встречала". Плечи Ханны неожиданно задрожали от тихих всхлипов. Я замерла, продолжая прижимать ее тело к себе. Она уткнулась лицом в мою шею, и я поежилась, почувствовав ее горячие слезы на своей коже. "Разве ты не знала это, милая?" - прошептала я, еще крепче сжимая руки вокруг нее и чувствуя, как мои собственные глаза горят от сочувствия к ее горю. "Может быть, мне нужно было озвучивать то, что я всегда думаю, потому что не проходит и дня, чтобы я не заметила, как удивительна ты". Ханна затихла на мгновение, а потом ее тело дернулось от плача. Я могла бы сказать, что она очень старалась взять свои чувства под контроль, и прижав губы к ее уху, я подарила ей мягкий поцелуй. "Все хорошо, малышка", - пробормотала я. Мне подумалось, что никогда раньше я не использовала такие нежные слова, и была лишь немного удивлена тем, как легко они соскользнули с моих губ. "Все будет хорошо". В конце концов рыдания Ханны затихли. Ее тело все еще оставалось напряженным в моих руках, и я ждала, когда она сможет найти свой голос. Несмотря на то что это ужасно пугало меня, я чувствовала, что она захочет поговорить. "Ты знаешь, он был очень расстроен", - сказала она наконец. Он. Я смертельно боялась этого разговора, хотя сейчас это не имело никакого значения. Ханна выбрала меня для него, и мне оставалось только идти вместе с ней. "Расстроен, чем?" - прошептала я. "У него были проблемы... ты знаешь. Я имею в виду, он был готов, а я... я была так напугана и... совершенно сухая. Он сказал мне, что он очень хотел мою грудь, ты знаешь... они большие". Она прижалась губами к моей ключице и прошептала напротив кожи. "А что ты думаешь..." "Я думаю, что ты прекрасна, Ханна, - успела сказать я, потому что у меня появились рвотные позывы. "Я также думаю... я знаю... что здесь нет твоей вины. Ни в чем". "Я знаю, что нет, - ответила Ханна. - Мой терапевт внушал мне это в течение нескольких месяцев, и теперь я действительно уверена в этом. Просто... его голос, ты знаешь? В своих снах я все время слышу его голос". "И часто у тебя бывают эти кошмары?" - спросила я, и мой голос сорвался; я старалась не задохнуться от боли тех слов, что она произнесла. Никогда не подозревала, что мне может быть так плохо от чужой боли. "В первое время после этого они были у меня каждую ночь. Это продолжалось почти два первых месяца, - сказала Ханна. - В основном это был его голос. Я чаще слышу только его, но никогда ничего не вижу. Как будто я... лежу на животе. В другие разы я вижу его лицо прямо перед собой. Там было так темно, но мне никогда не забыть его лица". Когда она перестала говорить, я не была уверена, что она сможет сказать еще что-нибудь. Я не была уверена, что хочу услышать еще что-нибудь. Но она заговорила, и даже я понимала, насколько это важно для нее. "Я слушаю тебя, Ханна". Она кивнула, уткнувшись мне в плечо, и тихонько всхлипнула. Через мгновение Ханна заговорила вновь. "Мне так страшно иногда, - прошептала она. - Я не могу спать без света, я не могу спать голой. Я была... я была голой тогда, когда он напал на меня. Он поблагодарил за то, что я так доступна для него. И продолжал называть меня шлюхой". "Ты не такая". "Ты знаешь, я обычно ни с кем не говорю об этом", - сказала Ханна, и отстранившись от меня, села на кровати. Она подняла ноги и, наклонившись вперед, прижалась к ним, скрестив руки на животе. Я села рядом с ней и нежно прикоснулась рукой к ее пояснице. Это было мое самое любимое место на ее теле. "Я знаю, - сказала я. - Я даже не могу представить себе, как это тяжело..." "Я тоже никогда не могла представить себе такое. Раньше я думала, что была невероятно сильной. Я думаю, что самым сложным было осознать, как я слаба на самом деле". "Ты не слабая", - настаивала я. Поскольку она не отстранилась от меня, я продвинула свою руку дальше вокруг ее талии и пододвинулась к ней еще ближе. "Ты знаешь, что я думаю о тебе, как об очень храброй?" "Я не была храброй. Когда он начал это, я сказала себе, что я просто отверну голову и закрою глаза, чтобы не доставить ему удовольствие своим криком, но я... Я все время плакала, Делани. Он продолжал бить меня, а я продолжала