Пожиратели жизни

Проснулся Рейнер оттого, что земля под ним ощутимо дрожала. Пай тут же вынырнул из травы и сообщил: «Доброе утро! Не волнуйся, это всего лишь наш транспорт бежит, через минуты три ты его увидишь, главное понять, кого из стада выбрал Оли». — Из стада кенгуру, скрещенного со слоном?! — подскочил Рейнер и завертелся. Взгляд ощупал кромку горизонта, но загадочный транспорт не наблюдался. Для верности мужчина посмотрел и под ноги... «Смотри туда», — нити показали в абсолютно противоположную сторону. Там вдали быстро вырастали скалы и с грохотом неслись в их сторону. Пока Рейнер стоял с открытым ртом, тонкие нити облепили его тело, и Пай напрягся, готовясь цепляться за шерсть приближающихся колоссов. Огромные, ростом с шестиэтажный дом, прямоугольные существа, без голов, с длинной серой шерстью с невероятно большой скоростью увеличивались с каждой секундой. Вскоре стали заметны зубастые рты на подошвах лап этих монстров, при каждом шаге, рты просто снимали траву, вместе с верхним слоем земли, оставляя после себя ровные круглые проплешины чернозема. Несмотря на колоссальный размер и полное отсутствие глаз, да и не медленную скорость животных, небольшое стадо из шести особей разделилось на две части, оббегая человека и Пая. Резко выкинув вперед с полсотни нитей, проводник привычно вцепился в шерсть колоссов. Они буквально взлетели над землей, подтянулись к боку животного, за который и уцепились нити. Пай, перебирая бесконечными тонкими лапками, быстро влез на спину, осторожно держа Рейнера чуть сбоку, в сетке из нитей, не давая ему ударяться о бок бегущего монстра. «Ну вот и все, сели на нужный экземпляр», — порадовал проводник, опуская ноги Рейнера на мягкую шерсть. Но всех нитей с тела пожарного Пай не убрал, и мужчина почувствовал себя каскадером какого-нибудь воскресного шоу. Он посмотрел на быстро мелькающую траву далеко под ногами и уставился в небо. Хоть что-то привычное в этом мире. — Я думаю, мне стоит перестать удивляться, — серьезно заметил Рейнер и уже громче поинтересовался. — И мне не видно другую пару. Второй претендент для брата хозяина — земной человек? Пожарный крепче вцепился в шерсть, благодарно посмотрел на оранжевые нити. Качало на колоссах не сильнее, чем на лошади, и Рейнер быстро приспособился, вот только лошадьми обычно управляли, а у них — никаких поводьев. — Пай, а как ты их контролируешь? Что это вообще за штуки? — перекрикивая бьющий в лицо ветер, спросил мужчина. «Я только знаю, что второй претендент — человек, вы всегда выбираетесь из гуманоидов. Они сидят впереди, где-то в десяти метрах от нас, просто из-за длинной шерсти их не видно. Это — колоссы, самый крупный вид травоядных. Я их и не контролирую, ими вообще нельзя управлять. Они движутся сами по себе, по обычной траектории миграции». Пай качнулся вперед. «Ты можешь обращаться ко мне мысленно, не кричи, а то простынешь». «А второй проводник мои мысли не слышит? — послушался совета Рейнер и четко понял, что не запрыгни они на это существо, оно бы их просто втоптало в землю. Да уж, никогда не знаешь, где жизнь размажет тонким слоем по травке... Ко всему прочему, колоссы, кажется, вообще не останавливаются, и Рейнер решил до последнего терпеть и не признаваться, что хочет в туалет, но это выглядело по-детски глупым и, решившись, он спросил: — Пай, а стоянка у нас будет?» «Нет, я не слышу мыслей его претендента, да и твои слышу, только если ты сам не против. Стоянка через час, у воды, минут на двадцать. Идем, не бойся, я не позволю тебе упасть», — Пай задвигался первым, указывая дорогу в длинной шерсти. Рейнер шел следом, руками держась за мягкую шерсть, в которой утопали пальцы. Ему не терпелось познакомиться с другой парой. Диковинная внешность шарика хоть и притягивала взгляд, больше не удивляла и не пугала, но человеческая природа заставляла тянуться к себе подобным. Сама мысль встретить собрата хотя бы по виду успокаивала. Да и ветер прохладный, мурашки вмиг покрыли руки и ноги, а у претендента