"Просто я... тебя... люблю..."

Ветров приехал быстро. Быстрее только приехал нотариус Александра. Вся процедура уложилась в пятнадцать минут. За всё время ни Катя, ни Воропаев не произнесли ни звука. Не посмотрели друг на друга ни разу. Даже, казалось, не вдохнули. Когда Ветров, с гаденькой улыбочкой триумфатора складывал документы к себе в портфель, Александр вдруг сказал: - Я надеюсь, больше не будет никаких проволочек, и мы не станем докучать госпоже Пушкаревой по пустякам? - О нет, - гаденькая улыбка Ветрова растянулась еще шире, - Больше мы госпожу Пушкареву не побеспокоим. - Однако она захотела принимать ежемесячные отчеты о финансовом состоянии компании… Улыбка слегка уменьшилась в своих размерах. - … и я считаю, что она имеет полное на это право… Губы медленно, но верно поджимались. - … поэтому вы, дорогой друг, будете отправлять Екатерине Валерьевне необходимые документы в любом удобном для нее виде… На последнем слове улыбка окончательно превратилась в обиженно поджатые губы, а сам Ветров только хмыкнул. - Хорошо. Катя, рассеяно следившая за происходящим, встала. - Я могу идти?... Воропаев поднял на нее глаза и мельком пробежал по ее лицу взглядом. - Ветров, ты можешь быть свободен… - кинул он через плечо и Ветров, ни слова не говоря, буквально растворился. - А ты изменилась, - Алекс откинулся на спинку стула, чтобы получше рассмотреть девушку, - Вот что с людьми делает ненависть… - К вашему сведенью, - она в упор посмотрела на Воропаева, - Из нас двоих вкус ненависти знает только один. - Ты права… - хохотнул он, - ненависть я знаю, можно сказать, в лицо. Но разве ты… никогда… не испытывала чувство ненависти? Катя мотнула головой. - Что, ни разу? - Нет… - И даже когда предавала Жданова…? Она задумалась. - Он первый начал эту игру, - Катя поправила очки, - Мне же требовалось ее только закончить… Алекс удивленно вскинул бровь. - Так ты у нас – святая? - Я – не святая… я – глупая, - вздохнула она, - Да… Я… не умею… ненавидеть. Но это не значит, что я непогрешима в других делах. Он вдруг встал… - Скажи… а ты простила этого негодяя? - Да, – выдохнула она. Воропаев как-то неловко пошатнулся, но устоял на ногах. - Хорошо, - пробормотал он, доставая бумажник, - Я надеюсь, вы будете счастливы, Екатерина Валерьевна. С моей стороны постараюсь присылать вам ваши отчеты в начале месяца. Он бросил купюру на стол и развернулся, чтобы уйти. Но медлил. У Кати зазвонил телефон… - Да?... Да, Миш. Всё в порядке. Нет… за мной приезжать не надо… а хотя… заезжай… я сейчас скажу тебе адрес… Алекс скривился. «Миша… уже есть какой-то Миша… Ну что ж. Умейте проигрывать, господин Воропаев!».