плакать". Ханна снова заплакала. Я прижала ее к себе, успокаивая и целуя ее светлые волосы. "Конечно же ты плакала, малышка. Конечно, ты делала это. Я бы тоже заплакала". Ханна покачала головой. Она всхлипнула, заставляя меня не к месту улыбнуться, и посмотрела с горькой улыбкой. "Я не верю в это. Я не верю, что кто-то смог бы так поступить с тобой". "Я же просто человек, - сказала я. Даже больше, чем ты можешь себе представить. - Я всего лишь человек". "Ты заставляешь меня чувствовать себя в безопасности", - возразила Ханна. Найдя в сумраке ее лицо, я посмотрела ей в глаза. "Когда я с тобой, я всегда чувствую себя невероятно безопасно". Проглотив слюну, я почти задыхалась от тяжести всей этой ответственности, свалившейся на мою голову. "Мне жаль, но я не заслужила такого доверия". "Тшшш, - прошептала Ханна. Она повернулась ко мне вполоборота, протягивая руку и тоже обнимая меня. - Мы уже говорили об этом". "Я боюсь, Ханна". "Я знаю, - ответила она. - Я не хочу, чтобы ты боялась. Я понимаю, какая ты". "Дело не в тебе, клянусь, - сказала я. - Это не из-за того... что случилось..." "Изнасилование", - произнесла Ханна, и я вздрогнула. "Да, - подтвердила я, ненавидя это слово. - Изнасилование. Это не то, чего я боюсь". "Правда? - спросила Ханна. - Если это не проблема... если он не тот, кого я... возможно, ты не будешь так сильно бояться пустить все это на самотек?" - она на мгновение посмотрела мне в глаза, а затем резко выдохнула и перевела взгляд вниз. "Или, может быть, ты не будешь думать об этом вообще, чтобы позволить чему-то случиться. Возможно, если ты не будешь жалеть меня, мы могли бы просто..." Я не могла позволить ей продолжать развивать эту мысль. "Может быть, я просто боюсь обидеть тебя случайно, из-за того, что с тобой произошло. Это все... делает ли это меня плохим человеком?" Ханна покачала головой и протянула руку, прикасаясь к моей щеке. "Нет, - прошептала она. - Нет, конечно, нет. Я просто... - она тяжело вздохнула, прикусив губу, и посмотрела в мои глаза. - Я просто так устала от всего этого. Мне хочется, чтобы все это закончилось. Я хочу снова стать прежней Ханной". Я тоже хотела этого, очень. И вдруг я захотела этого больше всего на свете. А еще я просто хотела ее. "Я слишком устала бояться, - пробормотала я. Мои пальцы шевельнулись у меня на коленях, и тогда я подняла руки и взяла в свои ладони ее лицо. - Могу ли я поцеловать тебя, Ханна?" Ханна ахнула от моего вопроса и моргнула, уставившись на меня со слегка приоткрытыми губами. Посмотрев на ее губы, я ненадолго позволила себе почувствовать свое влечение к ней на полную силу. Я знала, что смогу остановиться, если она не захочет этого, но я так нуждалась в ней, чтобы убедиться в истинности своих чувств. Она была для меня Ханной. Просто Ханной, которую я хотела больше всего того, что я когда-либо хотела в своей жизни. "Я очень сильно хочу, чтобы ты знала, что я чувствую по отношению к тебе, - прошептала я. - Я не хочу пугать тебя, но я хочу, чтобы ты знала... ты для меня все, детка. У тебя вся жизнь еще впереди, столько всего, что он не смог у тебя отнять. Я хочу поцеловать тебя... я хочу, чтобы ты увидела, насколько красива ты. Я хочу рассказать тебе..." "Поцелуй меня, - сказала мне Ханна, кивая. - Пожалуйста, я так сильно хочу этого". "Ты моя лучшая подруга, Ханна", - сказала я. Это не было - "я люблю тебя", потому что не существовало такой вероятности, что я смогла бы выговорить эти слова, несмотря на то что они были правдой. И вдруг эти слова стали так много значить для меня. "А ты моя", - прошептала Ханна, когда мои губы прикоснулись к ее губам. Это был самым терпеливый поцелуй, который когда-либо удался мне. Это был самый сладкий поцелуй, который я когда-либо получала. Для большинства женщин мой поцелуй был просто еще одной игрой в доминирование - расхищал, поглощал, вторгался. Я завладевала ими. С Ханной все это было тем, что я никогда не делала раньше. Проведя языком вдоль ее нижней губы, я оставила крошечные поцелуи на уголках ее рта и застонала, когда она приоткрыла его, а я почувствовала кончик ее языка, который ласкал мой собственный язык. Я все еще