должна быть одежда. — Всем привет! — громко поздоровался Рейнер, раздвинув шерсть. Если быть совсем откровенным с самим собой, то пожарный готовился увидеть взрослого мужчину, почему-то встреча с ним казалось наиболее вероятной, но перед ним, подобрав под себя ноги, опутанный нитями вокруг талии на манер самого Рейнера, сидел субтильного вида подросток. Темно-русые волосы до плеч трепал ветер, пара внимательных зеленых глаз с живым интересом смотрела на Рейнера. Округлое миловидное лицо, на курносом носу россыпь веснушек, придающих шарма, выделяли его из толпы таких же вот обычных мальчишек. Из одежды на нем широкая рыже-коричневая рубашка со шнуровкой на груди, из выреза торчит нательная то ли майка, то ли футболка темно-болотного цвета. Терракотового оттенка штаны заправлены в высокие, до колен, бурые сапоги. Сплетенные из кожаных шнуров браслеты на тонких запястьях и широкий пояс с многочисленными кольцами, на концах заплетенных в косы полос, наводили на мысли о хиппи. Мальчишка поднялся. Невысокого роста, он едва доставал Рейнеру до середины груди, из-за его спины вынырнул такой же, как и Пай, мохнатый шар, только светло-бежевого цвета. — Гм, — выдал Рейнер, — не сочтите за грубость, но я бы хотел одеться прежде чем продолжить знакомство. — Вполне понятное желание, — тихо отозвался парень. — Хотя будь моя воля, я бы вас лучше в таком виде оставил. Развернувшись, он шагнул назад и отвязал сумку, примотанную шнурком к шерсти колосса. Виновато улыбнувшись, передал ее Рейнеру. — Простите, — извинился мальчишка. Рейнер с опаской заглянул внутрь, слишком много страшных предположений нес в себе странный тон. Явно не о задержке с одеждой речь идет. Из глубин на свет предстали черные кожаные штаны явно меньше необходимого размера, тяжелые ботинки военного образца, подобные земным берцам, и связка каких-то кожаных лент и ремней. У Рейнера появилось подозрение, что дело вовсе не в местной моде, над ним просто издеваются. Мужчина быстренько представил, как будет выглядеть во всем этом (любой герой порнофильма с уклоном в садо-мазо позавидует!), недобро оскалился и елейным голосом предложил мальчишке: — Ты говорил что-то о моем нынешнем виде? Не вижу проблемы, раздевайся, будешь в таком же. Или хотя бы штаны приспусти. — Зачем? — насторожился тот. Он с опаской рассматривал высокого (выше любого из каравана его отца) темноволосого мужчину с телом настоящего воина. На удивление длинные прямые ноги при узких бедрах и широких плечах смотрелись особенно колоритно. Мужественное лицо, четко очерченные скулы, волевой подбородок, разве что ноздри чуть шире, чем следовало бы, зато губы великолепны. Капельку полноватая нижняя и тонкая, изгибом напоминающая древко лука, верхняя. Темные внимательные глаза смотрели с угрозой и подозрением, почти черные волосы, едва закрывавшие шею, блестели в лучах солнца. — Пороть тебя буду! Что за хрень ты мне притащил?! — потряс вещами мужчина и обратился к своему проводнику. — Пай, а рукоприкладство запрещено? Я детей не обижаю, но готов сделать исключение. «Запрещено!» — воскликнул Пай. А второй проводник как-то радостно потер своими нитями друг о друга и поддакнул: «Тебе подержать парнишку, пока пороть будешь?» — услужливо поинтересовался хитрый шарик. В его интересы входило избавиться от Рейнера, и он не собирался упускать ни единого шанса. «Ты не можешь бить другого претендента», — уже спокойнее пояснил Пай, и мальчишка заметно расслабился. — Вам решать, в каком виде вы предпочтете продолжить путешествие. Обнаженным или в этом, — он еще раз осмотрел мужчину. — Вам пойдет. Рейнер едва не задохнулся от возмущения, а мальчишка склонил голову, не столько из чувства вины, сколько для того, чтобы скрыть торжество, блестевшее в глазах. — Простите, но я не хочу... Не хочу... Я боюсь предвечных, — резко севшим голосом добавил он. Рейнер уже собирался ответить, что бить в прямом смысле слова не будет, просто несколько раз уронит ладонь на зад явно издевающегося мальчишки, но его