"Просто я... тебя... люблю..."

- Может, ты всё-таки расскажешь мне, почему тебе срочно понадобились деньги? Алекс плеснул Юлиане еще коньяка и взял в руки лимон. - Зачем тебе это, Юль….? - Катя за тебя очень волнуется, - Виноградова посмотрела на свой бокал и слегка закусила губу. «Проболталась, значит…. », - В смысле не за тебя… - она покрутила бокал в руках, - За компанию… за Андрея…. - Боже. Какая забота о дорогом Жданове, - Алекс залпом выпил содержимое своего бокала и принялся за лимон, - Можешь доложить Пушкаревой, что у Андрюшеньки всё хорошо, он помирился с Кирой («дура, у нее хватило глупости принять его обратно… после того, как я сам лично, можно сказать, сказал Никите… »), начал, в кои-то веки, заниматься не собой, а компанией. Так что у него всё в порядке! – раздраженно закончил он, кидая корочку от лимона на стол. Юлиана укоризненно покачала головой: - Прекрати. Катя до сих пор его любит…. - А мне-то что за печаль?! Пусть любит кого хочет! - Она так изменилась за последнее время, - не слушая его, продолжала Виноградова, - Стала какая-то не своя…. Я-то, дура, думала, что вот познакомится с кем-нибудь, развеется…. И забудет… и вас, и вашу компанию. Но не-ет! Днем она мне отчеты делает, а по ночам ваши проверяет. Немыслимо! Нигде от вас, эксплуататоров, отдыха нет! - А я виноват, что она до сих пор контролирует дела компании?! - Виноват! Потому что… потому что… ну мужчина ты, или не мужчина! - А причем здесь «мужчина» - «не-мужчина»? - При том, пень ты дубовый, - она махнула, кажется, пятый бокал коньяка, и язык сам собой развязался, - Взял бы, да и сделал ее жизнь поспокойней. А не косячил на каждом шагу… Вот что вы за мужики пошли?! Только косячить и умеете! «Понесло-о подругу…. Да, Виноградова, стареет как-то быстро…. Вон уже, с пятого бокала пьянеть начала». - Ты пьяна, Юлианочка? – елейным голосом спросил Алекс. Виноградова мотнула головой, - Трезва как стеклышко, значит?! А язык уже заплелся… и в дебри тебя понесло. Не боишься сболтнуть лишнего? - Не-а, - Юлиана тряхнула головой и улыбнулась, - При тебе – нет. - Ой смотри, - погрозил ей пальцем Воропаев, - а не то… всё, что будет сказано в стенах этого кабинета будет использовано против вас, госпожа Виноградова. - Ой да ла-а-адно, - девушка облокотилась на спинку стула, - Смотри сам не проколись! - Это чем же? - Ну, наприме-е-ер… ты когда мне скажешь, что это за благотворительные акции были насчет Катерины, м? - Зачем это тебе? - Просто интересно… - Это не интересно… - отрезал он, чувствуя, как в груди закипает раздражение. - Не, ну не хочешь говорить, не надо…. – как-то быстро перевела тему разговора Юлиана. Поправила юбку и деловито спросила: - Я могу позвонить? - Пожалуйста… - «Не решилась сесть за руль?!». Интуиция не подвела – Виноградова заказала такси. В ожидании машины она подошла к окну, и они вместе стали смотреть на ночную Москву. - Знаешь, я… я хочу стать для тебя другом, - выдохнула Юлиана. - Зачем? - Ну как?! У человека должен быть друг… чтобы с ним поделиться наболевшим. - О-о, прекрати, - невесело улыбнулся Алекс, - Если бы мне и нужно было излить кому-нибудь свою душу, я бы купил абонемент к психоаналитику. Или пошел бы в церковь. Или, на худой конец, надрался бы в усмерть и с каким-нибудь алкашом… под пивко… раскрылся. - Зачем искать алкаша, если у тебя есть Кира…. Или Кристинка…. Или, на худой конец, я….? - Как это по-женски – подставлять своё хрупкое плечо крепкому тридцатилетнему мужику, - хмыкнул Воропаев, - Я не имею ничего против вас, девушки… да только вы кого угодно загоните в гроб своим сочувствием. А алкашу всё фиолетово… кроме выпивки. - Жестоко…. – тихо пробормотала Юлиана. - Такова жизнь, - философски закончил Воропаев. - И всё-таки ты странный, Вопопаев, - сказала Юлиана, когда Алекс провожал ее до машины. - Наверное, - откликнулся тот, - Но по крайней мере мне претит быть "маменькиным сынком" или "игрушкой" в руках чужих людей. Я никогда не буду подчиняться. - Да... очень трудно представить тебя в подчинении, - хмыкнула Виноградова, - Скорее Земля сойдет с оси, чем ты станешь в ком-то нуждаться... или еще того хуже - кого-то любить... - Да-да, - и Алекс слишком сильно захлопнул за ней дверцу машины... И потом еще долго-долго курил в окно своего шикарного президентского кабинета.