держала свои ладони на ее лице, не желая напугать ее. Раньше поцелуи всегда вели к чему-то большему, сейчас же я чувствовала, что это все, что было нужно мне. Раньше я уже давно бы сдирала рубашку, чтобы добраться до обнаженной груди, сейчас же я закрыла глаза и сосредоточилась на мягкости ее языка в своем рту. Раньше я хотела контроля даже над простыми движениями, теперь же я полностью сдалась Ханне. Я позволила ей вести наш танец, тихонько постанывая от сплошного интимного блаженства. Мы разъединились только потому, что нам нужно было дышать. Я хватала воздух ртом, слышала, как тяжело дышит Ханна, и ощущала ее теплые выдохи напротив лица. Наши лбы были плотно прижаты вместе, а рука Ханны скользнула вокруг моей шеи. Я все еще держала свои руки на ее лице, не зная, куда бы я смогла спокойно положить их. "Это было..." "Это был лучший поцелуй, который когда-либо был в моей жизни, - перебила я. Мне так хотелось ее приободрить. - Я даже никогда не подозревала, что поцелуи могут заставить меня чувствовать себя подобным образом". "Это было то, что мне даже не снилось ", - сказала Ханна. "Снилось". Это простое слово сейчас заставило меня содрогнуться. "Ты знаешь, я не знаю, что делать дальше, - пробормотала я. - Я не знаю, что делать". "Неужели не знаешь? - спросила Ханна. - Я не хочу, чтобы ты боялась того, куда это может нас привести, чтобы ярлыки или правила пугали тебя". "Какие ярлыки?" - поинтересовалась я. Ханна покачала головой и отстранилась, чтобы заглянуть в мои глаза. "Никаких ярлыков нет. Если ты захочешь остановиться в какой-то момент, я очень хорошо пойму это. Прямо сейчас - мы с тобой лучшие подруги. За этим определением нет ничего другого... тебе не нужно исполнять какую-то роль". "Что ты имеешь в виду?" Ханна протянула руку и погладила меня по щеке, храбро улыбаясь мне. "Ты не должна относиться ко мне иначе, по каким-то другим правилам - я просто твоя лучшая подруга. Мы не исключение из правил. Я понимаю, что ты не хочешь быть привязанной к кому-то, но я уважаю это. И я смогу справиться с этим". Я открыла рот. Сейчас я была совсем не уверена в том, что мне хотелось бы встречаться с кем-то еще. У меня уже несколько месяцев не было никого, кроме нее, почему я сейчас должна заводить себе еще кого-то? "Делани, я просто... я не хочу заставлять тебя давать мне какие-либо обещания, которые ты не сможешь выполнить. Ты моя лучшая подруга, и я не хочу, чтобы что-то изменило это", - сказала Ханна. Я нахмурилась. Из ее уст это звучало так просто, но ее слова вызывали во мне какие-то беспорядочные эмоции. К тому же я знала, что почувствую, когда представлю Ханну, встречающуюся с кем-то другим. Не думаю, что я смогу спокойно смотреть на это. Но мне также не хотелось давать обещания, которые я не смогу сдержать. Ханна давала мне возможность сделать шаг вперед, не давая вообще никаких обещаний, и я полагала, что должна воспользоваться этим. "Ладно, детка, - согласилась я. - Но мы должны будем поговорить об этом снова в ближайшем будущем". "А сейчас? - спросила Ханна. - Мы просто посмотрим, как пойдут дела?" Я потерла свою шею сзади, даря Ханне благоговейную улыбку. "Да, - сказала я. - Я так боюсь, что меня стошнит от переживаний, но да. Я не могу отрицать того, что я чувствую к тебе". Ханна икнула, немного удивившись этому сюрпризу, и мгновение спустя подняла руку вверх, чтобы прикрыть рот. "Спасибо", - прошептала она, а затем зевнула. "Не за что, - ответила я. - Это тебе спасибо". Я приподнялась и, взяв ее за руки, потянула вниз, чтобы она легла рядом со мной. "Давай, детка. Тебе нужно вернуться ко сну". "Ты останешься со мной?" - пробормотала Ханна. Она так быстро и так основательно опутала меня руками и ногами, что я знала, - эта просьба была простой формальностью. "Конечно, - ответила я и подарила ей самые нежные объятия. - А сейчас спи. Я обещаю, что не оставлю тебя". "Не уходи, - прошептала Ханна. Она зевнула, прижавшись к моему телу. - Никогда не покидай меня снова, Делани". Я подумала о тех неделях, которые провела, избегая ее, и засомневалась, что смогу когда-либо сделать это вновь. "Я обещаю", - сказала я. И я имела в виду именно это.