последняя фраза смела на нет всю охоту. Мужчина вздохнул, выходит не только он один жертва обстоятельств и собственной глупости вкупе с желанием жить. Наверняка и мальчишка стоял перед таким же выбором... — Тебя как звать-то? — спросил Рейнер и принялся одеваться. Хоть что-то явно лучше, чем совсем ничего. Штаны действительно оказались меньше, чем хотелось бы, но влезть в них удалось сразу. Нижнего белья в сумке не нашлось, поэтому Рейнер теперь красовался не только обтянутой черной мягкой кожей штанов шикарной задницей, намекавшей на то, что ее обладатель может колоть орехи не только одними руками или при помощи подручных средств, но и непосредственно собой, так еще эти, ставшие ненавистными с первого взгляда шмотки, красноречиво подчеркивали естество не обделенного природой Рейнера. Жали в паху, натирая, но одной его части подобное, как оказалось, нравится. Пожарный выругался про себя, раскопал в связке поясков-ремешков пару носков и натянул берцы. Мальчишка быстро осмотрел своего соперника и удовлетворенно вздохнул. На его фоне он смотрится серым, невзрачным, почти убогим. — Лейти, можно просто Лей. Вам действительно идет, простите, но другого выхода я просто не видел, — ответил парень. — Да пусть хоть едет, — почти смирился с новым обликом мужчина. — Я даже не буду спрашивать, где ты достал такое... Ладно, я Рейнер, и можешь перейти на «ты», а то у меня чувство, что обращаются к целой толпе. «А я Оли», — подполз к пожарному шарик. — Ага, рад за тебя, — отмахнулся Рейнер и отошел от проводника к Лейти, слишком уж много затаенного восторга и интереса читалось в паре оранжевых глаз мохнатого. — Так как тебя угораздило вляпаться в эту авантюру, парень? И что ты там упоминал об этих... чертов склероз... предвечных? — Караван моего отца попал в песчаную бурю, сейри сбились с дороги, и мы все должны были медленно погибнуть от жажды... На одной чаше весов оказались жизни моих друзей, отца, братьев и моя, на другой... Ну ты сам понимаешь. Предвечные, они же темные, они же пожиратели душ — самая чудовищная раса, из живущих в моем мире. Именно для них и стараются проводники, — сообщил парень и затих. — Погоди, почему "пожиратели"? — Рейнер бросил недобрый взгляд на копошащегося в ремешках Пая. «Колобок» сообщал другую информацию, исходя из которой, претендентов грозились максимум трахать, и то с их согласия. Быть безвольной едой пожарный не подписывался. С другой стороны, на что он подписывался, мужчина представлял себе весьма и весьма условно. И подбодрил мальчишку, восхищенно присвистнув: — А ты у нас герой оказывается! Молодец, парень, достойный поступок. — У меня выбора не осталось, Оли было безразлично, кого забирать, меня или старшего брата, он отказался, я... Пожиратели? Говорят, они питаются душами умерших людей, решая, какая из душ достойна наказания, какая награды, а какая — слишком черная. Вот именно эти, слишком грязные, они и едят. Мальчишку передернуло. — Я только однажды видел одного из темных, но мне впечатлений хватило, до сих пор в кошмарах снится. — И как он выглядел? — сглотнув неприятный ком, спросил Рейнер. Слишком уж трепещущий голос оказался у Лея, в самый раз таким ужастики у костра рассказывать. — Точно не помню, никто из тех, кто его видел, не помнит. Он тогда просто претендента вернул, они всегда лично доставляют до дверей дома тех, кого забраковали. Парень потом еще три года ходил с опущенной головой и до сих пор не разговаривает, хотя прошло уже восемь лет. Я так не хочу, — всхлипнул Лей. — Тише ты, я и сам вляпался по самые помидоры, чтобы еще и тебе сопли вытирать, — вот только врать и изображать равнодушного злого типа не хотелось, Рейнер поколебался, но вытянул руку и покровительственно потрепал мальчишку по русым волосам. — Прорвемся. Если претендентов возвращают, то нас точно там не съедят. Поймав на себе восхищенный взгляд Оли, мужчина тайком погрозил ему кулаком и спросил у Пая: «Слушай, у вас тут легкие наркотики имеются? — Рейнер проследил за отползшим в сторону треножником, тот бросил в ответ полный скорби взгляд голодного котенка и отвернулся. «Марсианин» строил из себя несправедливо обиженного печального хомячка, мужчина только хмыкнул на это шоу и добавил: — Или тяжелые? Этот пушок какой-то странный...» «Имеются, вот только мы к ним не восприимчивы. Не обращай на него внимания, он наверно не полноценный, — Пай переместился, замерев между Рейнером и своим «коллегой». На горизонте маячила голубая полоска реки. — Готовься, через минуты три колосс резко остановится». — Я таким возвращаться не хочу, — немного успокоившись, добавил Лей. — Таким... Живым мертвецом. — Мелкий, не нагнетай атмосферу, — одернул Рейнер. Возможно, стоило как-то успокоить мальчишку, но полученные штаны говорили, что Лейти тот еще «цветочек», и пока в самый раз не давать ему заниматься самоедством. А заодно и самому не думать о дальнейших событиях. Рейнер наверно в сотый раз оглядел «конкурирующую фирму» и приготовился к высадке, вот уже и оранжевые нити потянулись к нему, без помощи Пая с этого местного «утюга» все равно не слезешь. Оли тоже не отставал, обхватил Лейти и подобрался, но мыслями проводник был далеко, он уже строил коварные планы, как бы так подружиться с Рейнером. Ведь мужчина совершенно точно не желает оставаться со своим хозяином, несмотря на заключенный договор. А значит, шансы сосватать Лейти и избавиться от этого ненавистного облика стремительно растут. Оли зловеще засмеялся, но только мысленно, конспирация превыше всего. Пай бережно спускал Рейнера с зашедшего в воду колосса, попутно, непонятно зачем рассказывал ему: «Предвечные все разные, не бывает двух одинаковых характеров. Я сам выбрал себе в заказчики твоего хозяина. Нет, он переборчив, но я спокойно мог согласиться на твои условия, мне предоставлена некоторая свобода. Он своеобразная личность, и наказания у него своеобразные. Больше всего мне запомнилось, как второму из моих подопечных он приказал пойти на местный аналог болота и пересчитать местный аналог лягушек. А вот братец у него вспыльчивый, любит покидаться тяжелыми предметами в слуг, проводников и даже домового. Правда, последний потом ему отомстил, — придерживая человека над собой, проводник побрел по воде, и только выйдя на берег поставил Рейнера на ноги. — Голоден?» Лейти, очутившись на берегу, первым делом взглянул на Оли и мысленно поддразнил: «Ну что? Видишь, ты ошибся, на фоне Рейнера я совершенно теряюсь, так что быстро ты от своей шкурки не избавишься», — показав проводнику язык, мальчишка растянулся на траве, подставляя под солнечный свет лицо. Лейти был уверен, что веснушки его не красят, и задался целью сделать эти отвратительные пятнышки на коже как можно более яркими. «Голоден, — Рейнер осмотрелся. Невдалеке росли гостеприимные и, что не менее важно, густые, (читай «непроглядные») кусты. — Если поймаешь съедобное подобие рыбы, то приготовлю ужин. Стоянка еще будет? Оли, запаси воды, пожалуйста», — попросил Рейнер и уже вслух продолжил раздавать указания: — Лейти, поищи травки, которые в готовке используются, будь другом, а я тебя вкусно покормлю вечером. А пока пойду вот тот кустарник симпатичный такой рассмотрю поближе... Один! — и потопал с намерением наконец облегчиться. Оли спешно выполнял поручение мужчины и мысленно ответил мальчишке: «Может, и теряешься, вот только такого, как он, вообще не заказывали. Крупный и старше на десять лет указанного предвечными возраста. Так что...» — ехидно посмеялся Оли и многозначительно замолк. «Ну и что! Он красив, уверен в себе, довольно мужественный... А я из себя такого нытика и зануду сострою, что предвечный меня через час выкинет с позором», — мысленно возразил Лей, с досадой покосившись на Пая. Мог же найти такого же впечатляющего, но заказанных параметров. Пришлось вставать и начать поиск ароматных трав, все же однообразная готовка Оли мальчишке уже приелась. К возвращению Рейнера Пай держал в нитях с десяток крупных рыб, мысленно спрашивая: «Какую возьмем?» Мужчина прикинул, что он и один запросто проглотит целую рыбину, а если Пай опять полезет с орехами, то Рейнер объявит себя белкой и заберется на первое попавшееся дерево, отказываясь слезать, пока ему не дадут мяса или хотя бы рыбы. Он все-таки не маленький и еды ему надо много. «Давай любые три. Лейти тоже бы надо покормить, да и на завтрак рыбешки за милую душу пойдут», — кивнул своим мыслям Рейнер. Колоссы задвигались, потянулись к берегу, оказывается, прошло гораздо больше времени, чем он думал. Еще немного, и эти «утюги» с челюстями на пятках помчатся в сторону заката. — Ну что, по седлам и в галоп, банда! — воинственно крикнул Рейнер, но его попытку повеселиться встретили три недоверчивых пары глаз. В них так и читалось сомнение в душевном здоровье мужчины. Тот смущенно кашлянул в кулак. «Ты в порядке?» — спросил Пай, попутно обвивая нитями. Лейти прикрыл глаза, парень до дрожи в ногах боялся высоты и заметно побледнел. Как и в прошлый раз, проводники легко и ловко забрались на колосса, судя по примятой в некоторых местах шерсти, на того же, с которого они так недавно спустились. «Что ты собираешься делать, Рейнер? Мне не нравится твое резко ставшее хорошим настроение. Если решил бежать — не советую, я легко тебя найду». «Вообще-то я просто маялся дурью, — честно признался мужчина. — Но раз ты настаиваешь... — вкрадчивым тоном начал Рейнер, но встретил страдальческое выражение вишневых глаз и сжалился. — Не боись, я бежать не думаю. Все честь по чести: ты предложил сделку, назвал условия, я добровольно под ними подписался. Если игнорировать давление в виде горящей балки, то никаких претензий. К тому же бежать мне некуда, шляться по лугу в извращенских штанах желанием не горю». Добавлять про то, что бежать, в общем-то, и незачем, (в кустах Рейнер провел время с пользой во всех отношениях) и заметил, что по условиям, он должен следовать приказам, но нигде не сказано, с каким лицом их полагается исполнять, как и о качестве результата. Поэтому мужчина решил сыграть роль послушного и абсолютно равнодушного ко всему киборга. Он еще посмотрит, как предвечным понравится роботизированный слуга. — Эй, мелкий, ты чего притих? — заметил нездоровую бледность Лейти Рейнер. Пару минут назад мальчишка таким совершенно точно не был. — Заболел, что ли? — Высоты боюсь, — признал Лей и отполз от края. — Пай, почему ты его выбрал? Он же вообще не подходит под заказ... «Ты знаешь, какие условия выдвинул хозяин Рейнера? Он хотел невысокого, молчаливого, лучше вообще немого паренька, присутствие которого можно даже не замечать. Как такое может серьезно претендовать на то, что хозяин его...» — обиженно ответил Пай. «И ты серьезно решил, будто знаешь лучше своего хозяина, что ему надо? — мысленно присвистнул Оли. — Да ты совсем заработался, Пай... Вот видишь, Лейти, а ты еще за свою внешность переживаешь. Сам представь, что ты хочешь небольшую вкусную булочку, а тебе под нос суют огромный торт, пусть и красивый на вид, но совершенно ненужный. Кому понравится, что его желание проигнорировали, м?» — Эй, вообще-то «торт» все слышит. Лучше бы позаботились о чувствах ребенка, — заметил Рейнер и сел рядом с мальчишкой. — Не бойся, я не дам тебе упасть, как и эти «колобки». Можешь держаться за меня, если так спокойнее будет, а о хозяине не думай, я тоже не горю желанием им понравиться, но бояться загодя глупо и никак не помогает. Кстати, а сколько тебе лет? — Шестнадцать... скоро будет, через три недели. Чувствую, в подарок получу хозяина, — криво ухмыльнулся Лей, понимая, что предпочел бы и вовсе остаться ни с чем. «Кстати, да, Оли, думаешь, хозяину Лейти понравится, если мальчишка приедет к нему заикающимся и дерганым? Парень, твои веснушки просто очаровательны, они очень сексуально смотрятся», — лицо Лейти вытянулось и побледнело еще сильнее. «Жаль только, что, зная нужные травки, так легко свести с лица эту красоту», — закончил Пай, невинно хлопая глазами. — Отставить мордобой и драку, — вмешался мужчина, от Рейнера не укрылось, к чему все идет, более того, он не на шутку разозлился, когда узнал возраст Лейти. — А теперь я хочу услышать, какого хрена в этом «поезде невест» оказался ребенок? Оли уселся на плечо к Лейти и добавил к удерживающим его нитям с десяток новых и с обидой в голосе заметил: «Я его крепко держу, но он мне не верит. А с веснушками или без них, Лейти все равно очарователен. Спасибо, что беспокоишься о моем успехе, Пай». — Я жду ответа, — напомнил Рейнер и вперил полный бешенства взгляд в Пая, раз уж этот пушистый шарик его сопровождающий, то и крайним быть ему. «Ну... По нашему закону он будет совершеннолетним через три недели. Даже учитывая, что до места мы быстрее доберемся, его хозяин, если сочтет Лейти достаточно привлекательным, не тронет его до тех пор, пока ему не исполнится шестнадцать, — покорно объяснил Пай. — Хотя я обычно стараюсь избегать претендентов моложе двадцати». Покосившись на коллегу, Пай принялся мягко срезать шерсть колосса своими длинными нитями, пояснив для Рейнера: «Боюсь, так ты простынешь, лучше свяжу тебе свитер. Конечно, он будет корявым и перед знакомством с твоим хозяином, я его с тебя сниму. В одних штанах ты смотришься куда эффектней». — Да уж, штаны хороши, спору нет. Лейти, — Рейнер выделил голосом имя, — замечательно постарался. Но ваше совершеннолетие все равно уж очень раннее. Кстати, почему ты, Пай, с Оли враждуешь? У вас же разные хозяева, не проще объединить усилия и сватать претендентов вместе? Не то чтобы я хотел к предвечным, но вашу дележку и переглядывания не мог не заметить. Одно дело, Лейти пытается меня подставить, а Оли радостно подбивает клинья ко мне, набиваясь в друзья — вытесняет конкурента, — на этих словах Оли отвел взгляд и перебрался с плеча за спину мальчишки, — но с твоей стороны, Пай, расточительно ссориться с проводником Лейти, иначе я или любой на моем месте может подсуетиться и объединиться с Оли. Светло-бежевый шарик выглянул из-за спины мальчишки, оранжевые глаза с надеждой посмотрели на Рейнера. «Рейнер, пойми, если Лейти забракуют сразу, — тот напрягся, настораживаясь, — например, если он нарушит правила, то у меня будет ровно в два раза больше шансов всучить кому-то тебя и избавиться от этой шкуры. А на твоем месте, Рейнер, я был бы с Оли осторожнее, он ведь может и заставить, обманом, нарушить правила тебя, и мне потом с тобой возись, убивай». — То есть, если Оли жаждет избавиться от него, — кивнул на мужчину Лейти. — Это плохо. А сознаваться в том, что ты собираешься заставить меня нарушить до... Бежевые нити тут же заткнули рот мальчишке и Оли напомнил: — «Пятый пункт». — Не зря ты мне, Оли, сразу не понравился, — сказал Рейнер. — Но на твоем месте, Пай, я бы пожертвовал дополнительным шансом, чтобы повысить вероятность успеха сдать меня с первой попытки. Дело твое, мне без разницы, просто думать вслух удобней, — и добавил специально для Пая: «К тому же Лейти порозовел, кажется, высота его больше не пугает. Разбуди меня перед следующей стоянкой, у меня отпуска пять лет не было, а последние полгода я не высыпался, буду ловить момент. Чего зря бодаться с неизбежным?» — философски заметил мужчина и лег на бок, отвернувшись от всей компании. Через минут десять Пай, быстро перебирая сразу семью парами нитей, наконец, довязал серый, невзрачный, даже уродливый свитер, и накрыл им своего подопечного. «Оли, — мысленно позвал своего коллегу Пай, — первый тест нужно устроить уже завтра. Все готово? Ты хоть не обиделся, я вроде палку не перегнул». «Нормально, вышло лучше некуда, твои актерские таланты растут от раза к разу», — подмигнул Оли, пока никто не видит. Лейти, скучая, наблюдал за тем, как спокойно и безмятежно спит мужчина, как смотрят в разные стороны проводники. Обняв собственные колени, невольно уткнулся взглядом в поддерживающую нить Оли. Хотелось порвать ее, спрыгнуть с колосса, чтобы весь этот ужас наконец закончился. Человек из другого мира просто не понимал до конца, во что ввязался, и именно поэтому спал безмятежно.